Библиотека

Сазонов Сергей Дмитриевич

– Какой завтра!
– вспылил Артём, - Денег нет на карточке! Разбираться надо сейчас. Пошли в банк.

– Ты иди, милый, - попыталась успокоить его девушка, - А я пока домой. Мне надо.

Она поцеловала Артёма и величественно удалилась. Тот помчался в банк.

Суббота, конец рабочего дня. В отделении оказался один дежурный-операционист, чистенькая девочка с шарфиком цветов банка на шее. Артёма обычно забавляла мода последних лет - обряжать низший персонал в фирменные шарфики-гастучки-платочки. На униформу денег у начальства жаба давит, хватит с них лоскутка материи.

Девочка пощёлкала клавишами на компьютере и подтвердила, что счёт

Артёма пуст. Оставалась какая-то мелочь. Где более пятидесяти тысяч долларов, что он копил на квартиру?

– Куда деньги делись?
– закричал он на девчонку.

Она сотрудница банка, которому он доверил свои сбережения, которых почему-то нет. Как такое могло случиться? По телевизору то и дело показывают о финансовых махинациях. Он что, тоже стал их жертвой?

На крик к ним придвинулся охранник от входа. Артём уже сдержанней, ещё раз спросил операционистку:

– Куда деньги делись? Их было более пятидесяти тысяч долларов в пересчёте на валюту. Где они?

Девица, пытаясь сохранять дежурную улыбку, вновь защёлкала клавишами компьютера.

– С Вашего счёта ежедневно списывалось по тысяче долларов, - сообщила она, - Может, у Вас были обязательства перед кем-либо, и Вы платили по ним? Кредит, скажем, или ипотеку?

– Какой такой кредит по штуке баксов в день?
– вновь взвился Артём.

– Молодой человек, - охранник взял его за рукав.

– Тихо, тихо, я спокоен, - Артём выставил перед собой ладони, показывая, что будет держать себя в руках, - Я всё, всё.

Охранник отпустил его, но не отошёл.

– Последний вопрос, - Артём вновь обратился к операционистке, - На чей счёт уходили деньги? Вы можете это сказать?

– Паспорт у Вас есть с собой?
– поинтересовалась девушка.

– Зачем?
– не понял Артём.

– Я должна быть уверена, что сообщаю информацию владельцу карточки.

– Что?
– по инерции переспросил Артём, затем сообразил, что за длиннющей дежурной фразой скрывалось сомнение, со своей ли карточкой он пришёл.

Паспорта у него с собой не оказалось. Не бежать же ради этого домой. Хотя стоило. Артём бросил взгляд на часы - туда-сюда не успеет обернуться до закрытия. Хорошо он вспомнил:

– Ведь вы же меня фотографировали, когда оформляли пластиковую карту. Сравните фотографии.

– Как бы так не положено, - замялась девица.

"Ну, каждая блоха требует подхода", - затосковал он.

Так и уйти, не солоно хлебавши? Надо хоть что-то делать. Хочешь, не хочешь, а пришлось склоняться до уровня просителя. Он вылепил на лице униженное выражение:

– Ну, пожалуйста....

Слава богу, девице этого оказалось достаточно. Она ещё не осатанела на своей работе. Девушка делано вздохнула и вновь защёлкала клавишами.

– Да, - через какое-то время сказала она, сравнив изображение на мониторе с оригиналом, стоящим через стойку от себя.

И вновь перестук клавиш. "В какой офис не зайди - обязательно услышишь его, - неожиданно пришло на ум, - Щёлк-щёлк клавишами, щёлк-щёлк, как разговор. Свой, загадочный офисный язык. Надо будет как-то обыграть это в дальнейшем". Эта мысль сейчас оказалась совсем не в тему и потому была загнана в запасники, в районе где-то слева за макушкой. Пусть отлёживается, глядишь, пригодится.

– Счёт принадлежит фирме "Юнона", - наконец-то сообщила девица.

– Адрес, адрес её, - заволновался Артём.

– Адреса нет. У меня только номера счетов. Извините.

"И всё?" - Артём схватился за голову.

