Битва флотов

Форстен Уильям P.

— Он лжет!

Немного пораженные, все в комнате обратили свои взгляды в сторону представительницы Фирекки которая в течение двух долгих дней заседаний хранила молчание.

Рикик — глава Фирекканского планетного альянса, встала и скосила голову глядя на собравшихся. Фирекканцы выглядели весьма необычно — птицеподобные существа, напоминающие земных попугаев, но только ростом примерно в два с половиной метра. В обычной ситуации такие пташки могли привидеться наяву, если только серьезно перебрать с выпивкой. Ясон взглянул на Хантера, который однажды спас жизнь Рикик, когда она была захвачена в плен

килрафи. Его друг ухмылялся.

— Барон Джукага лжет, — громко объявила Рикик, глядя на собравшихся. — Если вы люди настолько глупы, что верите его словам, то тогда вы обречены! Вспомните, моя планета была атакована ими лишь для удовлетворения их кровавого ритуала. Миллионы членов моей стаи были убиты, наши города были разрушены. Потребуется не одно поколение, прежде чем мы сумеем восстановить то, что было потеряно. Я не могу поверить в то, что вы соглашаетесь на это безумие.

— Мой друг, — с улыбкой сказал Родхэм, как будто Рикик была его старым приятелем, который сам того не понимая, высказался невпопад. — Вспомните, мы тоже много страдали в этой войне. Это продолжалось в течение более чем тридцати лет. Более сотни колоний, и полдюжины развитых и густонаселенных миров были опустошены. Погибли миллиарды, — он остановился. Видно было, что эти слова причиняли ему боль.

Ясон знал, это не могло быть напускным, младшая дочь Родхэма погибла во время первой Энигминской кампании.

Он прочистил горло и продолжил.

— Тридцать лет мы проливали нашу кровь, терпели невзгоды, и все лучшее отдавали этой войне. Подумайте о том, что мы могли бы сделать со всем тем что мы потратили и потеряли в этой войне, что было бы, если хотя бы половина того что мы потеряли было использовано в целях мирного освоения космоса?

— Адмирал Толвин утверждает, что баланс сил сместился в нашу сторону. Я так не думаю. Теперь мы стали подобно двум борцам равным по силе, схватились друг с другом, и ни кто не может повалить соперника. Как долго это должно продолжаться? Еще тридцать лет? И что бы следующее поколение так же не увидело конца этой войны? И что, война будет продолжаться пока мы полностью не уничтожим друг друга?

— Барон Джукага предложил простой выход, взять и просто остановить это бессмысленное кровопролитие. Мы просто соглашаемся доводами разума. Я знаю, вам военным это не нравится; вы каждый раз вспоминаете о ваших товарищах, которые погибли, и теперь вы удивляетесь, ради чего? Я скажу вам, их гибель не была напрасной. Это не победа, теперь это уже невозможно, но они предотвратили поражение. Желать продолжения войны с аргументом, что жертвы не должны быть напрасными, не значит ни чего большего, чем лить новые потоки крови на могилы мертвых, которым это давно не нужно.

Выдержав паузу, он продолжил.

— Я не хочу, чтобы мои внуки погибали так же, как погибла моя дочь. Я думаю она хотела бы, чтобы они росли без страха и жили в мире.

— Они умрут, только худшей смертью. По крайней мере, ваша дочь умерла в борьбе; ваши внуки умрут, видя перед смертью лишь блеск ритуального клинка, перерезающего им горло. Так истребили большую часть моего народа, — выкрикнула Рикик.

— Я думаю, что это уже чересчур, — возмутился помощник Родхэма.

— Как можно волноваться о судьбе одного, когда на карте либо, выживание

нации либо ее полное уничтожение, — воскликнула Рикик в ответ. Я больше не могу терпеть эту фальшивую заботу о человеческой жизни, когда это лишь маска для тех, кто хотят достигнуть своих интересов за счет интересов всех остальных. Если Конфедерация согласится на это предложение, то тогда я выведу Фирекку из состава Конфедерации.

— И кто же защитит вас тогда? — саркастически усмехнулась Джеймсон.

— Как же вы защищали нас, когда килрафи уничтожали наш мир? Ваш флот просто отошел по причине стратегической необходимости. Я думаю, вы так это называете?!

То, что вы сделали, это хуже предательства. Вы не сделали ничего, что бы нас защитить, просто оставили нас на произвол судьбы. И я скажу вам вот что: найдется еще не мало пограничных миров которые последуют за нами. Вы не видите здесь представителей миров Ландрейха или колоний Гровшнера, поскольку они не хотят иметь никакого отношения к такому миру.

— Это измена, — выкрикнула Джеймсон, — и если колониальные миры нарушат перемирие, мы применим к ним адекватные меры.

— Нет, это выживание, и помяните мои слова, придет день, когда вы будете рыдать над бумагами которые вы сегодня подпишите. И что касается адекватных мер по отношению к колониальным мирам. Только попробуйте! — выкрикнула Рикик, громко щелкнув клювом.

Бросив последний взгляд на Президента, она оттолкнулась от стола и гордо проследовала вон из зала, сопровождаемая своей помощницей.

— Старушка К'Каи и впрямь многому научила ее, — прошептал Хантер на ухо Ясону.

Когда мимо проходила его старая боевая подруга, он прошептал фиреккийское приветствие, но она не ответила, видимо не расслышала или так была занята своими мыслями, просто не заметила.

Повисла минута тяжелого молчания.

— Я думаю, что продолжение этой дискуссии только накалит обстановку, и приведет к возрастанию враждебности, — сказал наконец Родхэм. — Я благодарю всех вас за ваш вклад в обсуждение этого вопроса в течение этих последних двух дней.

— Та-а-а-к, приготовились… — прошептал Ян.

— Я планирую подписать договор перемирия в течение этого часа, и этот договор устанавливает двустороннюю мирную комиссию, для работы по постоянному мирному соглашению между Земной Конфедерацией и Империей Килра. Вы все можете присутствовать во время подписания договора, если пожелаете. Спасибо, дамы и господа.

Родхэм встал и направился к выходу сопровождаемый министрами и советниками.

— Да пошло оно все…!

Ясон просмотрел на адмирала Бэнбриджа, который в сердцах бросил свой миникомпьютер на стол и быстрым шагом удалился.

Толвин повернулся и посмотрел на Яна.

— Да, ваши фирекканские друзья сыграли отличный спектакль, — грустно улыбнувшись, сказал он.

— Думаешь, они действительно сделают это? — спросил Ясон, тоже повернувшись к Яну.

Ян улыбнулся.

— Да, эти птички уже не те что были при первой нашей встрече. Но точно я знаю только одно — они делают самую лучшую выпивку из той что я знаю, и даже серьезно надравшись, если они дают обещание, то будь уверен, они его сдержат!

— А что насчет тех колоний, которые не собираются соблюдать перемирие? — спросил Ясон.