Битва за Европу
Шрифт:
Палач взобрался на специальную подставку, а тем времен другой помощник стал сыпать на окровавленную спину соль и испанский перец. Последовал жуткий вой. Крепкий мальчишка едва не лишился сознания от невыносимой боли, но опытный инквизитор сделал пару уколов иголкой в шею, стимулируя нервные окончания и не давая уйти в спасительный мрак небытия. Жак уже не слышал, что спросил у него инквизитор, он вопил:
— Да! Да! Да! Все скажу!
Старший инквизитор спросил еще раз:
— А самый главный зачинщик
И безумный вопль:
— Да! Только умоляю, прекратите!
Старший инквизитор кивнул в сторону Эрика:
— Ну, все ясно! Теперь возьмемся за него!
И юного виконта грубо подхватили за руки и ноги, сорвали сапоги, и рубашку(вышитый жемчугом бархатный камзол сняли немного раньше!) Эрик, конечно же, пробовал сопротивляться, но крепкий палачи уже имели много опыта укрощений, причем куда более сильных и строптивых личностей. Легкий удар ребром ладони между шеей и затылком не погасил сознание, но заставил конечности пацана-сановника обмякнуть, словно вареные макароны.
После чего руки вывернули назад, и стали аккуратно поднимать дыбу. Босые же ноги зажали в колодку.
Эрик впервые получил возможность испытать действие дыбы на себе. Его отец разумеет, не был ангелом и мальчику-виконту, уже пару раз довелось присутствовать на допросах, а точнее пытках, которым герцог де Гизз подвергал своих врагов.
Но самому конечно в роли жертвы быть не приходилось. Даже выпороли Эрика причем легко всего один раз. Довольно разбалованный, хотя и сильный от природы мальчишка.
Веревка стала натягиваться, связки руку и плеч сначала мучительно заныли, затем буквально взорвались болью, которую Эрику еще не доводилось никогда испытывать. Мальчик-виконт к своему стыду застонал, но тут же прикусил губу, стараясь не выдать боль. Возникла борьба между гордостью потомка величайшего рода и предательской плотью. Суставы выворачивались сильнее, ноги оттягивал назад прикрепленный к ним груз, и казалось, что плечи и сухожилия заливает расплавленный свинец. Вопль вырывался из груди и даже до судорог сжатые зубы не помогли избежать вырывающегося из нутра мычаний. А рельефный, хотя и слегка жирноватый пресс мальчишка задергался. То, проваливаясь, то набухая…
А в ушах даже стало постреливать от притока крови в верхнюю часть тело, с ноздри скатилась капелька пота.
Главный инквизитор, похоже, оказался доволен:
— Ну как? Я вижу, тебе нравится?
Эрик боялся разжать челюсть, опасаясь, что в этом случае вместо, невнятно мычание и вовсе раздастся нечеловеческий вопль. С другой стороны, и терпеть подобное не было сил.
Помощники палача глядели на Главного инквизитора преданными глазами, а тот явно колебался. С одной стороны выбить признания на дыбе большой соблазн. С другой стороны могучее семейство Гиззов станет
То есть следует решиться на очень рискованный шаг. А пока задача магистра была припугнуть щенка, не калеча. Пытать следует не оставляя следов. И тут конечно растяжка и выворачивание суставов самое лучшее, что можно придумать.
Инквизитор приказал:
— Выкручивайте его, но, не ломая кости!
Не самые приятные воспоминания прервал, осторожный оклик адъютанта:
— Монсеньер, противник перебил практически всех пушкарей. Мы теряем контроль над битвой.
Герцог скомандовал:
— Трубить отход!
Приказ явно запоздал…. Как и следовало ожидать, сигнал вызвал панику и все еще многочисленная армия, бросилась, словно угорелые зайцы наутек.
Лея по этому поводу высказалась:
— Страх самое убийственное, что есть на свете, так он смертоносен и при присутствии и отсутствии!
Гришка тут иронически спросил воительницу:
— А для нас тоже?
Лея с ухмылкой ответила:
— В определенном смысле да.
Гришка, срезав башку одним взмахом пяти громадным маврам, захотел уточнить:
— И как он смертелен?
Лея заулыбалась:
— Грозит нам лопнуть от зазнайства!
Григорию вновь стал актуален разговор Малюты Скуратова об нем. Понятно и Малюта и Басмановы хотят их убрать. Как кстати и сам царь. Россия уже достаточно сильна, чтобы завоевать весь мир и без их сверхспособностей.
Но пока царя останавливает страх, как и Малюту. Да и взорвать конечно их могут. Лучше быть осторожнее, если случится попасть в глубокое подземелье. Или в подвал, а еще лучше и не соваться в такие места. Но что им делать самим? Тоже может прикончить Малюту и Басмановых? Или даже сам стать царями?
В самом деле, кровавый Иван Васильевич, вроде бы имеет легитимность на троне. Но во первых линия Рюриковичей сильно запутана, и отнюдь не факт, что Иван Грозный именно старшая ветвь. Второе, можно установить и республиканскую форму правления. Третье, а какое вообще имеет это значение? Романы вообще нелегитимные, или Годуновы. А на соборе у них есть все шансы пройти всенародное ободрение.
Царь все Руси, Всероссийский император Григорий первый Кулаков. Это звучит!
Глава 15
Время от времени слышалась стрельба, стороны несли ощутимые потери.
Алиса и Максимка (Жена Анжелика куда-то смылась!) сражались на пару, и удалось очистить от врага несколько башен, а затем они прорвались к внутреннему дворцу, где жил хозяин. Это разукрашенный острожек встретил их пушечной пальбой, и повстанцы впервые понесли существенный урон.
Тогда Алиса предложила:
— Поджечь сваленный уголь и подобраться к дворцу под прикрытием дыма.