Безжалостный
Шрифт:
— Тогда можешь начинать, — усмехнулся Гней, быстро проведя манипуляции на личном коммуникаторе. — Деньги переведены.
Обещание построить корабли для дома Велот Марк дал с легкостью. Он не хуже адмирала Дайсона знал, что корабли без обученных экипажей — просто груда дорогого железа, содержание которого может разорить даже Благородный дом. Хоть за прошедшие полгода кадровый голод в доме Фобос удалось уменьшить поступлением рабов и пожизненных контрактников от торгового дома Абрадж аль-Бейт и выпуском своих специалистов. Но дефицит кадров, а особенно
Да и граф де Велот косо на него смотрит. Не доверяет. И вполне возможно, желает избавиться. Корвус умен и умеет смотреть наперед, в отличие от Гнея. Уже сейчас флот дома Фобос сильнейший в подсекторе. Даже если дом Велот сумеет призвать под свои знамена все корабли других вассальных домов, то в лучшем случае выйдет паритет. Причем по числу вымпелов, а не силе флота!
Один «Октавиан Август», флагман дома Фобос, лидер прорыва седьмого поколения типа «Константинополь», начисто меняет весь расклад.
Да и полгода, в этой постоянно меняющейся галактической паутине, огромный срок. Особенно с учетом хаоса, что медленно, но верно поглощает пространство освоенного человечеством космоса.
Война между государствами Центральных миров разгоралась медленно, неохотно. Началось все с мелких стычек в так называемом Междуречье. Но мелкие стычки сменились полномасштабными боями, для которых одного Междуречья стало мало. Локальный конфликт перерос в пожар большой войны, которая может переплюнуть по своим масштабам Время Мертвых звезд, отбросившее человечество если не в Средневековье, то весьма близко к этому.
Именно во Времена Мертвых звезд погибла планета праматерь, легендарная Терра. Старейшие, самые развитые колонии оказались потеряны, связи между уцелевшими мирами разорваны. А количество жертв не поддавалось подсчету. Понадобились сотни лет, чтобы восстановить утраченные позиции.
И вот опять человечество с радостью прыгало в ту же пропасть. Рассчитывая, что в это-то раз все точно пройдет по-другому — руки превратятся в крылья, а падение станет полетом к победам.
Глупое человечество…
Новости не радовали. Бои в космосе перекинулись на планеты, чего раньше практически не бывало. Война в космосе, несмотря на размеры флотов, всегда обходится «малой кровью». Даже в крупных битвах, когда потери кораблей исчисляются десятками, а то и сотнями, количество погибших невелико — пять-семь тысяч. Цифры для многомиллиардных государств Центра просто смешные. Да и происходят столь масштабные схватки флотов редко.
А вот война на поверхности планет идет постоянно, пока планета не будет захвачена или пока вражеский десант не уничтожат. За несколько дней в огне ожесточенных сражений в пепел превращаются целые полки, бригады, а то и корпуса.
Забыв про
Корпорации активно включились в освоение возросших военных бюджетов: артиллерийские системы, танки, мехи, скафы, снаряжение, продовольствие. Вал заказов стал столь огромен, что даже Пространству Благородных домов перепадают крохи с барского стола. Разумеется, тем из домов, кто может эти крохи хоть как-то освоить. Впрочем, в самом пространстве тоже неспокойно, а потому немногочисленная промышленность работала больше на удовлетворение собственных потребностей. Изредка принимая самые вкусные заказы от Центральных миров.
— Друг мой, а почему я не вижу адмирала Хейс? — спросил Гней, изучив собравшихся на обзорной галереи верфи офицеров, работников мобильной верфи и представителей администрации дома Фобос. — Неужели ты специально держишь ее в стороне от моего обаяния.
— Джинна на секретном задании, — нехотя пояснил Марк. — И она не адмирал, а коммодор. А насчет своего обаяния — ты сильно заблуждаешься.
Последнее замечание Гней картинно проигнорировал.
— Все еще коммодор? — удивился он и весело заметил: — Во флоте дома Велот она бы уже стала адмиралом. Так ей и передай!
— Лучше я твоей жене это передам, — не согласился Марк. Бесплодные, но не прекращающиеся попытки Гнея приударить за Джи его почему-то раздражали.
— Будущей жене, Марк, — поморщился Гней. Из-за юного возраста Лидии Лонк де Редор свадьбу, должную скрепить союз двух домов, отложили. Но дело это было решенное. — Будущей! Не торопи события! Пока что я свободен, словно птица.
— Окольцованная. — С некоторых пор Марк понял, что ему нравится поддразнивать Гнея Серта де Велот на тему помолвки. Небольшая, но такая сладкая месть. Незачем Гнею подкатывать к Джинне.
— А что мне мешает взять вторую жену? — нашелся Гней.
А вот это опасно.
— Закон дома Велот? — предположил Марк, прикидывая шансы выполнения подобной угрозы. По всему выходило, что шансы эти мизерные, но ненулевые. Плохо!
— Тогда я перейду к сестренке в дом Орка. Покойный ныне барон Адан Роблес одной женой не ограничивался и имел кучу наложниц. Да и законы дома Велот можно изменить…
Успокоил Адана Роблеса де Орка именно Марк, порядком разграбив ставшую бесхозной систему, а затем милостиво согласился передать ее в руки дома Велот в лице сестры Гнея. На которую, что скрывать, имел виды.