Биртман
Шрифт:
Из трубки доносился девичий смех.
— Але? А Белка, привет… Ладно Бэла. Ты чего чудишь? Не ты? А брат мой чудит… Ну да тот еще чудила… Что? Нет. Нет. Да нафиг его, не надо потому что… Да потому что он тупой. Да детство у него в жопе еще, забудь про него.
— Дззззззз! — раздался звонок в дверь — Дззззз! Дззззз! — весьма настойчиво повторился.
— Да вашу ж маму! — встал я с дивана и поперся открывать.
— Ну, и чего горит? — уточнил я у парня что жал на кнопку.
— Ты чего еще не одет?! — в свою очередь спросил он у меня.
— А
— А?! — явно не понял он.
— Да выбрать не могу: то ли валенки одеть то ли сапоги, может ты подскажешь? — поймал я кураж.
— Ты чего дурак?!
— Сам такой. — буркнул я. — Ты чего вообще трезвонишь?
— Как чего?! Мы договорились в девять на углу! А сейчас сколько?
— А? — обернулся я к ретро часам, даже для этого времени ретро, с маятником — Кажись пятнадцать минут десятого.
— Опоздаем же опять?! Саныч прибьет!
— Да что ж такое опять меня Санычем пугают. Куда я там на тренировку что ли забыл идти?
— Зиня, ты чего издеваешься? Сегодня же сбор в половину назначен в Спортшколе!
— Ладно-ладно, давай зайди пока, я и впрямь забыл, сейчас соберусь.
— Чего?!
— Что чего? Зайди говорю, сейчас я соберусь по-быстрому. Что я должен одеть взять с собой, что-то вылетело из головы.
— Спортивный костюм, кеды, ну для душа там, как обычно… — растерянно смотрел то на меня, то по сторонам, бледный парень.
Я заглянул в пакет к приятелю «номер два» и обнаружил там еще полотенце и прочие сопутствующие причиндалы для душа.
— Погоди Бэла, тут брат опять чудит. — и уже закрыв трубку рукой зашипела на меня — Ты что дурак? Ты чего делаешь?
— Что?! — не понял я.
— Ты что правила забыл?! — яростно шипела она.
— Какие, блин опять?! — уже начал по-настоящему сердится я.
— Никаких гостей в доме! — прошипела она, сверкая глазищами, словно я впустил в дом не ровесника, а пару бандитов-наркоманов.
— Да он в прихожке постоит… — растерялся было я.
— Быстро выметайтесь! Все отцу расскажу и маме! — шипела она.
Я похватал свои вещи и вытолкнул приятеля на лестничную клетку.
— Извини у сеструхи опять приступ паранойи, валим!
— Чего? — не понял растерянный пацан.
— Того! Не болтай никому только! Сеструха у меня ку-ку, опять обострение, валим! Валим живее! — повторно толкнул я его.
— Ненавижу! — крикнула сестра, выглянув из квартиры, явно услышав, что я наговорил приятелю. — Убью гада!
— Вишь чего происходит, обострение. — толкал я приятеля вниз.
В принципе я уже все понял. Убранство квартиры говорит нам или о высоком статусе, или о нетрудовых доходах родителей, скорее всего отца. Мне было некогда разглядывать всякую технику, я искал документы и фотографии, но глаз цеплялся и за телевизор, и за магнитофон, и что-то еще стояло, на полках… фотоаппарат был. Ладно потом присмотрюсь. В доме похоже запрет на приглашение гостей. Надо же понимать место и время. Я соображаю нормально, исправил свой ляп с
— Так вот почему к вам в гости постоянно нельзя! — «прозрел» приятель.
— Тс-с! Никому. — приложил я палец к губам. — Вообще забудь, что я сказал, иначе обижусь. Я не должен был говорить, просто она сегодня довела меня уже до ручки.
— Ясно. — ошарашено кивал приятель. — И что у ней?
— Давай не будем об этом.
— Понятно.
Да уж косячу, я не по-детски! То дядя умер, то сестра сумасшедшая.
— А блин!
— Что?
— Автобус уехал! Все труба, теперь бегом только.
— Ну побежали. — пожал я плечами.
Бежать оказалось нехило так. До Дворца Культуры.
— Блин! Уже строй стоит! — панически вскрикнул приятель.
— Не вздумай кому сказать про сестру! — напомнил я с угрозой в голосе.
Сам создал очередную проблему, может стоило разыграть амнезию дома, и проблем было бы меньше?
— О-о! А вот и наш непревзойденный Биртман изволил прийти.
— Прибежать — кто-то выкрикнул «умное» замечание, из строя.
— Правильно говорить Борман! — выкрикнул еще один, под нарастающее веселье.
— А ну тихо! — пригрозил тренер. — Что на этот раз? Автобус? Утюг? Кеды? Ключи? Мама? Папа? Кто там еще есть? — перечислял тренер с явным сарказмом в голосе.
— Сестра, ой, — пихнул я в бок приятеля, но строй уже услышал и зашелся хохотом.
— Что-что? Антон Майоров? Вы сказали Сестра? Или мне послышалось.
— Троллейбус — пробормотал тот, видимо перепутав от смущения автобус с троллейбусом.
— Га-га-га! — еще сильнее заржали в строю.
— Угу, троллейбус, она же сестра автобуса, — решил блеснуть остроумием и тренер. — Где вы у нас в Реутове видели троллейбус? — строй уже просто рыдал от смеха.
— Так ладно, Майоров в строй, тебе дополнительный круг, а ты постой тут. — сказал мне видимо тот самый Саныч.
— На ле-е-во! Бегом по периметру три круга марш!
Строй тут же рассыпался, превращаясь в гомонящую толпу мальчишек и уже толпа побежала.
— Вот что Биртман, опять что ли все у нас по-старому, начинается?! — упер руки в боки тренер.
— Ну не успели мы на автобус, — развел я руками. — Что ж…
— Да не в том дело! Не опаздывает знаешь кто? Кто выходит заранее, кто не боится прийти на полчаса раньше, например. Лучше же раньше прийти нет?
— Лучше, — пожал я плечами и кивнул одновременно.
— Весь прошлый год! — потрясая руками говорил тот. — Весь прошлый год! — повторил он, — каждое занятие, каж-до-е! Ни одного не было, что бы ты не опоздал или чего-нибудь не начудил на нем? Я устал уже, думал, что за лето ты может как-то поумнеешь, приоритеты определишь. А ты все туда же? Буду ходить — не буду. Да, Сергеев сказал, — подтвердил тренер, видя мою вскинувшуюся голову, — что ты видимо не придешь, якобы сказал ты ему такое утром. Что было дело?