Билет в один конец
Шрифт:
Мы шли быстрым шагом, оглядываясь по сторонам. Сейчас было время заката, недавно прошёл дождь, а это означало, что скоро совсем стемнеет и наступит кромешная тьма. Прожекторы были только возле Рога изобилия, а по всей остальной территории мы должны были ориентироваться с помощью собственных чувств. Так что нужно было ускориться, чтобы найти надёжное укрытие и пищу до наступления темноты.
Пока мы брели сквозь заросли, ещё один раз выстрелила
Мы шли несколько часов, прежде чем оказаться на большой поляне, усеянной разнотравьем. С самого начала нам показалось, что здесь что-то не то, уж слишком все тут было идеально, но больше всего пугала полная тишина, ни единого звука птиц или животных, было слышно только звуки нашего дыхания...
Пит вытащил у меня из рюкзака яблоко и кинул его в центр поля. Пару секунд ничего не происходило, но потом яблоко постепенно начало погружаться вниз, и через несколько мгновений исчезло совсем… Это была иллюзия, на самом деле в этом месте были скрытые зыбучие пески, а по ту сторону поляны на нижней ветке дерева висела куртка одного из трибутов, который уже видимо стал жертвой этого обманчивого места…
– Так-так… - услышала я ехидный голос Мирты за соседними деревьями.
– А вот и закуска…
Было всего пару секунд на то, чтобы оценить наше положение. Мы переглянулись с Питом и уже через пару секунд стояли спина к себе, держа наготове оружие. Нас было трое против троих, но силы далеко не были равны, поскольку на той стороне противники были значительней сильнее нас. Да и мы знали, что это уже конец. Это была наша финальная битва.
Я мысленно прощалась с домом, с мамой и Китнисс, с пугливым Лютиком и окрестностями двенадцатого дистрикта.
Оттолкнув Руту к Цепу, трибуту из её же дистрикта, мы стали целится, ожидая атаки от остальных, после того как одиннадцатый дистрикт скрылся в зарослях. Рута кричала, пыталась вырваться, прийти нам на помощь, но одного взгляда между Питом и Цепом хватило для того чтобы понять: он спасёт её.
Рассвирепевший Марвел, чертыхнувшись, рванул за ними, не ожидая предательство от Цепа, который втёрся к ним в доверие.
Мы вдвоём остались против второго дистрикта. Мирта уже готовила очередной кинжал к броску, когда моя стрела уже летела в сторону Катона, который замахивался огромным топором на Пита. Оружие выпало у него из рук, и парень рухнул на землю вслед за ним. Пит вскочил с земли, оглядываясь по сторонам в поиске другого противника, а для меня все уже было,
Я видела гримасу полную боли на лице у Пита, то, как он смотрел на мой живот, из которого текла аккуратная струйка крови. На этот раз Мирта не промахнулась. Попала почти в десятку.
Но сейчас уже не было так обидно, я не зря прожила свою жизни, во всяком случае, я помогла Питу и Руте, в благодарность за моё спасение. Теперь я знаю, что оно не было напрасным.
Падая на землю, я видела, как параллельно со мной падает на землю сама Мирта, а Пит, сидя на земле и обхватив голову руками, смотрит на свой испачканный кровью тесак. За меня теперь тоже отомстили… Трудно было поверить, что в наше время люди прибегают к древним обычаям, око за око, зуб за зуб…
Я лежала на холодной земле и чувствовала, как жизнь медленно покидает меня… Холодный ветерок пронизывал кости и мешал дышать… Пит взял мою руку и поцеловал её, одними губами несвязно бормоча: «Спасибо. Прости меня…»
И душа покинула моё тело, когда глаза закрылись плотной завесой ресниц, а на губах застыла лёгкая улыбка.
***
И тысячи людей рыдали у экранов, глядя на эту сцену. Цинна заперся всвоей гримёрке, держа в руках платье Прим, в котором она была на параде трибутов. Сотни капитолийцев не смогли сдержать слезинки, глядя на гибель маленькой отважной девочки из двенадцатого дистрикта. Её мать и старшая сестра молча сидели у экранов, слушая жалобное урчание Лютика. Они не могли проронить ни слова, но их сердце обливалось кровью, разрываясь на части, и плакала душа.
Мир не изменился после Семьдесят Четвертых Голодных Игр, когда победителем стал простой пекарь из двенадцатого дистрикта. Но люди стали верить в самоотверженность, честность и преданность. Когда трибуты из одного дистрикта не обязательно перегрызают друг другу глотки, а стоят стеной на защите. Когда рождается настоящая братская любовь, как в случае с Цепом и Рутой, Питом и Прим.
И пускай в первом случае бедняжка погибла от горсти отравленных ягод, а парень пал жертвой жестоких переродков, та пара часов, те короткие мгновения, которые были потрачены на их спасение, войдут в историю и навсегда останутся в холодных сердцах капитолийцев. Также как и мягкая последняя улыбка отважной девочки Примроуз, которая пожертвовала своей жизнью ради спасения друга…