Билл-завоеватель
Шрифт:
– Так это из-за вас мой знаменитый шурин, сэр Джордж Пайк, упал в пруд?
– Из-за меня.
Мистер Хэммонд тепло пожал ему руку.
– Выходи за него, Флики, – сказал он. – Лучшего мужа я не мог бы тебе пожелать. Господи, человек, который вытащил тебя из воды… чей образ ты хранила в сердце все эти томительные годы! – Он взял переговорную трубку и обратился к шоферу. – Йетс, вы знаете хороший регистрационный отдел?
– потом повернулся к Биллу и Флик. – Он говорит, что не знает.
– Есть по адресу Пимлико, Бомонт-стрит, одиннадцать, – с жаром вскричал Билл.
– Йетс, – сказал
Он повесил трубку и откинулся на сиденье.
– Ой, дядя Синклер! – выдохнула Флик.
– После церемонии, – сказал мистер Хэммонд, – думаю, тебе разумней будет вернуться домой, хотя бы на день-два. Сегодня мне трудно было бы объяснить твое отсутствие. Дальше атмосфера станет чуть менее напряженной. – Он снова взял переговорную трубку. – Йетс, – сказал он, – остановитесь у ближайшей бакалейной лавки. Я хочу купить на шесть пенсов риса.
Глава XXI
Поразительное смирение дядюшки
Яркое летнее солнце играло на шпиле св.Марии. Мистер Кули Параден вышел из такси перед зданием лондонского филиала своего целлюлозно-бумажного предприятия и, волоча ноги, поднялся на три лестничных пролета. Ниобея так не сокрушалась над детьми, как мистер Параден – над жемчужинами своего собрания. Загадочное происшествие угнетало его невероятно. Когда они вернулись после буйного вечера (театра и ужина в ресторане), то не заметили никаких следов взломщика – ровным счетом никаких. Однако книги исчезли. С того самого времени мистер Параден беспрерывно ломал голову над таинственной историей, и загадка попроще – с чего бы племянник вызвал его телеграммой, в которой настоятельно просил заехать сегодня в контору – меркла в сравнении с предыдущей.
– Мистер Вест здесь? – ворчливо осведомился он.
Рассыльный Генри шагнул вперед, весь – улыбка и расторопность. Любезность и быстрота в присутствии начальства – вот так молодые люди и достигают вершин в деловом мире.
– Сюда, сэр.
Дверь кабинета открылась, и Билл поднял голову. Он сидел на стуле мистера Слинсби, но тут же вскочил и шагнул вперед с любезностью и быстротой, которых не смог бы повторить даже рассыльный Генри.
– Привет, дядя Кули.
Мистер Параден сердито оглядел комнату. Он был в том настроении, когда после ссоры становится чуть легче, и решил поссориться с Биллом. Не то чтобы совсем поссориться. Он собирался устроить Биллу выволочку. За что, он еще не знал, но, без сомнения, повод сыщется.
– Где Слинсби? – проворчал он, поскольку Генри, выполнив свой долг, бесшумно вышел и закрыл дверь.
– Слинсби уехал, – сказал Билл.
– Уехал! В середине рабочего дня? Куда?
– В Америку.
– В Америку!
Билл нагнулся и выразительно похлопал дядю по плечу.
– Не лапай меня! – рявкнул мистер Параден. – Чего ты меня лапаешь!
– Слинсби, – произнес ничуть не напуганный Билл, – мошенник и негодяй. Я с самого начала его заподозрил, но вы утверждали, что он – само совершенство.
– Слинсби – мошенник? Что ты несешь?
По мере того, как Билл рассказывал, манера мистера Парадена менялась самым разительным образом. Ярость выходила из него, как воздух из лопнувшего баллона. Несколько минут
– Мне нужна сиделка, – объявил он. – Вот что мне нужно. Меня нельзя оставлять одного.
Билл расплылся в ободряющей улыбке.
– На самом деле, – сказал он, – вам нужен толковый молодой человек, вроде меня, который вел бы ваши дела.
Мистер Параден глядел на него с непривычным смирением.
– Ты хотел бы войти в мое дело, Билл? – жалобно спросил он.
– Я готов учиться.
– Тогда давай. Назови свое жалованье.
– Сколько скажете, дядя. Только чтоб хватило на двоих. Мне надо кормить жену.
Мистер Параден сморгнул.
– Жену!
– Да. Кажется, вы ее знаете. Это племянница вашего друга Синклера Хэммонда.
– Что? Когда это случилось?
– Пока это тайна, но может, вы мягко подготовите ее – а теперь и мою – тетю. Это случилось вчера.
– Вчера!
– Да.
– Но вчера она должна была выйти за другого.
– Да. Но я встретил ее, мы поговорили, и она вышла за меня. Мы, сегодняшние молодые бизнесмены, действуем быстро. Время – деньги. – Он нагнулся под стол. – Кстати, дядюшка, кажется, это – ваше.
Как ни часто мистер Параден разглядывал книги, которые выложил перед ним Билл, он никогда на смотрел на них так пристально. Казалось бы, большего изумления невозможно себе представить – но нет, когда он поднял глаза на Билла, то выглядел еще более ошарашенным.
– Где… откуда… как они к тебе попали?
– Ну, я случайно увидел, как ваш приемный сын Гораций передает их в окно своему дружку. И тут, и там – опять я! Очень неприятно говорить, дядюшка, но Гораций – член воровской шайки. Его нарочно подсунули вам, чтобы украсть книги.
Мистер Параден глубоко вздохнул.
– Сиделку! – пробормотал он. – Сиделку!
Последовало молчание.
– Билл, – убитым голосом произнес мистер Параден, – я беру назад все, что сгоряча говорил о родственниках. Конечно, они – обормоты, но ты с лихвой перевешиваешь остальных. С этой минуты, – произнес он, вставая, – я без тебя ни на шаг.
– Тогда, боюсь, вам придется побыть здесь еще. Я обещал жене, что дождусь ее. Она вот-вот будет. Может, останетесь, поболтаете?
Мистер Параден покачал головой.
– Другой раз, Билл, – сказал он. – Передай ей мой самый теплый привет, но сейчас я не могу. Еду в Уимблдон. – Он воинственно взмахнул палкой. – Похоже, я выставил себя круглым дураком, но эту работу собираюсь довести до конца. Я сделаю Горация достойным членом общества, даже если для этого мне придется каждый день до конца жизни самолично его сечь. Отправлю в хорошую школу и найму десять гувернеров с обрезами присматривать за ним на каникулах. Он у меня еще станет героем поучительных книжек вроде Джесси Джеймса [18] . До свидания Билл, мальчик. Заходи как-нибудь в клуб Букинистов, пообедаем. Ты – молодчина!
18
Джеймс, Джесси (1847-82) – американский грабитель, организатор налетов на поезда и банки. В фольклоре предстает благородным разбойником в духе Робин Гуда.