Битва

Корчевский Юрий Григорьевич

«А мышцы у него накачаны неплохие, такие фигуры женщинам нравятся», – заметил Володя.

Объект проследовал в душ и из раздевалки вышел уже одетым в городскую одежду. С некоторым пренебрежением он оглядел Володю. Ну да, неспортивен, и одежда – не последний писк моды.

На самом мачо под лёгкой курткой известного итальянского бренда была футболка, сквозь тонкую ткань которой рельефно вырисовывались мышцы. Джинсы, шузы из крокодиловой кожи – всё это Володя увидел в долю секунды. Ни дать ни взять – один из представителей золотой молодёжи. Но Володя-то знал, что

он альфонс, племя презренное, и в приличное общество таких не пускают.

– Валерий Егорович, – уважительно обратился к нему менеджер, – у вас скоро абонемент закончится.

– Экая мелочь, оплачу, – высокомерно ответил мачо. Он повернулся к стойке и задел локтем вовремя подставившегося Володю.

– На вашем месте я бы извинился, – закипел Володя.

– Когда будешь на моём месте, чмо, извинишься.

– Что ты сказал? – Володя резко ударил его рукой в причинное место.

Пропустив удар, мачо согнулся от боли, а менеджер тут же схватился за телефон.

– Полицию вызвать хотите? Он первый меня локтем ударил, свидетелем будете. И на камерах наблюдения это есть, запись обязательно попросят.

Менеджер замер с телефоном в руке.

Едва не вспыхнувшая драка не продолжилась. Володя мирно стоял и извиняюще улыбался. Потом даже взял под локоток всё ещё остававшегося в согнутом положении мачо, довёл его до диванчика и бережно усадил.

– Ещё раз рот откроешь, глаз выколю, – широко и радушно улыбаясь, тихо пообещал он.

Атлетом, как мачо, Володя не выглядел, но его быстрые действия и решительный тон произвели впечатление. Глаза у мачо забегали, он струхнул, потому что понял: единственное, что ему оставалось, дождаться, когда с минуты на минуту из зала выйдет кто-то из его знакомых, кого можно позвать на помощь. Трусоват мачо, слабак! Мышцы накачал, а отпор дать боится.

Володя наклонился и посмотрел прямо в глаза субъекту. Господи, и что в нём девки нашли? Глуп, мыслит «раз-два» – Володя «выпотрошил» его быстро. Все желания как у животного: поесть сытно и вкусно, постельными упражнениями заняться, деньжат срубить, поскольку новую машину купить хочется. И ничего серьёзного. Даже о жене бизнесмена, любовнице, мысли его уловил: «Корова сисястая, не будет подкидывать больше бабла – брошу», – полагал мачо.

Дело было сделано неожиданно быстро.

– Ну, долго я буду стоять? – спросил Володя.

– А что я должен? – удивился мачо.

– Извиниться, и мы расходимся бортами.

Слова были из лексикона матросов – в Питере их жило множество.

– Тогда извини, – промямлил мачо.

– Живи, но в следующий раз не спущу, – пообещал Володя.

Менеджер так и стоял с телефоном в руке. Конфликт разрешился сам, мирно, а привлекать внимание полиции – себе дороже, посетители этого не любят.

Володя уселся в машину.

– Шефу звонить будете? Я своё дело сделал, надо доложиться, – сказал он.

– Айн момент! – Водитель выскочил из машины. При Володе он говорить не захотел.

– Через час, – вернувшись, сказал водитель. – Время у нас есть, может быть, вас свозить куда-нибудь?

Володя посмотрел на часы:

съездить домой, чтобы поесть, он не успевал.

– Не успеем. Давайте потихоньку к дому Исаака Соломоновича.

Медленно ездить водитель явно не умел. Переулками он выбрался на загородное шоссе и вскоре остановился у ворот имения Исаака Соломоновича.

Чтобы не сидеть, Володя выбрался из машины. Сосновый бор, редкие имения, далеко отстоящие друг от друга, чистый воздух, море рядом… Володя его не видел, но до него периодически доносился шум прибоя, запах моря. Море имеет свой запах – водоросли, соли, йод. Славное местечко, пожалуй, лучше Рублёвки. Володя там никогда не был, но предполагал, что это так, потому как моря там уж точно нет. А это уже совсем другое дело.

Плавно, почти неслышно подплыл чёрный «Майбах». Ворота распахнулись, но заказчик заезжать не стал. Он вышел из машины, и наёмный водитель завёл её во двор.

Исаак Соломонович сам направился к Володе. Одет на этот раз он был по-деловому: тёмно-синий костюм-тройка, тёмно-голубая рубашка, галстук, штиблеты из дорогой кожи. Жизнь явно удалась, и достаточно было мимолётного взгляда, чтобы это понять.

– Добрый день, – поздоровался Володя.

– Здравствуйте. Ничего, что на свежем воздухе?

– Мне всё равно.

– Тогда пройдёмся. Весь день, знаете ли, в офисе. Надо ноги размять, свежим воздухом подышать.

– Хорошее место, и воздух прямо-таки целебный.

– Верно заметили. Так я вас слушаю.

Володя коротко и чётко доложил, что с требуемым субъектом в контакт вступал, угрозы тот не представляет, поскольку в голове его только собственное тело, женщины и деньги.

– Мозги на уровне подростка, желания животные, – подвёл итог Володя.

– Мне тоже так показалось по фото. Наши с вами оценки совпадают, и это замечательно. А не может ли этот мачо быть инструментом в чьих-либо руках? Не стоит ли за ним кто-нибудь более опытный и алчный?

– На данный момент точно нет. А в будущее я заглядывать не могу.

– И на том спасибо.

Заказчик достал из кармана заранее приготовленный конверт, и на Володю еле уловимо пахнуло дорогим одеколоном. «Наверное, один флакон стоит как моя зарплата», – мелькнуло у него в голове.

– Пожалуйста. – Исаак Соломонович протянул конверт Володе. – Если возникнет нужда, я могу рассчитывать на вашу помощь?

– Можете. Но лучше бы таких ситуаций не было.

– Это может знать только Он. – Исаак Соломонович поднял глаза к небу. – Как говорится, хочешь рассмешить Бога – расскажи ему о своих планах.

– Спасибо. – Володя сунул конверт в карман.

– Полагаю, вы умеете держать язык за зубами?

– Разве у нас с вами были какие-то совместные дела? Я вас и вижу-то в первый раз.

Заказчик ухмыльнулся:

– Не переигрывайте. Вас отвезут.

Дома Володя открыл конверт. Как и было договорено, тысяча, только не долларов, а евро. М-да, у богатых свои причуды.

Некоторое напряжение, до этой минуты державшее Володю в своих объятиях, схлынуло. Он поужинал: было уже девятнадцать часов.