Битва За Масть
Шрифт:
Я связался с особистами по месту службы субъекта. Характеристики совпадают.
– Введенский замолчал.
Надо заметить, что Игорь Леонидович Введенский обладал внешностью идеального чекиста. То есть никакой. Среднего роста. Вполне благообразен. В меру мужествен. Спортивен. Наверное, мог даже нравиться женщинам. Разве что блеск глаз изредка выдавал скрытое тщеславие. Но это, в конце концов, не такой уж порок, особенно в условиях нового времени.
Генерал отеческим взором обвел собравшихся. Вопросов к Введенскому, похоже, не было.
–
– Генерал, сжав руки в кулаки, тяжело опустил их на полированную столешницу.
– Предлагаю взять Белова в разработку. Генерал Хохлов одобрительно кивнул...
* * *
Артур просто не находил себе места. Да еще куда-то Петр запропастился. Именно тогда, когда он больше всего был нужен. В офисе "Курс-Ин-Веста" стояла непривычная, мертвая тишина. Там, где вчера бурлила живая жизнь, сегодня впору было справлять поминки.
Людочка от вынужденного безделья гоняла по экрану принца Персии, которому никак не удавалось перепрыгнуть через пропасть. Раз за разом незадачливый принц падал на дно каменного колодца, и острые безжалостные шипы-кинжалы пронзали его тщедушное виртуальное тельце.
Но не зря она считалась профессионалкой. За те несколько секунд, во время которых посетитель должен был сделать несколько шагов от входа в приемную до двери кабинета шефа, она успела нажать кнопку селекторной связи:
– Артур Вениаминович, к вам!
Радостно отбросив бессмысленные бумаги, Артур вскочил из-за стола. Прямо как молоденький. Он и боялся дурных вестей, и надеялся на чудо.
Дверь открылась, и на пороге появился Меченый, человек со шрамом на правой щеке.
– Ну, Петр, наконец ты пришел!
– засуетился Артур.
– Ничего не говори. Проходи, садись.
Артур кинулся к заветному шкафчику, выхватил коньяк и два фужера.
– Подожди, - он плохо слушавшимися руками разлил напиток.
– Меня здесь скоро гасить начнут.
Артур заглянул в бесстрастные глаза Петра и протянул ему коньяк:
– Ну, ничего, мы же с тобой старая команда, - в голосе его звучали и надежда, и почти униженная просьба.
Петр кивнул, но это, как оказалось, вовсе не было знаком солидарности:
– Прости, Артура. Я тебе ничем не могу помочь. Теперь у тебя новая защита - Саша Белый.
Ну, уж такой подлянки от жизни в целом и от Петра в частности Артур совсем не ожидал:
– Что?!
– задохнулся он от злости и бессилия.
– В вопросе с алюминием только он тебе помочь сможет, - завершил свою мысль Петр. И добавил, чтобы не оставалось ни малейших сомнений: - И запомни, это - без вариантов.
У Артура на несколько мгновений перехватило дыхание. Оттягивая душивший его галстук, Артур просипел:
– Пошел вон, сволочь!
– свои слова Артур попытался сопроводить решительным жестом, но жест вышел решительно жалким.
А вот у Петра получилось. Уже в дверях он повернулся к Артуру и два вытянутых пальца - указательный
Впору было стреляться...
* * *
Юрист Кошко, чья голова была закована в гипсовый шлем, лежал в отдельной палате Склифа и размышлял о жизни и ее превратностях. Не зная, чем его развлечь, мама читала ему детскую книжку про индейцев. У индейцев все было просто: стрелы, яды, скальпы. Очень детская попалась книжка.
– Как ты?
– ласково спросила она, дочитав очередную страницу.
Юра пробурчал что-то успокоительное в ответ. Но тут тишину стерильной больничной палаты буквально взорвало фейерверком.
Посетителей было всего четверо, но шума они производили, будто целый взвод.
В глазах у Клавдии Семеновны зарябило от улыбок, цветов, фруктов, блеска бокалов, фольги на шампанском.
Цветы ей галантно преподнес Саша Белов. Он посмотрел ей в глаза так по-доброму, так обезоруживающе, что она не смогла сдержать улыбку:
– Спасибо.
– Ну, как самочувствие больного?
Клавдия Семеновна неопределенно пожала плечами, но выражение ее лица свидетельствовало: пациент жив, но...
Пчела уже громко откупоривал шампанское.
– Тише, тише, сейчас сестра придет, - попытался урезонить своих кромешников Белый.
– Какая, беленькая?
– сделал моментальную стойку Пчела.
– А что, пусть заходит, - добавил он, разливая шампанское по бокалам.
Весна бушевала вовсю. И везде. Теперь, казалось, она пришла и в эту палату.
Фил и Космос, опережая других, сдвинули свои бокалы, продолжая беспричинно, совсем по-детски гоготать.
– Ладно, все, - поднял бокал и Саша.
– Ну, что, брат, твое здоровье.
Он чокнулся с загипсованной рукой Юры. Тот в ответ сдержанно улыбнулся.
– Не зря пострадал, - философски заметил Фил.
Из-за его спины вывернулся Космос - ему не терпелось сообщить радостную новость:
– Теперь вон Пчела у нас - соучредитель в "Курс-Ин-Весте". Ты рад?
Саша очень внимательно смотрел в Юрины глаза. И только когда заметил их ответное движение, достал из кармана халата новенькие очки в тонкой золотой оправе и протянул их больному. Тот, левой рукой расправив дужки, с трудом, чуть наискось, надел их.
– Ты же не сердишься на меня, брат?
– спросил Саша участливо, однако его интонация и выражение глаз предполагали и ожидали лишь один вариант ответа.
Юрист прикрыл глаза и, слабо улыбнувшись, отрицательно покачал головой:
– Я не сержусь на вас, Саша.
Таким образом, ритуал во всех формальностях был соблюден. Сашино настроение тотчас приблизилось к точке кипения. Слава богу, поводов было предостаточно.
– А у меня свадьба скоро, - торжественно провозгласил он.
– Кстати, я вас приглашаю, - перевел он взгляд на Клавдию Семеновну.