Битва за город
Шрифт:
Но нет, дело не в монстрах, дело в предчувствии, какое бывает перед переменами, вот только какими эти перемены будут - плохими или хорошими, тот ещё вопрос.
Войдя в неказистое бревенчатое здание учебного центра, попаданец предстал перед сидящим за столом гремлином. Вот с кем, с кем, а с этими монстрами следовало дружить, хотя бы потому, что они не глупее людей, поголовно владеют магией и обременены кое-какими админскими полномочиями, пусть последнее тщательно скрывают.
– Опаздываете молодой человек, - недовольным голосом проскрипел сидящий гремлин.
– Опаздываю, - виновато потупился
– За опоздание полагается наказание, - задумчиво произнёс монстр.
– А, ладно, иди, хватит с тебя наказаний. Да и наставник тобой доволен, - «вахтёр» махнул на попаданца гусиным пером, словно отгоняя назойливую муху.
– Заерах в третьем классе, - крикнул он в спину поспешившему убраться с его глаз молодому человеку и что-то пометил пером в лежавшем на столе толстом журнале.
– Спасибо, - придерживаясь стены, поблагодарил гремлина Юра.
Пройдя длинный коридор и на ощупь отсчитав третий проход, он зашёл в нужное помещение, постоял в дверном проёме прислушиваясь, после чего уселся на длинную деревянную скамью у стены. Следовало подождать, так как судя по услышанному внутри разговору, наставник был занят обучением монстров. Вздохнув, Юра посочувствовал учителю, так как ученики попались «минус 100 балов в тесте IQ для ДЦПшников».
– Аларин асанай ане эхара. Переведите сказанное на язык монстров, - требовательно обратился к ученикам-гоблинам непривычно мохнатый гремлин, внешность которого являлась помесью Горлума из Властелина колец и спившегося от не лучшей жизни Пикачу.
Трое гоблинов переглянулись в немом совещании, после один из них ответил:
– Шрайтама шерайх хен асаран...
Гремлин от услышанного скривился словно взял в рот что-то кислое, после чего недовольно произнёс:
– Ага, то есть вы, например, ловите заблудшего пришедшего на территорию Зелёной фракции и спрашиваете у него «Зачем ты пришёл в деревья?» На что он вам наверняка ответит «Как зачем, чтобы удариться об деревья головой...» Аларин асанай ане эхара?» на языке людей значит -«Зачем ты пришёл в лес?» И если бы вон тот, ухмыляющийся человек не жертвовал для вас - недоумков своё время, вы бы никогда не сдали у меня зачёт, - кивнул монстр на сидящего у двери попаданца.
– Ладно, свободны, а ты задержись, - гаркнул учитель одному из гоблинов, как всегда безошибочно вычислив монстра, к глазам которого подключился Юра.
Вытащив из стопки книг на столе нужную, гремлин полистал её, открыл на нужном месте и сунул оставшемуся гоблину, не забыв для профилактики отвесить зелёному подзатыльник. Подзатыльники Заерах - так звали гремлина, отвешивал пушечные, уж это молодой человек знал отлично, так как в первые месяцы обучения ловил их столько, что потом полдня в ушах звенело.
Хорошо зная, что от него требуется, Юра принялся читать написанное. Своего письма у монстров не было, так что грамматические правила и их примеры были записаны транскрипцией на языке людей данного континента. Впрочем, как знал молодой человек, на соседних континентах язык был тем же, разве что некоторые слова произносились по-другому, да и ударения ставили по-своему, но не более.
После прочтения полагались вопросы, однако сегодня вопросов не имелось. Не сказать, что в Юре проснулся лютый полиглот, как и не сказать, что был он «сиди, я сам открою».
Занятие тем временем шло своим чередом.
– Шатермах?
– Королевство.
– Мишара?
– Лошадь.
– Аша мишара?
– Осёдланная лошадь.
– Муарама масимарашь?
– Э-э...
– обалдел молодой человек. Ибо произнесённое имело крайне неприличное значение.
– Х-м-м...
– задумчиво протянул гремлин и положил перед Юрой небольшой жетон красноватого металла.
– Похоже учить тебя мне больше нечему, - с нотками торжественности заключил монстр, после коротко гаркнул:
– Свободен...
Жетоны имелись трех видов - серый, желтый и красный. За любой из них Юре давали то количество еды, которого более чем хватало на плодотворный рабочий день. Однако за простецкий - серый можно было разжиться максимум подобием перловой каши на воде, а за красный - самый лучший, полагалось мясо, местный гарнир - обычно похожие на клубни картошки, да и еще немного сухофруктов насыпали.
Поблагодарив учителя, именно он оценивал старание ученика и стимулировал их пищевым довольствием, попаданец направился к строению офицерской столовой. В ней полученный жетон можно было обменять на еду. Монстры занимающие командные должности ели отдельно, и это радовало, ибо общая гоблинская «столовка» - адово место, где такому как Юра не только поесть сложно, но еще бы зубы не потерять. Нет, порядки здесь строгие и ведут себя монстры на редкость дисциплинированно, так уж оно - фракционное подчинение работает, вот только пнуть попаданца, это как сорвать свисающее через соседский забор яблоко - вроде и не положено, но очень заманчиво.
Без приключений добравшись до нужного места, благо недалеко, Юра зашёл под обширный навес, огороженный со всех сторон щитами из плетёного ивняка: капитальных стройматериалов на всё не хватало. Внутреннее строение данное место имело простое и практичное, с одной его стороны находилась кухня, состоящая из батареи приземистых кирпичных печей, на которых готовили и подогревали еду и, собственно, пространство предназначенное для едоков - заставленная деревянными столами и скамьями площадка. Кухню и «зал» разделяла длинная деревянная стойка, на которой высились горы чистой и не очень посуды.
На кухне правил махровый матриархат, а именно здесь заведовали бойкие гоблинши и пара необъятных троллих. Среди огров, как ни странно, имелись только мужские особи, но над этим вопросом молодой человек предпочитал голову не ломать.
Женские особи монстров встречались значительно реже мужских и при этом были крупнее, сильнее и умнее, отчего без труда могли поставить зарвавшихся самцов на место. Но при этом они обладали и положенными женщинам качествами - заботливостью и хозяйственностью. Несмотря на то, что какое-либо сексуальное влечение, как и возможность естественного размножения, у мобов отсутствовали, монстры мужского пола были не прочь пофлиртовать с кухарками, за что им частенько перепадало что-нибудь вкусное.