Благое намерение

1

…Мишо имел такое печальное лицо, когда он был введен в кабинет государя, что государь тотчас же спросил у него:

– M'apportez vous de tristes nouvelles, colonel? 1

– Bien tristes, sire, – отвечал Мишо, со вздохом опуская глаза, – l'abandon de Moscou 2 .

– Aurait on livre mon ancienne capitale sans se battre? 3 – вдруг вспыхнув, быстро проговорил государь.

Мишо почтительно передал то, что ему приказано было передать от Кутузова, – именно то, что под Москвою драться не было возможности и что, так как оставался один выбор – потерять армию и Москву, или одну Москву, то фельдмаршал должен был выбрать последнее.

Государь выслушал молча, не глядя на Мишо.

– L'ennemi est-il en ville? 4 – спросил он.

– Oui, sire 5 , – решительно сказал Мишо; но, взглянув на государя, Мишо ужаснулся тому, что он сделал. Государь тяжело и часто стал дышать, нижняя губа его задрожала, и прекрасные голубые глаза мгновенно увлажнились слезами.

Виктор поднял глаза к окну, закрыл книгу и задумался. Перед его глазами возникла печальная картина безысходности, окутавшая Каменноостровский дворец. Бедный Александр! Не ему следовало бы наследовать престол – слишком уж он оказался мягок, слабоволен, осторожен и податлив. Если бы на его месте оказался кто-то решительнее, то возможно мы бы жили в другой России, самостоятельной и гордой.

Мысли прервал звонок мобильника.

– Привет дружище! Ты выходишь? – услышал Виктор голос коллеги, Даниэля. Уже несколько лет они работали вместе в лаборатории Временных Трансформаций Московского Университета, и успели стать хорошими приятелями.

– А что, уже пора? У, зачитался, экскюзи-муа! Я мигом! – взглянув на часы, Виктор энергично поднялся и направился к заранее собранному чемодану и дорожной сумке.

Проверив на месте ли кошелек, карты, документы и билет, и бросив книгу в сумку, он заторопился к выходу. Париж ждёт! Этой поездки они ждали давно, с трепетом и сладким чувством волнения. Шутка ли – своими глазами увидеть, что такое «прыжок во времени», примкнуть к немногочисленному научному сообществу избранных, познакомиться лично с мировыми светилами данного направления, и даже возможно испытать себя в качестве хрононавта! Правда, чтобы всё обошлось без косяков и в лучшем виде, нужно будет приложить много усилий, заслужить уважение других, удачно преподнести достижения своей лаборатории, добиться её включения на постоянной основе в европейскую программу развития исследований Времени. Там щедрое финансирование, новейшие знания и оборудование, и необозримые перспективы!

Это была не первая поездка Виктора по работе, и он уже знал, что так всегда бывает: новые впечатления от перемены мест всегда сопровождаются необходимостью напрягаться и выдавать результат. За спиной у него были

сотрудники, бюджет, и конечно же любимое дело… Если дать слабину, твоё место займёт кто-то другой, и это будет вдвойне обидно, потому что московская лаборатория по праву достойна занимать почётное положение в международном научном мире. Её трудолюбивый коллектив совершил уже несколько прорывных открытий, благодаря которым путешествия во времени стали более удобными и безопасными. А сколько открытий может ждать впереди!

На огромном подземном Европейском вокзале всегда было многолюдно и царила суета. И ночью и днём скоростные поезда развозили пассажиров по городам и весям Старого Света. Перехватив кофе с бутербродом в магазине по пути, и пройдя через положенные проверки безопасности, Виктор подошёл к своей платформе. Сияющий покатыми боками состав, выкрашенный в цвета французского триколора и с надписями «SNCF», был уже подан для посадки. Купе на двоих, свой туалет с душем, телевизор и интернет – чего ещё можно желать для 16-часовой поездки? Всё-таки дешевле чем самолётом. В дороге можно и поспать подольше, и почитать, и обсудить будущие встречи получше. Пользуясь тем что приехал первым, Виктор застолбил за собой любимое верхнее место.

– Салют, коллега! – дверь купе отъехала в сторону и в проёме возникла плечистая фигура Даниэля. – Опередил-таки меня, чертяка!

Даня жил неподалёку от вокзала, и беспокоился чтобы не опоздать на поезд больше Виктора, но всё равно прибыл вторым. Окинув взглядом купе и увидев дорожную сумку Виктора на верхней полке, он состроил разочарованную гримасу, и со вздохом присел на своё нижнее место рядом с другом. Расстегнув свой рюкзак, он выложил на столик нехитрую снедь – нарезанный сыр и ветчину, круассаны, помидоры, багет. Виктор не остался в стороне, и на столе появилась бутылка Бордо и пара пластиковых бокалов.

– Живём! – с энтузиазмом возгласил Даня.

Поезд неслышно покатился.

2

Виктор с наслаждением вытянулся на верхней полке, покачиваясь вместе с вагоном под ритмичный стук колёс. Вино приятно грело его изнутри. Снова вспомнилось недавно прочитанное. Как же так вышло, что Александр, император великой России, согласился на условия маленького Корсиканца? Конечно, положение у царя было не из лёгких, но Бородинское сражение не было полным разгромом, и силы у армии ещё сохранялись, как и всеобщая поддержка простого народа. Где же была та императорская гордость, что должна была поднять страну на борьбу до последнего? Россия в тот момент надолго стала лишь тенью великой империи, подчинённой воле Наполеона. «Кодекс Наполеона» диктовал законы, французские маршалы стояли у руля, и вся огромная страна была словно игрушка в руках «великой армии»! Понадобилось время и исторические потрясения, чтобы как-то выправить эту ситуацию, но можно ли было этого избежать?..

Даниэль похрапывал на нижней полке. Дробно стучали колёса. Помнится, когда они недавно дискутировали об этом, Даня излагал свою точку зрения иначе.

– Пойми, благодаря тому что всё так сложилось, Россия стала частью «великой семьи народов» французской империи, и взяла от этого лучшее! Наука и образование, торговля и промышленность, технологии! В кооперации с лучшими умами того времени мы смогли подняться из петровских и павловских бородатых феодальных времен! Идеи французского Просвещения легли на благодатную почву, в кои-то веки народу привилось уважение к личной свободе и правам человека, страна узнала на практике что такое порядок и справедливость… В результате Россия уже давно в ряду великих держав числится не как завоеванная территория, а как равноправный партнёр в единой европейской семье. И мы с тобой, между прочим, с удовольствием пользуемся общими европейскими благами, вуаля!

Так-то оно так, но мы возможно потеряли свою национальную самобытность. Элементы французского языка прочно укоренились в повседневной речи. Куда не кинь взгляд – везде ‘Bonjour’, ‘Merci’, ‘Pardon’… Французская мода, искусство, даже кухня оказали влияние на культуру, сильно разбавили понятие «русская душа», исконные традиции и обычаи. Вон, даже великие русские писатели вроде Льва Толстого сочиняли свои произведения на «суржике» – смеси русского и французского. Что же в этом хорошего? А печальная судьба русского императорского дома? А засилье иностранцев? А…