Билет в страну дождей
Шрифт:
Я молча протянул ей ремонтный журнал.
Матильда изучала журнал долгих десять минут. Если кто - то думал, прочесть что - то на её лице, три раза - ха!
– Анастас, пригласи сюда Карсу. - Попросила она и протянула журнал ... Алекс!
– Ознакомься, только Оберину не давай - пусть умрет от любопытства!
Оберин и вправду умирал от любопытства. Судя по раздувающимся крыльям носа, действие капитана, не давшего ему ознакомится со списком изменений, его очень сильно задело.
– Да, Анастас, тебе это читать противопоказано!
– Вынесла свой вердикт
Док, пробежал глазами по первым страницам журнала и потрясенно уставился на меня.
Я пожал плечами.
Док передал журнал Тимуру.
Хлопнула калитка.
– Что, успел - таки!
– Вместо приветствия, обрадовано заявил Карса.
– Тим, отдай ему журнал!
– Попросила Матильда.
– Пусть, на пару с Обериным, читают!
Карса и Оберин встав бок о бок, начали читать ремонтный журнал. Через пару минут, Карса начал морщить лоб, а Анастас - задумчиво тереть переносицу.
– Данн, это что, такая шутка?
– Не выдержал Андрей, отдавая журнал Оберину.
– Всё серьезно. "Терька" готова к вылету. Только техник - испытатель, отказался на ней летать, скотина.
– Ответил вместо меня Орешин.
– Может, Вы, товарищ подполковник, рискнёте? Или разрешим сержанту первый вылет сделать?
– Ну, нет!
– Решился Карса.
– Снимай тент! Глянем на вашу "Терьку", да я за костюмом поеду!
Торжественно прибавив верхнего освещения, я, Орешин, пожилой техник и молодой, "броньщик", потянули с "Терьки", тент.
Яркий, матовый, бело - голубой камфляж, смотрелся в ангаре, просто потрясающе. Штурмовик, "похудев" на считанные сантиметры, приобрел очертания дикой, хищной птицы, стремительно расправившей крылья, что бы, вот, прямо сейчас, сорваться в полет.
"Терька" - удалась.
Экипаж "Сигона", сделал вокруг штурмовика, пару оборотов.
– А мне - нравиться!
– Заявила капитан Баханн.
– Нам бы эту птичку, на "Сигон"...
– Расстроено вздохнул я, зная, что это невозможно.
– А что, у нас и место под неё есть!
– Задумчиво заметил Тимур.
– Даже под парочку...
– Губы закатайте!- Рассмеялся Карса.
– Я за костюмом! Без меня не улетайте!
– А мне, вот это понравилось больше всего!
– Стэлла ткнула пальцем на картинку, украшавшую оба борта самолета.
– А то, я всё никак понять не могла, почему - "Терька"?
"Странно, а почему Я не помню никаких рисунков?" - Промелькнуло в голове. Я озадачено посмотрел на Орешина. Тот пожал плечами и покачал головой.
– Пошли, посмотрим!
На борту штурмовика, под изгибом брони, прячущей импульсники, красовалась лохматая морда терьера, золотистого окраса. Под мордой, шла надпись - девиз, сделанная ярко красной краской: "Давить, как крыс!"
– Ну, это же - "Терька"!
– Пожал плечами Василий Петрович.
– Штурмовик. Значит, всё правильно- "Давить, как крыс!"
***
"В кабинете начальника базы, сегодня собралось много народа. Прибывшая на "Байкал" "Большая
– Я понимаю, Ваше желание, Азат Мамедович, премировать работников, за честный труд. Желание, прямо скажу - похвальное. Только, Вам не кажется, что премиальные рядовому техническому составу, в сумме по 180 тысяч, каждому, это, мягко говоря - перебор?
– Скад Фьюреческу, представитель Европейского сообщества, по прозвищу "Лопата Большой Тройки", улыбался красиво и открыто. От этой его улыбки, дрожь Кирхоева, становилась видимой, а пот, струившийся по его лицу, уже не поддавался платку.
– Инженерный состав получил по 250, а что это за "Привлеченный специалист"?
Скад, увлеченно начал изучать записи на планшете главбуха.
– Хм, весьма серьёзный специалист, привлечение таких - дело нужное и важное, но что ж, Вы, господин Кирхоев, поставили ей в премию всего 450 тысяч? Это не порядок! Могли и округлить. Или, вот еще - "Организатор работ", он же - главный конструктор, правда, в чине сержанта, да ещё и приписан - к "Дальразведке", что, снова, таки, странно - получил меньше специалиста! Всего 380. Не порядок! А вы, Азат Мамедович, внимательно изучили дело, этого вашего, конструктора? Ай - яй, а ведь у вас в ведомости, указано, что он "универсал - 7", а это - совсем другие расценки!
– Фьюреческу, улыбнулся ещё шире.
– Значит так, господин Кирхоев. Ваше последнее, перед арестом, поручение: 180, превратить в 200, 250 - в 300, 450 - в 500, а 380 - в миллион. Все документы, проведёте тем же временем, до прилета комиссии. И, проследите, чтоб все суммы, пришли на счета получателей, полностью, желательно, как вы и обещали, в обеденный перерыв. Надеюсь, вы помните, что премиальные - налогом не облагаются?
Скад улыбнулся и обернувшись к другим представителям "Большой Тройки", демонстративно "умыл руки".
Сообразительная охрана, подхватила майора и вывела за дверь.
– Следующий, у нас - комендант базы "Байкал", генерал Мирзоев. Слово имеет представитель "Большой Тройки", от Германии, Отто Канцин.
– Сообщил Фьюреческу.
– Повесить.
– Спокойно и веско сказал Канцин.
– С полной конфискацией. Сейчас.
Комендант, мешком рухнул на пол.
Канцин, также, "умыл руки".
Веселящиеся силовики, подхватив, не подающую признаков жизни, тушку коменданта, выволокли его за дверь.
– Следующий -господин Пшеляшин. По его вопросу - Афанасий Бродь, представитель России.
Пшеляшин, поняв, что ему достался "Мрак", тихо завыл.
– Спасибо, Отто Генрихович!
– Афанасий, как всегда, безукоризненно вежливый и аккуратный, положил на стол перед собой толстую, кожаную папку, украшенную золотым российским орлом. Он, единственный, кто не признавал новомодных штучек, вроде планшетов и голоэкранов.
– Марек Андросович, Вам известно, что происходит с людьми, после открытия этой папки?