Безжалостный
Шрифт:
– Послушай. Бен Гур. Этот гладиатор? Реинкарнированный. В профессионала рестлинга.
Я пытался ответить, но не мог. Бился в конвульсиях.
– «Зов предков». Повесть Джека Лондона. На этот раз инопланетный корабль. Подо льдом. Инопланетяне. Вселившиеся в волков.
– Ты… ты это сделай, – выдавил я из себя сквозь смех.
– Тарзан. Выросший не среди обезьян.
На грани истерики я передал мобильник Пенни.
Она убрала пистолет от моей головы, сохранив мне жизнь, свободной рукой взяла мобильник, строгим голосом произнесла три слова: «Хад, ты уволен», – и разорвала связь.
– Здесь мурашки бегут по коже, – признался Майло. – Можем мы отсюда уйти?
Я сунул пистолет в кобуру, подхватил сына на руки, крепко прижал к себе. Почувствовал запах его волос, гладкость кожи щек, силу ручонок, которыми он меня обнял. Ради этого стоило жить.
В гараже мы не заглянули в багажное отделение «Хаммера». Взяли наши вещи с заднего сиденья и ушли из дома.
– Может, нам стереть отпечатки пальцев? – спросила Пенни.
– Нет смысла, – отсмеявшись, ответил я. – Полиции ничего расследовать не придется. Контора Зазу обо всем позаботится.
За домом волны бились о берег. Звук этот напоминал то ли рев боевой машины, то ли смех толпы, в зависимости от того, что кому хотелось услышать.
По чистому, сияющему звездами небу плыла яркая луна.
Глава 63
Сейчас мы живем в потрясающе красивом месте, но я не стану его описывать.
У нас скромный домик, но под ним секретный бункер, на постройку которого съезжались все Бумы.
На этой же территории построен и коттедж Вивьен Норби.
Я более не обрит наголо, но и не похож на писателя, чьи фотографии украшали суперобложки моих книг. Пенни тоже сменила прическу. Внесла некоторые изменения во внешность, отчего стала еще прекраснее.
Пенни, Майло, Лэсси и я пользуемся нашими настоящими именами, лишь когда рядом никого нет, а для всего мира имена и фамилии у нас другие, выбранные после долгой дискуссии.
Серией тонких
Грим и Кло ушли на пенсию, более не взрывают дома и живут в своем каньоне.
Я пишу романы и складываю их в ящик комода, вместо того чтобы отсылать в издательство. Мне больше нет нужды страдать от стыда, участвуя в рекламных кампаниях собственных произведений.
Этот отчет о наших встречах с Ширманом Вакссом и его любителями книг будет опубликован фондом, учрежденным храбрыми людьми, которые верят в красоту традиций, необходимость правды и в здравомыслие человечества, пусть ему и приходится жить в мире иррациональных идеологий.
Пенни пишет книги, иллюстрирует их и тоже складывает под сукно. Мы надеемся, что наши труды когда-нибудь будут востребованы миром… и их публикация не будет сопровождаться нашей смертью.
Мы следим за новостями, насколько это возможно. Видим, как сгущается ужас, который может обрушиться на весь мир.
Несмотря на то, что мы видели и теперь знаем, мы не лишились надежды на лучшее будущее. У нас собака, которая может телепортироваться. Мы знаем, что в жизни важно, а что – нет. У нас есть сын, и он, придет срок, снабдит благоразумных людей необходимыми средствами для того, чтобы они направили на путь истинный общество, которое ныне ставит теории выше истины, а утопические мечты ценит больше, чем людей.
Ширман Ваксс не был безжалостным. Само по себе зло, возможно, безжалостно, это я вам гарантирую. Но и любовь тоже безжалостна. Дружба – безжалостная сила. Семья – безжалостная сила. Вера – безжалостная сила. Человеческая душа безжалостна, и человеческое сердце может пережить (и побороть) даже самую безжалостную силу из всех, имя которой – время.