Битва
Шрифт:
Популярные мифы, ходившие среди воинов, утверждали, что водители боевых роботов сливались со своими машинами, что существовала передача индивидуальности от человека к боевому роботу, что машины двигались и сражались потому, что их напрямую контролировал мозг воина. Все это было неправдой, хотя нейроимпульсные шлемы позволили сделать первый многообещающий шаг к такого рода боевым системам. Что шлемы действительно делали, так это руководили машиной в таких рутинных вопросах, как поддержание равновесия. Это позволяло водителю боевого робота свободно заниматься аналитическими задачами, такими, как отделение друзей от врагов и участие в битве.
– Первый,
Голос в динамиках шлема отфильтровывался и воспроизводился электроникой, и нужна была привычка, чтобы понимать его. Электромагнитные передачи велись в крайне низкой частотной полосе для того, чтобы пробить электронную блокировку противника и чтобы не нарваться на. вражеские провокации. Часто такие передачи шли на искусственном шифрованном языке, известном только пользователям, во времени, чтобы изобретать и учить такой язык, сейчас не было. Компьютер зажевывал слова и делал их понятными только членам группы. По крайней мере Грейсон на это надеялся.
Он напрягся, вслушиваясь. Сенсоры на шлеме считали электрическую комбинацию.
– Второй, это Первый. Слушаю.
– Мы на месте у ограды. Патруля нет… Ничего подозрительного.
– Хорошо. Будь бдителен.
Передвижение ударной силы по оврагу в разгаре дня несло в себе определенный риск. У налетчиков имелись геликоптеры, и никто не мог гарантировать, что у них не было также военного наблюдательного спутника, способного сосчитать заклепки на спинной броне «Страуса». «Страус» был закутав в складки камуфляжной сетки, и Грейсон поставил тепловые поглотители на самую полную мощность, чтобы снизить инфракрасное излучение боевого робота. Группа захвата рассчитывала только на удачу. Тщательное наблюдение за бандитскими базами возле космодрома и Замка навело на мысль, что бандюги недооценивали вооруженные силы треллванцев и на подступах к своим лагерям не поддерживали надлежащего дозора.
– Первый, это Третий.
– Третий, это Первый. Слушаю.
– У Замка все тихо. Я вижу «Мародера». Он по-прежнему припаркован на парадном плаце снаружи от дверей Бухты Приюта.
– Отлично. Следи за ним.
Кабина «Страуса» была настолько мала, что Грейсон мог коснуться противоположной переборки вытянутой рукой. Зрительным экраном служила дугообразная 180-градусная полоса в передней части крошечного помещения, на ней изображались отчетливо напластованные уровни отложенных водой осадков в стенах канала. Большую часть пола занимали сиденье водителя и переплетение кабелей, консолей, обнаженных схем и прочего, что заставляло эту маленькую ходячую гору двигаться и сражаться.
Пожалуй, самой характерной чертой кабины являлся резкий, кислый запах, который, казалось, исходил от пола, переборок и сиденья, несмотря на то, что кабину драили сто раз и опрыскивали дезодорантами. По журналу на борту «Страуса» и по датам установки снаряжения выходило, что этому боевому роботу было свыше ста лет. Отличительные запахи пота, страха и ярости стали такой же неотделимой частью кабины, как и броня, защищающая ее. Запах был неприятный, но Грейсон уже перестал его чувствовать.
Внутри кабины стало тепло. Крошечный вентилятор за головой Грейсона бился с непосильной задачей охлаждения замкнутого пространства, но силы его были на исходе. Грейсон уже содрал с себя всю одежду, кроме шорт и легкой рубашки из сетчатой ткани. Пока он не испытывал особого неудобства, но очень скоро станет гораздо хуже.
Грейсон посмотрел вниз на войска… Его войска, подумал
Он дважды пошевелил мускулами челюсти перед тем, как открыть связь.
– Второй, это Первый. Подключи меня.
– Хорошо, Первый.
На зрительном экране развернулось дополнительное окно. Над ним на краю оврага разведчик высунул сенсорный конец дистанционного сканера за выступ каньона. В новом окне Грейсон увидел приземистые очертания водяных и топливных баков, переплетения ячеистой ограды. Вдалеке сквозь мерцающий туман двигалась фигура «Шершня». От железобетонного полотна, заставляя изображение дрожать, поднимался нагретый воздух.
– Это наша мишень, – сказал Грейсон. Он открыл связь с Третьим. – «Мародер» все еще стоит на месте?
– Так точно, сэр. Все спокойно.
– Ну, это ненадолго. Второй!
Он мог видеть командира тактической ударной силы сержанта Рамагу, трогающего микрофон, прикрепленный к горлу.
– Да, сэр!
– Выдвигайтесь! Сейчас же!
Солдаты маленького отряда хлынули вверх по склону оврага, пользуясь веревками, укрепленными разведчиками у его края. Согласно плану взвод А двигался к внешней ограде космодрома.
Грейсон глубоко вздохнул и снова почувствовал кислый воздух стесненной кабины «Страуса». Он открыл еще одну боевую связь.
– Четвертый, ты готов?
– Так точно, лейтенант! – Сержант Ларессен орал, электронные тона его голоса были странно смещены. Он, наверное, старался перекричать вой двигателей скиммера.
– Мы готовы. Дай им знать, что ты там. Они воззвали к самому королю Джевериду, чтобы он выбил необходимое снаряжение, включавшее восемь потрепанных, но пригодных воздушных скиммеров – пятиместных машин наподобие тех, которые Грейсон использовал во время последней битвы. На трех из них размещались пушки, на одной – боевой лазер. Еще на двух везли бронебойные РБД, а остальные перевозили тяжелые пулеметы для истребления личного состава. Эта маленькая армада не шла ни в какое сравнение с вражеской силой. Хотя, если повезет, в открытом бою они могли бы подбить один иди два легких боевых робота. Грейсон решил, что шансы настолько зыбки, что весь этот конвой будет служить скорее приманкой. Сейчас они мчались по пустыне с восточной стороны космодрома, пропеллеры катеров взметали клубы пыли, видимые за десятки километров.
– Лейтенант! Это Второй!
– Вперед, Второй.
«Страус» по-прежнему вышагивал по каньону. Подальше имелось место, где склон был не такой крутой, чем там, где вскарабкалась наземная группа захвата. Когда «Страус» шел по каменистому дну, на экране качались и подпрыгивали красные и желтые слоистые пласты стен лощины.
– На космодроме два… повторяю, два боевых робота. Они вместе…
– Подключи.
Открылось новое окно, и Грейсон увидел, что к «Шершню» присоединяется второй легкий боевой робот. Из-за плохого изображения было трудно что-нибудь разобрать, но этот второй робот был, повидимому, «Стингером». Пара двадцатитонных разведывательных машин стремительно двигалась по полотну на запад.