– Если Вам нужен юридический адрес, приходите в понедельник, будет старший бухгалтер, у него вся информация, - пожалела его девушка.

– Спасибо, - машинально поблагодарил её

Артём, - Хорошего мужа тебе, красавица, настоящего.

Он не видел её рук, обручального кольца, просчитал, прочёл по её лицу, что та не замужем. Кого ещё засунут дежурить в выходной? Только незамужнюю.

"Юнона, Юнона, - катал в мозгах Артём, выходя из банка, - Название больно знакомое. Юнона - кажется богиня семьи у римлян".

Можно б погордиться своими знаниями, если б не было так паскудно-обречённо на душе. Все накопления улетели неизвестно куда, какой-то Юноне. Всё это он откладывал на собственную квартиру. "Ангелина чего нахимичила?" - мелькнуло подозрение, которого Артём тут же устыдился. Его Ангел-Ангелина? Она не могла с ним так поступить. Однозначно не могла, ведь банковская карточка не валялась дома, а постоянно находилась при нём. "Что за Юнона? Какие переводы на её счета?" Кроме школьной программы что-то ещё связывалось с этой самой Юноной. Но что? Память - это тебе не библиотека, не архив, оглавления или каталогизатора не имеет. В неё как в поисковик не вобьёшь "Юнона", чёрт её раздери. Постой, "Юнона и Авось" - спектакль Ленкома. Маман и папан тащились от него. Ещё бы, это первый спектакль, на который в период ухаживания пригласил мамулю отец. Семейная легенда, прошлый век, ничего общего с той Юноной, что обобрала его. Конечно, обобрала, как иначе? На карточке - ноль! Ну, не сам же он подписался переводить по штуке баксов этой самой Юноне? Бред какой-то. Надо в понедельник опять сходить в банк, разобраться.

Раз за разом он гонял эти мысли по кругу по дороге домой. Куда же ещё идти? Хорошо бы пересечься с юристом их фирмы. Андрей Борисович ещё тот жох, законы знает, как "отче наш". Все лазейки в них ему ведомы. Артём с ним консультировался относительно своего последнего проекта о навязанной услуге. Но юрист сейчас где-то на даче жрёт шашлыки. Самому поискать "Юнону"? Без компьютера и ГУГЛа - не реально.

Квартира встретила тишиной. Такого не было никогда, за исключением тех дней, когда Ангелина здесь не ночевала. Случалось такое в периоды женских недомоганий. Она почему-то стеснялась этого, хотя днём приходила. Ужин всегда был на плите, рубашка, брюки выглажены, пол притёрт. Пару дней свободы, а потом он начинал нервничать. "Дурында, зачем?" - не понимал Артём, но у девушки видимо были свои "тараканы". Обидно, что связаться с ней в эти дни не было никакой возможности. Мобильников она не признавала, а место работы тщательно скрывала. "Зачем мне лишние пересуды на рабочем месте", - не раз говорила она. Пару-тройку холостяцких дней не превращались в "оттяг". Он начинал тосковать, давя в себе усиливающиеся толчки ревности. "Я что?.. А если?.. А как же я?.." И сейчас нехорошее предчувствие кольнуло в районе солнечного сплетения. Такое уже было, когда он заподозрил бывшую жену в измене. Тогда он не ошибся. А сейчас? "Вернулась к бывшему?" - первое, что пришло на ум.

Не разуваясь, он прошёл на кухню, заглянул в спальню - никого. Он вернулся в прихожую, разулся, бросил ключи на тумбочку у зеркала и тут обратил внимание на смятый клочок бумажки, лежащий на полированной поверхности. Кажется, это какой-то чек. При Ангелине ничего лишнего здесь не валялось. Артём развернул его. В глаза бросилось "ООО Юнона". Вот оно! Это чек с того памятного вечера, когда он познакомился с Ангелиной. Он лежал в кармане его пиджака. Ангелина собиралась отдать пиджак в химчистку и попросила его проверить карманы. Артём тогда обнаружил этот чек в кармане и сказал Ангелине выкинуть его. Ангелина даже не взглянула на него, но почему-то не выбросила, а спрятала в ящик под зеркалом. А сейчас он лежал сверху. Что она этим хотела сказать?