Битвы экстрасенса

Миронов Евгений

– Говорю вам и могу повторить ещё раз: крайне тяжёлый случай получился с вашим Павлом.

– Так уж вышло.

– Надеюсь, нас к нему пустят в палату перед жизненно важной хирургической операцией?

– Обещали.

– Что ж, тогда расстанемся до завтрашнего утра, вы же и сами знаете, что утро вечера мудренее.

– Я, чуть не забыла, ещё принесла вам фотографию.

– Давайте глянем, что из себя представляет вами любимый супруг Павел, которому грозит нейрохирургическая операция.

– Вот, –

дама вынула из коричневой объёмной сумки портретный снимок размером девять на двенадцать.

– Уверенный в себе мужчина ваш Павел, решителен, находчив и крепок ваш супруг.

– Спасите, Константин, пожалуйста, – и она громко всхлипнула.

– Это рано, дождь можете пускать при врачах, а когда зайдём в палату, держитесь браво, не распускайте нюни.

– Постараюсь, – ответила дама плаксивым тоном.

– На сегодняшний день, уважаемая супруга Павла, предлагаю нам с вами попрощаться до завтрашнего доброго утра.

– Буду ждать вас к девяти.

18

Тёмным и пасмурным воскресным февральским утром при полнейшем гололёде Константин вспомнил:

Непогода пришла к нам надолго,Завывают ветра за окном,И полягут снежинки без толка –И растают своим чередом.И хоть слабый морозец, но утромТротуары покроются льдом.Создаёт позы, как в Камасутре,Пешеход, чтоб пробраться в свой дом.

Он вошёл в неприветливый, расцвеченный с потолка белыми и жёлтыми люминесцентными лампами холл клиники. Здесь его уже дожидалась вчерашняя дама.

Супруга Павла с облегчением вздохнула, искренне обрадовалась его появлению, и даже улыбка мелькнула на её печальном лице:

– Здравствуйте, уважаемый Константин, я очень рада вас видеть.

– Приветствую вас, вы зарегистрировались, вы подходили уже к ресепшн, спрашивали там что-либо, интересовалась?

– Я только что приковыляла по этому несносному, опасному гололёду.

– Тогда подойдём вместе и отметимся, если вдруг спросят, то скажите, что я ваш двоюродный брат по линии отца. Паспорт приготовьте.

На ресепшн девушки нашли по компьютеру Павла и его палату и объяснили, как пройти на отделение, и к кому следует обратиться, чтобы допустили в палату перед операцией.

Медсестра подвела их в белых халатах к палате Павла и сообщила:

– Больной со вчерашнего вечера находится в бессознательном состоянии, поэтому, если станете говорить что-либо, то, пожалуйста, только тихонечко осторожно, только шёпотом.

Когда они подошли к койке Павла,

участливая медсестра покинула их.

Угнетённое состояние Павла усугубляла высокая температура, на левой стороне лба сгруппировались вертикальные морщины.

Вначале Константин подравнял ауру, чуть больше задержался в районе головы Павла, который находился в бессознательном состоянии. Затем с помощью своего дыхания Константин принялся накачивать энергетический центр обездвиженного тела Павла положительной благодатной энергией, какую Константин брал из окружающей среды.

После процедуры медсестра в белом халате подвела супругу Павла с Константином на этом же этаже к кабинету хирурга. Медсестра удалилась, предварительно позвав врача, который вышел в коридор поздоровался и сообщил своё мнение:

– Крайне тяжёлый запущенный случай.

– Вы уж извините, что так получилось, – пролепетала супруга.

– Мы, конечно, сделаем всё, что в наших силах.

– Ой, спасибо, дорогой вы наш человек, – чуть ли не простонала она с надеждой в просящем и заискивающем тоне.

– Но силы современной медицины не безграничны, – отрезал хирург, словно скальпелем.

– Мы просим вас, пожалуйста, ради всего святого, помогите, – не унималась причитать супруга.

– Супруг выпивал? – спросил хирург тихо, как бы между прочем.

– Да, … – успела произнести словоохотливая супруга с лицом, хаотично испещрённым предательскими морщинами до того, как Константин излишне крепко сжал её руку.

– Да, – продолжил отвечать за супругу Павла Константин, – последние годы он выпивал шампанское три раза в году – на Новый год, на восьмое марта и в День Победы.

– А помногу ли употреблял? – допрашивал хирург.

– В последнюю новогоднюю ночь он едва ли осилил грамм двадцать шампанского с привкусом дрожжей, – Константин продолжал крепко держать супругу Павла за руку.

– У него что-то очень сильно болело, возможно, имелась серьёзная причина – почему он не пил?

– Никто не замечал, да вроде бы всё у него со здоровьечком было в порядке – нормально.

– Отчего же всё-таки он не пил большего?

– Видите ли, он достаточно долго занимался спортом, и спортивный режим находился у него в крови, он просто не мог иначе.

– Может, он курил табачные изделия?

– Как-то тут совратили его, и он даже по три сигаретины в день выкуривал, но пару месяцев назад он и эти опыты с табаком прекратил.

– Похоже, вы хорошо его знали?

– Так мы вместе с ним на заводе сколько лет отмахали, он у нас мастер цеха, – Константин продолжал крепко сжимать руку супруги Павла и добавил, – его фотография и сейчас висит на доске почёта – сразу же, как проходишь на территорию нашего завода через проходную.

– Спасибо вам за ценную информацию.