Битва попаданок

Айдарова Олеся

Два дня назад.

Земли рода Лунгаллей в Авеанне

– Не понимаю, - Энриль оторвался от её губ. – Здесь на многие мили никого нет...

Он был прав, заброшенные сады Лунгаллей – некогда могущественного, но давно уже угасшего рода – притягивали какой-то особенной, оголтелой, непричёсанной красотой, однако веаны здесь не селились. Простые люди считали эти земли проклятыми. Правда же заключалась о том, что они оказались слишком сложны в обработке.

Так что наследники рода перебрались в другие провинции, и дороги к садам затянули леса и болота.

– …к тому же стемнело. Но ты не хочешь продолжения. Боишься, что кто-то узнает?
– прошептал он, будто искушая, и тут же снова притянул её, чтобы покрыть шею и ключицы лёгкими, как касание нежного цветка, поцелуями…

– Я буду знать, - Дайна непроизвольно выгнулась из-под его рук, выравнивая сбившееся дыханье. – Что же касается нечаянных свидетелей, мне нет до них дела.

Они сидели в траве под цветущим деревом, и, наверное, лучшего места и времени сложно было найти. Особенно, если учесть, что насекомые никогда не кусали веанов, и могли побеспокоить их лишь своим присутствием.

– Ты хочешь близости после церемонии заключения брака, - он отстранился.

– Ага.

– И в то же время не хочешь брака, - Энриль на мгновение зажмурился, пытаясь разобраться в её чувствах.

– Ну. Да, - подняв бровки, невинно улыбнулась Дайна.

– Хочешь, но не можешь, - недоумевал Правитель. Его руки всё ещё придерживали её за плечи, и если по-честному, ей не хотелось, чтобы их односторонние объятья прерывались. – Это так странно. Так противоречиво и одновременно… так понятно мне.

«Ему ведь тоже хочется большего, но не положено. Видимо, он сам до сих пор ничего не решил».

– Так пусть всё остаётся, как есть, - она приблизилась губами к его губам. – Раз сейчас нас обоих устраивает наличие внутренних барьеров.

– Однажды разгоревшееся пламя когда-нибудь вырвется, - прошептал Энриль, прижимая её к себе и проводя ладонью по тонкому хлопку на её спине, от лопаток до самой поясницы.

– Пусть… - Дайна коснулась кончиком носа его гладкой щеки.
– Пока же… мне нравится сдерживать его, - прошептала она, чувствуя, как в груди всё замирает, а внизу живота скручивается тугой узел.

– Пусть будет так, - в его глазах полыхнуло жадно, жарко, будто обещая. Губы пленили её рот, даря такой поцелуй, что несколько мучительно сладких мгновений она хотела забрать свои слова обратно, попрать собственные принципы и прямо здесь и сейчас поддаться порыву…

День бала.

Комната Дайны во Дворце Правителя

– Готово, госпожа, - отойдя на пару шагов, служанка сделала короткий поклон.

Дайна поднялась со стула.

Зеркало отразило любопытную голубоглазую блондинку с острыми ушками и причёской «мальвинка», выполненной сложным плетением. Платье из небесно-голубого атласа – простое, длинное, на тонких лямках – скрадывало излишнюю худобу, делало зрительно грудь больше, а талию

тоньше. Из-под подола выглядывали мыски таких же голубых атласных туфелек.

В дверь постучали.

– Войдите, - произнесла Дайна совсем не командным тоном.

«Ну какая из меня госпожа…»

В комнату заглянул Энриль. Лицо его вытянулось, и, кажется, даже рот приоткрылся.

– Нормально сидит? – Дайна поёжилась и поправила лямку. – Сто лет не носила платьев.

– Д-да… В смысле, выглядишь потрясающе, только… причёска ещё не готова? – Энриль вопросительно глянул на служанку.

– Всё готово, господин, - та покраснела и опустила голову.

– Она не причём, - Дайна заправила за ухо длинные прядки, непривычно свисающие с висков.
– Я попросила оставить всё так.

– Ммм... – Энриль подошёл к своей спутнице. – Хорошо. Тебе идут распущенные волосы.

Протянув руку к её причёске, он пропустил длинную прядь меж пальцев, укладывая волосы ровной полоской на плече. При этом его рука невольно задела голую кожу. Дайну будто током прошило, по телу разлилось тепло…

«Так, стоп,» - задержала она дыхание. – «Мы вообще-то не одни».

– Благодарю за помощь, - Энриль кивнул служанке.
– Можете быть свободны.

– Да, господин, - коротко поклонилась та и тут же вышла, прикрыв за собой дверь.

Они остались одни.

«Одни!» - сердце в груди заколотилось так, что, наверное, его удары стали заметны под тонкой тканью облегающего платья. Предвкушение чего-то прекрасного, щедро замешанное с поднимающейся в груди эйфорией, подтачивало намерение зачем-то терпеть. – «Действительно, зачем? Кто установил эти правила, принципы, которым я так ревностно следую? В этом мире они иные… Разве не чудо, что мы вообще отыскали друг друга сквозь время и пространства, преодолели столько социальных слоёв… Мы есть друг у друга. Разве этого недостаточно? Разве мои чувства к нему - не веский довод?»

Улыбка, играющая на губах Энриля, сошла, лицо его стало серьёзным:

– Дайна, я тоже… люблю тебя.

– Ох… - сердце замерло, прежде чем сделать кувырок.

Его руки мягко легли на её талию, заставляя дыханье окончательно сбиваться, а сердце колотиться быстрее, хотя куда ещё? Дайна положила ладони на его плечи точно так же, как когда-то мечтала, но единственным её желанием было ощутить под руками не ткань, а тепло его тела. Вслед за этой мыслью на первый план вышли и все затаённые желания. Стало жарко.

– Кажется, я… думаю не о том, - смутилась Дайна.

Энриль и сам покраснел, правда, тут же поспешил перевести ситуацию в шутку:

– Почему именно сейчас? – усмехнулся он, сделав бровки домиком. – Нам ведь нельзя опаздывать. Не в этот раз.

– Ну, бал ведь не до утра? – подмигнуть не получилось, слишком уж сильным оказался накал охвативших Дайну эмоций.

– Кто знает? Кстати, прости, что так внезапно и в условиях срочности, - Энриль извлёк из еле заметного нагрудного кармана два серебряных украшения с крупными голубыми камнями. – У меня для тебя… есть кое-что.