Битва за Крым
Шрифт:
Бобер кивнул, обнажив два торчащих передних зуба. Благодаря отменной для тяжеловеса подвижности, их он тоже сохранил в неприкосновенности. Хотя, если бы Бобер не ушел из бокса в бандиты в начале своей спортивной карьеры, и нос, и зубы ему бы наверняка «подправили» более серьезные соперники.
– Тогда двигайте! – велел Серый. – Как упадете на хату, отзвонишься… – Бобер неслышно покинул кабинет, Серый взял телефон и перезвонил своему адвокату:– Привет, Роман! Ты занят?.. Нужно будет подъехать в одно место где-то через полчасика. Нет, я лучше сам за тобой
Опустив трубку, Серый прикурил сигарету, откинулся в кресле и выпустил дым в потолок. Большинство из тех, с кем он начинал бандитскую карьеру, уже вышли из игры. Либо были убиты, либо отсидели, а вернувшись, обнаружили, что все уже поделено…
В Серого тоже пару раз стреляли, но оба раза ему элементарно повезло. А вот то, что он не угодил за решетку, было целиком заслугой его адвоката. Поэтому Серый ему доверял и не делал никаких резких движений без предварительной консультации с ним.
В шестом номере публичного дома все смолкло. Направленный микрофон уже около двадцати минут не ловил ни единого звука. Подполковник Хорьков заподозрил неладное и потянулся к рации:
– Второй, Второй, как слышишь?
– Второй на связи!
– Объект не появлялся?
– Нет, Первый!
– Конец связи!.. – буркнул Хорьков, однако сомнения его не оставляли.
И он перезвонил в центр РЭР, откуда централизованно прослушивали всех «подопечных» ФСБ.
– Хорьков! Мой объект по мобильному не звонил?
– Нет, – ответил оператор. – Только по стационарному из своего кабинета…
– Из своего кабинета?
– Ну да, только что…
– А запись можно прослушать?
– А там слушать нечего. Он подчиненных к себе вызвал…
– Понял! – выдохнул Хорьков и тут же приказал в рацию: – Второй, снимаемся! Отбой! Возвращаемся на базу!
– А что случилось?
– Что-что? Объект уже там, упустили, мать вашу!
– Садись! – распахнул дверцу своего «мерса» Серый.
Роман подозрительно заглянул в машину. То, что Серый заехал за ним один, не могло не насторожить опытного адвоката. Поправив очки, он нерешительно оглянулся на свой «Порш Каена», стоявший на стоянке офисного комплекса.
– Может, я за тобой?
– Садись, говорю! – нетерпеливо прикрикнул Серый.
Выглядело это не очень красиво. Адвокату было уже за пятьдесят, и смотрелся он весьма солидно. Светлый костюм, галстук, модные очки и благородные седины, уложенные первоклассным парикмахером. Но Серый, хоть и был намного моложе, имел право помыкать юристом. Потому что платил ему ежемесячно астрономический гонорар.
И Роман подчинился.
– Просто дело стремное, лучше тебе не светиться! – смягчил Серый, когда «мерс» тронулся с места.
Роман тронул очки и невольно покосился в зеркало.
– Да все в порядке, – успокоил его Серый. – А дело такое…
По дороге к Ленинградскому проспекту он ввел адвоката в курс. Конспиративная квартира, на которую привезли Клер, была зарегистрирована
Серый позвонил в дверь. Бобер выглянул в глазок и открыл. Он отступил в сторону, чтобы пропустить хозяина, но тот велел:
– Давай в комнату! Слон где?..
– Там… – удивленно проговорил Бобер.
– И закрой за собой дверь! – кивнул Серый.
Бобер выполнил приказ, и только после этого прятавшийся внизу Роман быстро нырнул в квартиру. Она была с секретом. Во второй комнате имелось хитрое окно, через которое можно было скрытно наблюдать за тем, что происходит в первой.
Именно у него и расположился Роман. Эта мера предосторожности была вовсе не лишней. Ведь открытое присутствие адвоката при противоправных действиях могло аукнуться в будущем тем, что Роман из адвоката мог превратиться в обвиняемого.
Серый вошел в комнату, в которой находилась Клер. Девушка выглядела очень сильно напуганной. Когда за ней приехали в публичный дом, она попыталась дернуться. Однако тут же получила от Бобра короткий тычок под дых. И более-менее пришла в себя только в машине.
Прежде чем завести ее в дом на Ленинградском проспекте, Слон ткнул девушке в сонную артерию пальцем. И она снова на какое-то время превратилась в подобие зомби. Когда дверь комнаты открылась, Клер взглядом затравленного зверька посмотрела на Серого. И поняла, что это самый главный, тот, от которого зависит ее дальнейшая судьба.
– Ну как дела? – спросил Серый, подойдя к Клер и уставившись на нее взглядом удава. – Жалобы, претензии на обращение имеются?
– Н-нет…
– Очень хорошо! – с улыбкой оглянулся Серый на своих подручных. Те, словно по команде, осклабились. – Ты меня очень расстроила… – Подойдя вплотную к сидящей в кресле Клер, Серый поставил лакированный штиблет на сиденье между ног девушки. Та невольно раздвинула бедра. Серый чуть приподнял носком юбку и сказал: – Насиловать мы тебя не будем, не надейся. Просто забьем тебе туда бутылку шампанского… – Клер испуганно дернулась, но Серый упер ей носок в низ живота: – Сидеть, сучка! Говорить будешь?
– Да, – быстро сказала Клер.
– Молодец! – Серый удовлетворенно кивнул, но убирать ногу не стал. – Так на кого ты работаешь?
– На ФСБ…
– Точно?
– Да!
– Давно?..
Логинов допоздна засиделся в своем кабинете на Лубянке и только ночью уехал на оперативной машине прямиком домой. Подполковник Хорьков после этого тоже распустил подчиненных по домам, а сам вернулся на работу.
В силу специфики выполняемых задач он имел право докладывать о результатах своей работы только одному человеку – лично начальнику Управления собственной безопасности ФСБ. Однако переговорить в этот вечер с генералом ему не удалось. Тот был занят, и телохранитель посоветовал Хорькову перезвонить уже с утра.