Благими намерениями
Шрифт:
– Привет, - она пропустила нас в дом с широкой улыбкой.
Свет улыбнулся в ответ:
– Здравствуй, дочь… - и он резко замолчал, внимательно вглядываясь в ее лицо, а затем и рассматривая ее саму.
– Это шутка?
– не поняла девушка и покосилась на меня.
– У меня есть ник “дочь”?
– Нет, - я отрицательно качнула головой и перевела взгляд на Света.
– Что случилось?
– Где твой амулет?
– его голос звучал спокойно, но я сумела заметить в нем волнение.
– Какой амулет?
– Металлическая прямоугольная тонкая пластинка на цепочке. Куда ты его дела?
–
Последнее адресовывалось мне, и я отрицательно качнула головой. Амели похоже испугалась его вопросов, потому что стояла, растерянно глядя на нас. Я положила ей руку на плечо:
– Он друг и вреда не причинит. Не беспокойся.
Она кивнула и немного расслабилась, но все же во взгляде осталась настороженность.
– Послушай внимательно то, что я скажу, - Свет пристально смотрел на нее.
– Сейчас ты этого не поймёшь, придется просто запомнить. Я разгадал твою загадку, но мне нужно еще немного времени. Идём, Риша.
С этими словами он просто повернулся и вышел.
– Э… Извини, Лен, я позвоню позже, - я прощально обняла ее.
– Ладно, - она пожала плечами, и мне даже показалось, что она была рада его уходу.
Я спокойно покинула ее дом, дошла до машины и села на заднее сиденье к Свету. Он отрешённо смотрел в боковое окно.
– Что случилось?
– уточнил Дарк у меня.
– Я думал, вы там проведёте больше времени. Прародитель молчит, может хоть ты расскажешь?
Я пихнула Света в плечо:
– Почему ты иногда ведёшь себя нормально, а иногда как полный мудак? Ты просто развернулся и ушел. Да кем бы она ни была, сейчас она ничего не помнит, и она совсем не та, кого ты в ней видишь.
Он отвлекся от окна и повернулся ко мне:
– Та личность, которую ты видишь сейчас, будет стёрта уже через пару дней, когда сестра все вспомнит. Нет смысла расшаркиваться. Амели мертва, а это всего лишь переходный период, как куколка перед бабочкой.
– Пусть этой личности и пара дней, пусть она проживет еще всего пару дней, но на эти дни она будет человеком. Обычным человеком со своими чувствами и эмоциями, со своими желаниями. Знаешь, смертник и так умрет, зачем его еще сильнее мучить?
– Мне нет дела до смертных, - его ладонь легла мне на щеку.
– Я выполнял свою задачу, потому что этого от меня хотел Отец. И потому что я должен был искупить свою вину. И сейчас мне есть дело только до тебя. Твой мир мне подарили, разрешили делать с ним что захочу, и только ради тебя я решил спасти его. Если бы не ты, я, возможно, и не стал бы его спасать. Я не ангел, Риша, как бы странно это ни звучало от меня.
– Ладно, допустим, а почему ты ее дочерью назвал? Она же тебе не дочь, а сестра, разве нет?
Свет помолчал, прежде чем ответить:
– Даже не знаю, как объяснить в паре слов.
– Объясни хоть как-нибудь.
– Мы с сестрой перемещается по разным мирам, и иногда встречаемся в одном мире в одно время. Я уже рассказывал, как она приходит в мир - забирает себе человека. Однако становясь им, она забывает все, что знала, потому что знает слишком много. При встрече я никогда не знаю, помнит ли она меня, поэтику у нас с ней есть особое приветствие, пароль. Я всегда говорю ей: “Здравствуй, дочь отца своего.” Если она не понимает,
– И ты не стал говорить фразу полностью, потому что и так убедился, что она не помнит?
– Нет, не совсем, - Свет покачал головой.
– Она никогда не может вспомнить все сама, ей в этом всегда помогал Деус, искусственный интеллект, вынесенный ею из высокоразвитых миров и оживленный с помощью сущности аэлиенэ, ныне стертых из миров. Деус обычно спит в ее амулете, активируется по триггерам - событиям или времени - заданным сестрой ещё до входа в мир, и говорит ей ключевую фразу, которая должна пробудить ее, заставить вспомнить, кто она такая и зачем здесь. Но в этот раз Деуса при ней не было, и ей известно, что я здесь, и вселяясь в твою подругу, она знала, что я узнаю о ней. В таких условиях она может гарантированно услышать только одну фразу - которую я всегда говорю ей при встрече. И я не счел нужным пока что ее пробуждать, у меня есть ещё дело.
– Понятно…
Я замолчала, переваривая услышанное, а он продолжил разговор с Дарком:
– Михаэль, все Потусторонние прибыли?
– Да, - он сидел, опустив руки на руль.
– Хорошо. В таком случае осталось три дня, потом я покину мир.
Вот здесь меня как обухом по голове припечатало.
– Всего три дня?!
Три дня рядом с тем, кого любишь. Если вдуматься, это ничтожно малый срок. И сразу хочется так много всего успеть. Но потом не наступит конец света, никто не умрет, разве что маленький кусочек души, которой оторвет вместе с его уходом. И что делать, плакать? Нет, этого не хотелось. Хотелось прожить эти дни так, чтобы запомнить на всю жизнь, чтобы компенсировать его отсутствие после. А пока все, на что меня хватило, это обнять его и крепко к себе прижать. Свет подтащил меня к себе и усадил на колени. Дарк бросил на нас взгляд в зеркало заднего вида, и мне показалось, что в чем-то он разделяет мои чувства.
– Сделай мне татуировку, - тихо попросил Свет.
– Я не смогу забрать ее в другой мир, но пусть она будет со мной хотя бы на эти три дня.
А вот теперь плакать захотелось, но я подавила в себе это чувство.
Ночью после недолгого разговора со Светом и пары звонков Дарк уехал по делам, связанным с прибытием Потусторонних, и собирался быть не раньше следующего полудня. Нас же по просьбе Света он перед этим доставил к высокому зданию бизнес-центра - одному из самых высоких в нашем городе. Мы прошли к задней части здания, и Свет поднял взгляд наверх.
– Зачем мы здесь?
– меня сжирало любопытство, но до этого момента я надеялась, что он расскажет сам.
– У нас с тобой не останется ничего на память друг о друге, и как бы ты ни хотела обратного, твоя в итоге будет стёрта. Но я знаю, как это работает, и хочу немного обмануть систему. Иди ко мне.
Он расставил руки, а за его спиной распахнулись крылья. Обняв подошедшую меня, он стремительно взмыл со мной вверх.
– Человек может забыть факты, но его личность, выстроенная на них, не изменится. Ты не будешь помнить меня разумом, но я оставлю след в твоей жизни.