Билли Саммерс
Шрифт:
Они садятся на улице, под тентом кафе «Место под солнцем» – на углу Мейн-стрит и Корт-стрит. Вероятно, по будням здесь бывает людно, но субботним днем внутри почти никого, а снаружи и вовсе безлюдно. Все столики в их распоряжении.
Хоффу на вид лет пятьдесят или, может, сорок пять, если половину из них он провел в загуле. Он пьет вино. Билли заказывает диетическую содовую. Вряд ли Хофф работает на Ника – ведь тот из Вегаса. Впрочем, наш пострел везде поспел и промышляет не только на западе. Ник Маджарян и Кен Хофф могут быть как-то связаны, но с тем же успехом Хоффа мог прислать тот,
– Вон то здание через дорогу принадлежит мне, – говорит Хофф. – Всего двадцать два этажа, но в Ред-Блаффе оно второе по высоте. Станет третьим, когда достроят тридцатиэтажный «Хиггинс-центр» с торговым комплексом. Там я только долю прикупил, а эта крошка моя целиком. Все смеялись над Трампом, когда он обещал поднять экономику, а он взял – и поднял. Еще как поднял.
Билли плевать на Трампа и его экономику, но офисное здание он осматривает с профессиональным интересом. Похоже, отсюда ему и предстоит стрелять. «Башня Джерарда». «Башня» – слишком громкое название для двадцатидвухэтажной коробки, но, наверное, жителям городка, застроенного кирпичными домиками, оно действительно кажется башней. На ухоженном зеленом газоне стоит табличка: «АРЕНДА ОФИСОВ И АПАРТАМЕНТОВ КЛАССА ЛЮКС», внизу указан номер телефона. Табличка тут явно давно.
– Сдается не так хорошо, как я ожидал, – говорит Хофф. – Экономика на подъеме, у людей деньги уже из жопы лезут, а две тысячи двадцатый обещает быть еще лучше, но нынче все в Интернете, Билли… Можно называть вас Билли?
– Конечно.
– В общем, я в этом году слегка на мели, особенно с тех пор, как раскошелился на Дабл-ю-дабл-ю-и, но, черт возьми, три дочерних канала – как я мог от такого отказаться?
Билли понятия не имеет, о чем речь. Может, о профессиональном рестлинге? Или о шоу «Монстр-трак джем», которое рекламируют по телевизору? Хофф явно полагает, что Билли должен быть в курсе, и потому он со знающим видом кивает.
– Местные толстосумы думают, что я давно в минусе, но экономика у нас на подъеме, верно? Куй железо, пока горячо. Чтобы заработать, надо сперва потратить, так?
– Ага.
– Вот-вот. Так что я кручусь, как могу. Знаете, у меня нюх на хорошие проекты. Вот и это дело, чую, верное. Да, риски есть, но что поделать. К тому же Ник меня уверяет, что если вас заметут – не заметут, конечно, но мало ли, – вы будете держать язык за зубами.
– Да. Буду. – Билли еще ни разу не заметали, и в его планы это не входит.
– Кодекс чести, все дела.
– Ага. – Кажется, Кен Хофф насмотрелся боевиков. И часть их, несомненно, была из категории «последнее дело». Скорей бы уже переходил к сути. Здесь жарко, даже под тентом. Жарко и влажно. Птичий климат, думает Билли, но, наверное, птицам здесь тоже не очень.
– Я для вас подготовил отличный угловой офис на пятом этаже, – говорит Хофф. – Три комнаты: кабинет, приемная, мини-кухня. Мини-кухня, каково, а? В общем, долго можно в засаде просидеть. Тепло, светло – сиди не хочу. Я пальцем окна показывать не буду, но вы ведь умеете считать до пяти?
Ага, думает Билли, а еще я умею одновременно шагать и жевать жвачку.
Здание прямоугольное – обыкновенная коробка
Билли вновь поднимает взгляд на угловой офис пятого этажа и мысленно проводит диагональ. Навскидку здесь – от окна до ступеней перед зданием суда – ярдов пятьсот. Такой выстрел он сможет произвести даже при сильном ветре. Разумеется, если инструмент будет подходящий.
– Что вы для меня приготовили, мистер Хофф?
– А? – На мгновение Хофф включает собственное «тупое я».
Билли поясняет вопрос жестом: сгибает указательный палец правой руки. Это могло бы означать «иди сюда», но в данном случае смысл другой.
– Ах да! Конечно! Вы же просили. – Он оглядывается по сторонам, никого не замечает, но добавляет уже тише: – «Ремингтон-семьсот».
– «Эм-двадцать четыре». – Это ее армейский индекс.
– «Эм»?.. – Хофф лезет в задний карман брюк, достает бумажник и роется в нем. Находит клочок бумаги и смотрит на него. – «Эм-двадцать четыре», точно.
Он уже хочет спрятать записку обратно в бумажник, но Билли протягивает руку.
Хофф отдает листок, и Билли прячет его в свой карман. Позже – еще до встречи с Ником – он смоет его в унитаз гостиничного номера. Записывать ничего нельзя. Как бы этот Хофф не натворил дел.
– Оптика?
– Э-э?
– Прицел какой?
Хофф краснеет.
– Какой вы просили.
– Он у вас тоже записан?
– На той же бумажке.
– Хорошо.
– Э-э… инструмент лежит в…
– Мне это знать ни к чему. Я еще даже не решил, берусь за дело или нет. – Вообще-то Билли решил. – Здание охраняется?
– Ну да. Конечно.
Очередной вопрос «тупого я».
– Если я соглашусь, то инструмент поднимать на пятый этаж буду сам. Договорились, мистер Хофф?
– Не вопрос. – Хофф, пожалуй, даже рад.
– Ну, тогда мы с вами закончили. – Билли встает и протягивает руку. – Рад знакомству. – На самом деле нет. Билли не знает, можно ли доверять этому человеку. Да еще эта дурацкая облезлая бороденка. Какой женщине приятно целовать губы, окруженные рыжей щетиной?
Хофф жмет ему руку.
– Я тоже рад. Мне сейчас туго приходится. Читали когда-нибудь «Путь героя»?
Билли читал, но мотает головой.
– Почитайте, советую. Всякие там литературные изыски я пролистал, перешел сразу к сути. Глупости не для меня, я предпочитаю самую мякоть. В общем, не помню, как зовут автора, но он говорит, что любой герой сперва проходит ряд испытаний – и только тогда становится героем. Вот я как раз на этом этапе.