Битва судьбы
Шрифт:
– Ух, гадость какая, – сказал охотник, глядя, как дергается, заливая снег дурно пахнущей жидкостью, зубастая тварь с зеленым гребнем вдоль спины и странными кожистыми крыльями, точнее – крылышками. Такие крылья не поднимут тело в воздух, но при прыжках помогают отменно. В этом, на свое несчастье, только что чуть не убедился Хорт.
– Так, это уже серьезнее, – оторвал Ратана от размышлений голос Родомиста. Воин посмотрел туда, куда указывал маг, и нервно вздрогнул. Стоявшее под высоким деревом существо казалось очень похожим на Гологолового, представителя того из Семи Племен, что живет на
Прежде, чем кто-либо из людей успел дернуться, существо издало резкий крик и скрылось в чаще.
– Оно разумно, – сказал маг, и обреченность в его голосе резанула слух. – И приведет сородичей. О них, о потомках людей, что некогда жили здесь, мне рассказывал учитель.
– Это потомки людей? – раскрыл рот Леслав, а Ратан сказал твердо:
– Отступать уже поздно. Раз уж пришли, пойдем дальше.
Хорт, хрипло закашлявшись, кивнул.
Пошли быстрее, благо лес немного поредел. Солнце грело все также немилосердно, но налетевший с севера ветер принес некоторое облегчение. Пару раз из глубины леса доносились резкие визгливые крики, но на путешественников никто не нападал.
День перевалил за середину, когда дорога пошла довольно круто вниз, а впереди, меж деревьев причудливым фиолетовым зеркалом блеснуло Сиреневое озеро.
Князь находился в приемной палате, принимал купцов, когда примчался гонец. Седобородый купеческий староста как раз закончил речь о тяготах торгового дела, о необходимости снижения пошлин, о прочих важных делах и теперь ждал ответа. Но тут дверь с треском отворилась, и вбежал молодой дружинник. Глаза его сверкали, сапоги и плащ были мокры.
Дружинник опустился на колено, склонил голову. Голос у него оказался звучный, красивый:
– Прости князь, срочные вести. Не вели казнить, вели слово молвить.
– Обожди, – кивнул князь. – И вы простите, люди торговые, правитель не всегда может располагать собой. Дела ваши я выслушал, грамоту принял. Приходите дней через семь, тогда и поговорим.
Кланяясь и тряся бородами, купцы покинули палату. Князь кивнул дружиннику:
– Говори!
– Пришел воевода Кремень из Завалья, с ним десять тысяч воинов. Они ждут твоих приказаний у Восточных ворот.
– Это добрая весть! – Владигер улыбнулся, и хлопнул по коленям руками. – Очень добрая.
Вскоре могучий княжеский жеребец вылетел из ворот терема, громким ржанием известив мир о своем появлении. Вслед за ним неслись не такие огромные, но тоже весьма внушительные кони ближней дружины.
– Я не буду это пить, – в пятый раз говорил Хорт, с отвращением глядя на маслянистую фиолетовую жидкость. – Это не вода! Может, она ядовитая?
– Нет, не ядовитая, сколько тебе говорить, – терпеливо отвечал Родомист. – Сиреневое озеро выглядит, спору нет, странновато, как и вода его. Но она целебная. Ее мой учитель пил!
– Что
– Слушай, брезгливый ты наш. Мы что, сюда зря тащились? Прошли бы Темнолесье краем, и все. Для тебя ведь к озеру шли. А ты: не буду! Пей, а не то я тебя силой заставлю.
Хорт взглянул в серые глаза Ратана и понял: да, этот заставит, причем заставит выпить раза в три больше, чем надо, и при этом предложит закусить местной живностью. Ворча, охотник взял у мага небольшой туесок и отправился к воде. Озеро, несмотря на сезон, не было даже тронуто льдом.
Он легко спустился по некрутому берегу, нагнулся. Туесок погрузился в вяло волнующуюся жидкость, и дрожь пробежала по тихим водам. Но этим все и ограничилось. Хорт вернулся довольный, с полным сосудом.
– Пей, – сказал Родомист.
Охотник выдохнул, словно ему предстояло пить самогон, и ловко, одним глотком, опорожнил туесок.
– Ну, как? – спросил Леслав, глаза его блестели от любопытства.
Хорт сначала покраснел, потом побелел, затем лицо его залила желтизна. Лишь когда обрел нормальный цвет, прохрипел:
– Нормально.
– Вот и славно, теперь... – начал Родомист.
Но узнать, что за «теперь» имел в виду маг, не узнал никто. Со стороны леса донеслись визгливые вопли. Обитатели Темнолесья настигли путников.
Вопящие существа толпой мчались к путешественникам. В руках нападающих мелькали дубины. Дело обещало быть жарким. Ратан крикнул: «Прикрывайте!», указав на Хорта, и ринулся навстречу атакующим. Те завопили, яростно затрясли дубинами.
Тот уродец, на которого нацелился Ратан, упал до того, как воин успел ударить. В глазнице у исчадия Темного леса возникла стрела, и создание, издав короткий всхлип, рухнуло. Не успел Ратан выругаться, как сородичи погибшего налетели на него, и воин привычно погрузился в круговерть боя. Он бил и уворачивался, парировал и атаковал.
Темнокожие оказались опасными противниками. В силе они уступали Ратану, да и оружие их было гораздо хуже. Но быстрые и увертливые, они ловко уходили от ударов, и к тому же их было много. В первой сшибке Ратан уложил двоих, но и сам крепко получил сучковатой дубиной по колену. Захромав, некоторое время просто отмахивался, не давая врагам подойти. Слышались странные глухие щелчки, когда меч сталкивался с неожиданно твердым деревом дубин. Нападающие верещали, сквозь их визг пробивались хлопки тетивы.
На миг оторвавшись от противника, воевода рискнул глянуть в сторону друзей: может, кому нужна помощь? Леслав отражал атаки двоих темнокожих, еще один, с распоротой грудью, исходил кровью на снегу. Маг стоял, воздев руки, и с ладоней его с шипением соскакивали золотого цвета искры. Они попадали точно, заставляя темнокожих злобно рычать и отскакивать. Пару раз маг попал удачно: один из нападавших лежал лицом вниз, другой бегал по берегу, с диким воем, прижав ладони к глазам. «Ослепил», – решил Ра-тан, глядя, как воющий влупился в дерево и неловко упал на снег. Хорт стоял позади мага, неторопливо поднимал лук и целился. Вжикала стрела, и очередная жертва падала на снег.