Битва за будущее

Нортон Джефф

– Я смогу лететь, – объявил он.

– Что?

– Я смогу поднять самолет в воздух.

Сэм посмотрела на Иону так, как будто он только что объявил себя кенгуру.

– Иона, ты меня пугаешь.

– Это все здесь, Сэм. – Иона постучал ладонью по своей макушке. – В памяти отца! Я снова могу читать ее, прямо как когда я нашел Южный Угол.

Самолет был старым, с двумя винтами, похожим на тот, в котором Хирам переправлял Иону и Стражей из Франции в Россию. Правда, в этот раз парень сам сидел за штурвалом.

Иона

вырулил на взлетную полосу и почувствовал, что воспоминания отца слились с его собственными. Действуя инстинктивно, он проверил педали управления и убедился, что самолет будет послушно поворачивать, затем обратил внимание на направление ветра. Юго-западный, и достаточно сильный, если верить раскрашенной в красно-белую полоску трубе ветроуказателя.

Потянув ручку газа, Иона заставил двигатели взреветь и повел самолет по взлетной полосе. Конец полосы приближался очень быстро, и на секунду в сознании Ионы промелькнула шокирующая мысль. Ему придется взлететь – или они погибнут.

Ты сможешь это сделать.

Воспоминания отца, всплывающие из подсознания, управляли его действиями; руки плавно потянули штурвал. Земля начала стремительно уходить вниз.

Я делаю это!

Он держал самолет под постоянным углом и чувствовал сопротивление штурвала. Инстинктивно он изменил настройки полета и вскоре управлял самолетом лишь легкими прикосновениями.

Затем Иона выполнил перебалансировку и выровнял самолет на высоте двух тысяч метров. Его мышцы, казалось, имели собственную память. Тело знало, как управлять самолетом в воздухе.

Я лечу! В реальном мире!

Он расслабился в своем кресле и посмотрел вниз на удаляющийся город.

– Тебе удалось, – сказала Сэм.

– Благодаря отцу, – ответил Иона. – Благодаря его воспоминаниям.

Правда, теперь Ионе казалось, что это его собственные воспоминания. Когда он взглянул на высотомер убедиться в показаниях прибора, ему показалось, что прежде он делал подобную рутинную проверку уже миллион раз. Вокруг плыли прозрачно-белые облака. Он был уверен, что сам стал пилотом. Он был одним целым с этой кабиной.

Сэм по карте показывала маршрут, который они составили с Акселем, и через пятнадцать минут город исчез из виду. Теперь внизу раскинулась бескрайняя пустыня. Другие самолеты в воздухе отсутствовали; отсутствовала и турбулентность. День был ясным и солнечным. Они летели без изменений направления и высоты.

Это был великолепный день для полета, но Иона начал беспокоиться за Сэм. Погруженная в свои мысли, она смотрела прямо перед собой остекленевшим взглядом.

Не следовало упоминать об отце, подумал Иона.

– Ты поступила правильно. – Он попытался ее успокоить. – Мы вернем твоего отца, обещаю.

– Я просто

чувствую себя такой беспомощной, – объяснила Сэм. – Ну почему в этом самолете нет терминала?

Иона осмотрел кабину: терминала действительно не было.

– Капитан Тэнг найдет их. – Иона от всей души желал, чтобы это оказалось правдой.

– Надеюсь, – шепотом отозвалась Сэм. – Я выйду в сеть, когда мы прилетим в Вумеру.

– Знаешь, я слышал, что некоторые аватары, когда отсоединяются от сети… они просто болтаются на месте.

Сэм заставила себя улыбнуться:

– Только не Аксель. Он скиталец. Перемещается с места на место, сколько я себя помню. Мне только удалось притормозить его, я только начала узнавать его лучше. Я ведь не знала матери. Я не могу… не могу потерять и его. Он мой отец. Мне нужно… – Сэм внезапно умолкла. – Прости, Иона. Прости. Я не подумала.

– Все нормально.

Он думал о своих отце и матери, Сэм догадалась об этом. Но Иона не был подавлен. Слушая, как Сэм говорит о своих надеждах и страхах, похожих на его собственные, он чувствовал себя не таким одиноким.

– На самом деле, ты и Аксель, – начал он, – больше похожи на пару старых друзей. Я иногда забываю, что вы…

На этот раз улыбка Сэм была искренней.

– Не думаю, чтобы отец когда-нибудь понимал, как надо обращаться с маленькой девочкой. Он очень старался, но многие годы мы были чужими. Через силу перебрасывались парой слов за обедом, а затем выходили в сеть, и каждый жил там своей жизнью.

– Я помню, – сказал Иона, – как однажды мама сказала, что мир изменился слишком быстро, поэтому между ее юностью и моей нет ничего общего, и ей очень трудно «оставаться в теме».

Сэм кивнула:

– Конечно, не помогло и то, что отец проводил все свое время со Стражами. Мы даже за обедом перестали встречаться.

– Когда он рассказал тебе обо всем этом?

– В мой одиннадцатый день рождения. Я задавала всякие неудобные вопросы. Например, как ему удается так много летать, если почти все самолеты стоят на земле. Аксель усадил меня и сказал: «Теперь ты достаточно взрослая, чтобы понять». Он рассказал мне правду о том, чем занимается на самом деле, – по крайней мере, часть правды.

Я решила, что все просто чудесно. Мой отец – секретный агент. Я часто дразнила его вопросами на эту тему. Он стал обучать меня механике после моего заявления о желании тоже однажды стать Стражем. Отец по-прежнему пропадал где-то по несколько дней, но когда возвращался домой, у нас по крайней мере было о чем поговорить. У нас появилось что-то общее.

– А мой отец ничего не рассказывал, – вздохнул Иона. – Жаль. Я хотел бы поговорить с ним.

Иона не сразу заметил крошечную одинокую деревушку, примостившуюся в ложбине между двумя пустынными дорогами. На нее указала Сэм.