Битва за Латор
Шрифт:
Прогулявшись по ремесленному кварталу, я потрудился и заглянул в каждую мастерскую, которая занималась изготовлением луков и мебели, но никто не слыхал про столяра, чью жену зовут Адель. В таком случае и про Розалинду спрашивать не имела смысла. Снова встретившись с сестрой в той же лавке, где оставил её больше часа назад, я узнал у Тамики, что из-за особенностей города в нем сразу три ремесленных квартала. По одному в каждой из частей.
Получив новую информацию, я разыскал ремесленный квартал, относившийся к серединному городу. В нем тоже никто не слыхал об Адели. Уже почти потеряв надежду найти таким образом потомков Седрика, я вернулся в старый город и повторил
Взглянув на название: «Лавка мастера Вигора», я сразу вспомнил, о чем рассказывал покойный Седрик. Действительно. Это именно то место, что мне нужно. Внутри лавки было очень тесно. Всё свободное пространство торгового зала занимали многочисленные стулья и табуретки, которые, по видимому, никто не торопился покупать. Хозяин лавки сидел в глубине коморки и стругал очередную деревяшку. Завидев меня, он встрепенулся и поспешил навстречу. Его лицо горело надеждой. Похоже, нечасто к нему заходили покупатели.
– Чего желаете, госпожа? – заискивающе спросил мужчина.
– Я здесь, чтобы встретиться с вашей женой, Адель. У меня сообщение и посылка от её отца.
Мужчина помрачнел. Он опустил голову и побрел в дальний конец лавки, после чего молча опустился на табурет и продолжил стругать рубанком заготовку.
– Где я могу увидеть Адель, - удивившись странному поведению мужчины, переспросил я.
– Я не знаю, где она сейчас, - тяжело вздохнув, отозвался мужчина со своего места. Она забрала все мои сбережения, детей и вместе с сестрой отправилась покорять столицу.
– Что значит покорять столицу?
– Это всё её младшенькая, Розалинда. Это она её надоумила. Сутенера Розалинды убили, так она сбежала с его деньгами к нам. Кутила здесь полгода, напивалась и тратила чужие деньги на всякие побрякушки и тряпье, а как деньги кончились, стала упрашивать сестру отправиться в столицу, повидать мир, а заодно взять у торговой гильдии в долг, а та, дура, зачем-то послушалась. Теперь моя лавка заложена за долги, Адель и Розалинда в бегах. Младшая пообещала жене, что быстро отобьет одолженную сумму доступным ей способом. Ей нужны были лишь подъемные, чтобы оплатить жилье и питание. Однако, я уверен, она спустит полученные деньги точно так же, как растратила украденные у прошлого ухажера. Одного не пойму, зачем супруга моих малолетних сыновей с собой прихватила? Места себе не нахожу. Отправиться в столицу не могу, пока не выплачу долг гильдии, а он растет быстрее, чем я успеваю изготавливать и продавать мебель, а тут еще и спрос резко упал.
Надавив на больную мозоль, я вызвал излияния измученного мужчины. Мне стало жалко оказавшегося в полной жопе работягу. Брал себе вроде приличную женщину в жены, но плохое воспитание в семье дало о себе знать. Вигор Бильбрук не только остался в долгах по глупости жены, так еще лишился лавки и собственных сыновей. Ситуация с растущими долгами могла растянуться на годы. Нужно было срочно погасить эту задолженность, а раз её создала Розалинда, я посчитал не зазорным погасить её из наследства блуднцы.
Вернувшись в гостиницу, я застал Виолетту в номере. Испуганная моим резким появление, она даже не скрыла улик. Так и замерла, запустив руку в вытащенную из-под моей кровати сумку с красной лентой. То, что сестрица задумала сделать, было понятно без слов. Запустила руку в чужой карман. Не желая слушать никакие оправдания, я схватил её за шкирку перегнул через колено и так отстегал по костлявой жопе рукой, что на
Сестра слезно просила её простить, потом просто молила остановиться, но я не дал слабину и хлестал до тех пор, пока она не пообещала никогда в жизни не брать чужого. Раз мама с папой этого не объяснили, пришлось мне, младшей сестре, выступить в роли воспитателя.
Чуть позже, всхлипывая и растирая по лицу соленые слезы, Виолетта призналась, что уже потратила некоторую часть денег из этой сумки, вытащив пару кошелей ещё прошлой ночью. Желая поощрить сестру за чистосердечное признание, я дал ей двадцать серебряных монет из своего набедренного кошеля, но перед этим спросил, зачем она вновь полезла в сумку.
– Я хотела сделать тебе подарок, - опять разрыдавшись, сообщила сестра, - у тебя всего одно новое платье, а у меня уже три.
– Как три? – удивился я. На моей памяти Виолетта заказала одно в Руизе, да и то не смогла получить, так как угодила в тюрьму.
– Я сегодня их заказала. Будет стыдно, если мы появимся в столице в самых дешевых нарядах, но мне не хватило двухсот монет, чтобы оплатить заказ.
С арифметикой у сестры всегда было туго. Она, фактически, призналась, что просто хотела оплатить свою покупку, а подарок мне - лишь отговорка.
– Ну что же, недостающую сумму ты получила, но если еще раз возьмёшь чужое без спроса, так просто не отделаешься. Я клянусь, сломаю тебе обе руки.
– Сестра! – взвизгнула Виолетта, вскочила на ноги и пулей вылетела за дверь.
Совсем скоро мне стало ясно, чем вызван жуткий испуг сестры. Она явно не ограничилась воровством парой кошелей. Сумка полегчала примерно на треть. То-то платье Виолетты так странно топорщилось, когда она вышла утром на прогулку. Теперь было понятно, что она напихала под юбку часть украденных денег. Похоже, придется все же сломать идиотке одну руку, если даже получив по жопе она продолжила врать. Всё равно я могу залечить любую рану в считанные секунды.
На всякий случай я проверил и другие свои сумки, но в них все осталось лежать на прежних местах. Насчет сумки с серебром Адель, я был не уверен. Её содержимое я не пересчитывал, но чисто внешне, она выглядела также и не потеряла в весе. Немного подумав, я взял обе сумки с собой. Выплатив долг, мужчина вернет супругу домой и продолжит заботиться о ней и совместных детях, а значит, косвенно я передал деньги ей. Ещё неизвестно, какой долг дочки Седрика создали в торговой гильдии. Возможно, все серебро старика уйдет в оплату женской глупости.
Во второй раз Вигор встретил меня с меньшим энтузиазмом. Наоборот, он прятал глаза. Ему было неловко за вынос сора из избы. Я сказал, что помогу ему с уплатой долга. Отец Адель и Розалинды умер, а предназначавшаяся им посылка, это его наследство. Мужчина сказал, что не может принять деньги, ведь они пренадлежат дочерям покойного, но я напомнил ему, чей долг он сейчас выплачивает и мужчина согласился.
Закрыв лавку на замок, и заметив, что я склонился под тяжестью ноши, мужчина сам предложил помощь с сумками. Он не роптал, обливаясь потом, пока мы шли из старого района города в новый. Торговая гильдия расположилась в самом большом и престижном здании Сигарда. Вскоре я понял, как эти хитрые барыги позволяли себе занимать одну из самых роскошных усадьб в городе. Их проценты по выданным кредитам были просто безумными. Причем, их совсем не интересовало, способен заёмщик вернуть сумму или нет. В Латоре активно практиковалась продажа в рабство за долги. Причем, угодить в рабство было вполне реально, одолжив даже совсем небольшую сумму.