BioShock: Восторг
Шрифт:
Наверное, ему следовало поговорить с Элейн. Райан не уважал людей без инициативы. И неважно в чем эта инициатива не проявлялась.
Билл прокашлялся:
– День просто бесконечный, да, Элейн?
– Хм? – она посмотрел на мужчину так, словно только сейчас заметила его. – Да, тянется как-то медленно, – вновь взглянув на него, Элейн покраснела, прикусила губу, после чего снова уставилась в свои бумаги.
Билл был доволен. Если женщина краснеет в вашем присутствии – это хороший знак.
– Когда время тянется медленно, надо его оживить, как я говорю. И что может быть оживленнее джиттербага?
Она посмотрела на него невинно:
– Джиттербаг?
–
– Вы имеете в виду, что хотите потанцевать…? – Она взглянула на дверь офиса Райана и понизила голос: – Хорошо, я могла бы... то есть, если мистер Райан не… Я просто не знаю, как он относится к служащим, которые…
– Которые танцуют? – Билл усмехнулся. – Такие люди все достаточно безумные, – он опять прокашлялся, – то есть разумные.
– А, Билл! Вы уже здесь! – Эндрю Райан стоял в дверях офиса, он выглядел счастливым и полным энтузиазма.
– Совершенно верно, сэр, – пробормотал МакДонаг в ответ. Он встал, стремясь поймать взгляд Элейн, но та уже старательно вернулась к работе.
– Я рассчитываю, что вы принесли мне доклад, – Райан посмотрел на конверт в руках инженера. – Хороший человек. Но я уже в принципе знаю, что там будет. Вот что скажу: давайте-ка пропустим всю эту офисную возню. Вы и я, Билл, если, конечно, вы готовы, совершим путешествие. Будет пара остановок. Одна в городе, другая далеко за его пределами… но мы обсудим это по дороге.
Это была первая поездка Билла в лимузине. Плавная, спокойная, столь далекая от городского движения снаружи. МакДонаг оказался вне своего социального слоя.
С тех пор как его наняли, он встречался с Райаном лично всего несколько раз. В основном его работа проходила с подрядчиками и иногда с Гриви, когда тот возвращался из Северной Атлантики. Только для Билла все выглядело так, словно инженер приходил наблюдать за ним. Оценивал его, как ученый. Однажды Гриви привез посмотреть на Билла пару хмурых, бородатых ирландцев в причудливых костюмах, братьев Даниэля и Саймона Уэльсов. Гриви так и не потрудился объяснить, для чего это было нужно.
– Когда у вас появится возможность взглянуть на цифры, сэр, – начал Билл, – то вы увидите, что мы догнали график и близки к завершению…
Райан поднял руку, останавливая его. Но в то же время он едва заметно улыбался:
– Я не удивлен, что все почти готово. На самом деле команда может справиться и без вашего участия с этого момента. Именно поэтому я и нанял вас, знал, что вы будете делать свою работу отлично. Гриви проверял вас этим туннельным назначением. Но я был правильного мнения о вас с самого начала. Есть еще кое-что, что мне нужно знать. Кое-что гораздо более важное, Билл.
– Да, сэр? – Билл ждал, абсолютно завороженный электрическим зарядом уверенности, который, казалось, исходил от Эндрю Райана.
Райан посмотрел на него серьезно:
– Я должен узнать, готовы ли вы принять величайший вызов в своей жизни.
–Я, – Билл сглотнул. Что бы там ни было у Райана на уме, он должен выдержать это. – Я приму все, что вы мне скажите.
– Билл. – Райан наклонился вперед убедиться, что окошко, отделявшее их от шофера, закрыто, и заговорил тихо и настойчиво: – Вы когда-нибудь слышали о Североатлантическом проекте?
Билл не смог сдержать ухмылки:
– Слышал эти два слова и ничего больше. Они все ведут себя как монахи, взявшие обет молчания, когда я спрашиваю об этом.
– Да, да. На то есть несколько веских причин. Например, Американское правительство и их УСС 8 .
– УСС – американские шпионы, да? Когда я служил в РАФ 9 , мы периодически получали информацию у этих ребят…
8
УСС, Управление стратегических служб (анг. OSS, Office of Strategic Services) – первая объединенная разведывательная служба США, созданная во время Второй Мировой войны. На основе УСС после войны было создано ЦРУ.
9
РАФ (анг. RAF, The Royal Air Force) – королевские военно-воздушные силы Великобритании.
– Верно. «Управление стратегических служб», – он фыркнул. – Могу сказать, мы все время лавируем между ними и ФБР, – дружелюбие в его глазах сменилось твердостью, когда он внимательно посмотрел на Билла. – Вы воевали, расскажите мне об этом немного.
Об этом Билл не любил рассказывать больше, чем было нужно.
– Я не особо участвовал в боях, в основном был в поддержке. Служил бортовым радистом в РАФ. Никогда не убивал никого лично. Одиннадцать налетов на Германию в бомбардировщике, потом ранение. Мне нашли место в инженерных войсках. Это понравилось мне гораздо больше. Там я получил мое образование.
– Вы были верны правительству, за которое воевали?
Билл почувствовал, что этот вопрос ключевой.
– Не сказал бы так, сэр. Не был я верен властям. Да и не любил их никогда. Тут дело не в том за кого я воевал, а в том – против кого. Я был против чертовых нацистов, ублюдков, которые швыряли планирующие авиабомбы на Лондон.
Райан кивнул, переглянулся с Биллом, и тот невольно почувствовал напряжение.
– Мое отношение к верности, – начал магнат осторожно, – очень… конкретное. Я считаю, что человек в первую очередь должен быть верен себе. Но я ищу людей, которые верят в то же, во что и я. Которые верят в это достаточно сильно, чтобы понимать, что быть верным мне означает быть верными самим себе. Таких людей, как ты, Билл, я надеюсь.
Билла повысили. Этот человек, один из самых могущественных в мире, открывал еще одну дверь перед ним и в то же время признал его как личность.
– Да, сэр. Думаю, я понимаю.
– Да? Конечно, я управляю корпорацией и требую сотрудничества от людей, которые на меня работают. Но корень сотрудничества – личный интерес человека. И я собираюсь доказать, что личный интерес – топливо, которое движет машину бизнеса, и свобода от… щупалец правительства, избавление науки от социальных оков, и развитие техники являются залогом всемирного процветания. Я придумал огромный социальный эксперимент. Но, Билл, спроси себя: где можно провести социальный эксперимент таких гигантских масштабов? Где в мире есть место для таких людей, как мы? Мой отец и я сбежали от большевиков, и где же мы оказались? Не в «землях свободы», которыми тут все притворяется. А в землях налогов. И именно нежелание платить налоги привело моего отца в тюрьму. Сегодня все общества на поверхности Земли одинаковы. Но, Билл, представь, что можно было бы… – его голос сделался тихим, он точно не дышал, – … покинуть поверхность Земли? На время. На век или два. Пока эти дураки не уничтожат себя своими хиросимовыми бомбами?