Благими намерениями
Шрифт:
– По секрету скажу - она ведь сама...
Я, не выдержав, схватила Алета за ухо, как нашкодившего мальчишку. Ему не удалось закончить фразу, так как я еще надежно запечатала его рот заклинанием немоты. Злость изменила что-то в структуре, поэтому Алет стоял и удивленно открывал рот, как пучеглазая рыбка на суше.
– Мало того, что лбом о кладбищенские ворота припечатал, так еще теперь будешь перед всей деревней позорить вымыслами?!
– возмутилась я, дав ему хороший подзатыльник. Староста как-то странно покосился в сторону моего спутника и севшим голосом поинтересовался
– Госпожа ведьма, а это чавой, упырь, что ли, наш?
Какая-то баба, не выдержав столь тяжелого эмоционального напряжения, томно ахнула и, закатив глазки, грохнулась в обморок. При этом на землю полетели два дородных мужика, которые подпирали ее плечами с двух сторон. Ого, это какой же комплекции надо быть? А то из-за толпы толком и не разглядишь...
После подобного заявления у Алета глаза на лоб полезли. Валек, стоявший позади нас и державший на привязи Сатьку, громко захихикал. Найдя свою челюсть и быстро приладив ее на место, я, едва удерживаясь теперь от хохота, спросила:
– С чего вы взяли?
– Да ведь вы только что сказали, госпожа ведьма, шо он вот, - обвиняющий перст ткнулся в сторону Алета, - приголубил, значицца, лоб ваш воротами. Кто ж, окромя упыря, мог это сделать? А ворота-то наши не помялись случаем?
– У меня что, голова на чугунную похожа?!
– Нет-нет, никак нет. Но кто ведает, шо вы там за волшбу творите...
– Да не упырь это, - махнула я рукой.
– И ворота ваши целые и невредимые еще сто лет простоят. И вообще, я ведь вашу нечисть упокоила, мне теперь премия и отдых полагаются!
– Конечно, конечно, пройдемте.
Через полчаса я уже спокойно готовилась выслушать рассказ про причину моей надобности в стольном граде, сидя за крепким дубовым столом в доме у старосты и торопливо поглощая предложенные по доброте душевной кушанья. Кошель приятно оттягивали честно заработанные деньги. Однако я расписала свой бой с упырем в таких ярких красках, а Валек настолько восторженно поддакивал, что нас пригласили задарма отужинать и отзавтракать одновременно. Алет, еле сдерживая ухмылку, наблюдал за нашим показательным представлением. Жаль, что не поучаствовал. Хотя, мы его и не приглашали, после того как он показал, куда мне следует попасть после кончины.
Староста с женой удалились в соседнюю комнату, дабы не мешать важному разговору двух магов. На минуту оторвавшись от вкусной еды, я глянула в окно. Во дворе весело гонялись друг за другом Сатька с Валеком. Орел выглядел совершенно счастливым. Его расположили в небольшом сарайчике для коровы, которую недавно забили (я горько посочувствовала кусочкам говядины, лежащим на расписном блюде аккуратной горкой, и с них и начала), обеспечили едой и водой. Что еще надо большой птичке для полного счастья? Чтобы с ней поиграли. А кто для этого хорошо подходит, раз хозяйка занята жутко важным делом, про которое даже слышать не хотела? Ребенок - парененок.
Я недовольно фыркнула и отвернулась от идиллии, творившейся во дворе. Сатька - предатель.
– Ну что, налюбовалась?
– ехидно спросил Алет.
– И как тебе новый ученик мастера
– Ничего особенного сказать не могу, - задумчиво протянула я, отправляя в рот ложку отменного искристого меда.
– Он ведь только из твоего шара палил, а своими силами и не пользовался. Сомнительный мальчишка.
– Потому что ему запретили пользоваться всей своей магией. Она слишком нестабильна и скачет, как обезумевшая лягушка. Вэнс самолично поставил на Валека печать Мадатэ.
Я пораженно хмыкнула. Мадатэ была богиней колдовства, покровительницей всей магической братии. Ее печать накрепко запирала определенную часть силы человека, которая могла угрожать окружающим. В мальчишке находиться источник огромной убийственной энергии. Хотя ладно, если Вэнс поставил печать, то опасаться пока нечего.
– Ты зачем приехал? Чтобы рассказать мне о мальчике или о деле?
– О деле. Ладно, слушай.
Я устроилась поудобней на дубовой скамье, прикрытой мягкой тряпкой и продолжила трапезу, запивая еду светлым пивом. Алет, иногда бросая в рот кусочки соленых огурчиков и ржаного хлеба, начал.
– Ты же знаешь, что неделю назад принцессе Роанне исполнилось восемнадцать лет?
– Неа, - пожала плечами я.
– Я не слежу за днями рождения и возрастом членов королевской семьи. Вдруг они настолько дряхлые, что это жуткая тайна, замаскированная магией?
– Будешь знать.
– Алет нагло проигнорировал мое замечание, и его слова прозвучали так, будто он просветил мой темный ум на века вперед лишь этим ослепительным фактом.
– Так вот, король Шарам решил, что Бегошу стоит укрепить отношения с долиной оборотней. Он хочет устроить выгодный династический брак.
Я подавилась соленым крендельком, который только что мирно жевала. Алет со всей силы хлопнул меня по спине, и я благодарно засипела, морщась от боли. Решение нашего итак на голову стукнутого монарха поразило своей невероятностью. Долина оборотней, Аргон, всегда была сама по себе. Они не подчинялись Бегошу и были полностью свободны от человеческих законов. Однако, самое главное - Аргон был опасным местом. Отправлять туда принцессу выходить замуж - определенно кинуть ее в верно распахнутую пасть смерти. Ей еще прелюдию в виде свадебного путешествия сделают, которую она не забудет даже в мире мертвых. Оборотни не терпят близости людей к себе.
– Он что, окончательно сбрендил? Они же эту принцесску со смаком обглодают по косточке, диадему бросят в сокровищницу, а потом скажут, что так и было!
– Приказы короля не подвергаются сомнению, Далена. Их только выслушивают и исполняют. И именно из-за повышенной опасности король Шарам хочет нанять тебя в качестве мага-служанки принцессы.
Я на миг потеряла дар речи. Маг-слуга - профессионально выученный в Школе человек, которого приставляют к важной персоне, к одному из пиков высшей власти. Он обязан защищать своего работодателя, при надобности жертвуя всем - даже жизнью. Зато весь этот двухсот процентный риск окупается огромным гонораром, на который можно безбедно жить в течение двадцати, а то и больше, лет.