Безжалостный
Шрифт:
– Я хочу задать тебе дурацкий вопрос. Зачем тебе теперь мое разрешение? Оно не потребовалось, когда ты вломилась в офис Райли.
– Ты заботишься о нем. Я забочусь о тебе. Я не хочу, чтобы ты меня возненавидела, но чутье подсказывает мне, что он не так честен. Я вломилась к нему в офис, потому что мне нужны были доказательства. А сейчас не хочу ставить под удар нашу дружбу, продолжая без тебя. Если ты скажешь мне «нет», я остановлюсь.
– Нет.
Элли собиралась быть взрослой и спросить его об этом.
Лили кивнула.
– Хорошо, но я хочу, чтобы ты знала, когда
Она развернулась и вышла.
Взгляд Элли опустился на газету, и она сказала себе, что Лили ошибается.
Должна ошибаться.
***
Что-то происходило совсем неправильно. Райли шагал, слушая телефонные гудки. Третий, четвертый гудок, а затем электронный голос объявил, что абонент не доступен.
Райли был близок к тому, чтобы швырнуть телефон в стену.
Брэн. Брэн наверняка ответит. Он нажал клавишу, чтобы связаться с младшим братом, и был незамедлительно вознагражден.
– Эй, тебе стоит сохранять спокойствие.
Да неужели?
– Что, черт побери, происходит, и почему я не в курсе? Я хочу знать, почему Дрю использовал те отчеты, ничего мне не сказав? Они были нашей страховкой на случай провала с Касталано.
Если они не смогут посадить за решетку ублюдка за растрату денег компании, у них был другой сценарий судного дня. Они слили бы «СтратКаст» и вынудили бы Касталано уйти на пенсию ни с чем. Если он останется в компании, они сделают другой выстрел.
Но этого не должно было произойти. Кадык Райли дернулся, когда он вспомнил взгляд Элли, читающей статью. Если он мог назвать это статьей. Это был ушат грязи, способный уничтожить ее. Райли было плевать, если этого писаку нанял Дрю. Он хотел, чтобы этот тип заплатил.
– Сделка через пару недель. У нас нет времени, если мы хотим обеспечить падение акций.
Воцарилась пауза, и Райли понял, что Брэн говорит с кем-то. Скорее всего, с Хатчем или Дрю, трусом, которому не хватило смелости ответить самому.
– Дай ему трубку, – Райли отчеканил каждое слово, словно пулю.
– Дрю здесь нет. Он уехал с Кейзом, проверить что-то. Звонила та бухгалтер, и Кейз с Дрю подорвались как на пожар. Я даже не знаю, что происходит. Держи. Это Миа.
Голос Мии появился в трубке.
– Райли? Кажется, что-то происходит, и Кейз думает также. Я сама проследила за Касталано. Он был в медицинском центре, но не думаю, что он болен. Он был у дерматолога.
– Рак кожи?
– Сомневаюсь. По-моему, он что-то затевает. Я говорила с девушкой на ресепшен, и она сказала, что он искал хорошего пластического хирурга.
Черт. Он собирался сбежать.
– Он собирается сбежать с деньгами, которые сможет получить.
– Думаю, Кейз пытается прямо сейчас проследить за ним, – произнесла Миа.
– Зачем ему для этого Дрю? – Райли очень хотел накричать на брата.
Было множество других вариантов действий, которые не бросали бы Элли под мчащийся автобус.
– Не знаю, – произнесла Миа. В ее голосе звучало разочарование. – Я тоже расстроена. После того, как вышла газета,
– Я дал тебе достаточно времени, чтобы доказать это. В этом не должно было быть необходимости.
Это был его единственный промах за последние полторы недели.
– Очевидно, что подставные компании не просто отследить, и теперь мы должны найти настоящие доказательства. Именно этим занимаются Кейз и Дрю. Они сказали, что им надо разобраться с какими-то бумагами, и что они нашли последнюю компанию. Я точно не знаю. На телефоне Кейза включается голосовая почта. Держись. Все будет хорошо. Мне жаль, что Элли приходится проходить через это, но как только мы разоблачим Касталано, компания будет ее, бесплатно и честно. Ну не совсем бесплатно, но дешевле, чем она думала. Все образуется, Райли.
Потому что согласно партнерскому соглашению, которое подписала Элли, получив акции отца, если обнаружится, что один из партнеров не может исполнять свои обязанности, акции должны быть выкуплены в течение месяца другим партнером. Если другой партнер этого не сделает, акции выкупаются компанией и погашаются.
У Элли были деньги, чтобы выкупить акции. Несмотря на статью, она была единственной, кто может сохранить компанию на плаву. Как только она докажет, что ее проект работает, ее изберут главой компании и жизнь продолжится.
Она не должна узнать. Она никогда не должна узнать, какую роль он сыграл в этом.
Он переждет этот шторм с Элли, а потом уволится из «4Л» и будет с ней. Он выйдет из дела мести. Он выполнит свою часть, а Патрисия Кейн может гнить.
Элли была важнее. Быть с Элли было для него самым важным.
На мгновение его память вернула его в прошлое, когда его отец был живым и бодрым. Райли было восемь или девять, и он ворвался в офис отца с законченным сочинением для школы. Гордясь собой, он показал его отцу. Отец схватил его и усадил себе на колени. Хотя Райли и пытался объяснить, что он слишком взрослый для объятий и поцелуев, отец в этом его не слушал. И, честно говоря, Райли был этому рад. Ему бы хотелось, чтобы и мама не слушала.
«– Кем ты хочешь быть, когда вырастешь? Об этом твое сочинение? – спросил его отец.
– Я хочу быть как ты. Хочу писать коды и быть умным.
Отец положил руку ему на голову.
– Неправильный ответ, сынок. На этот вопрос есть только один верный ответ, и я скажу тебе его. Это секрет жизни, Райли. Когда кто-то спросит тебя, кем ты хочешь быть, когда вырастешь, ты скажешь им это.
Он подался вперед, готовый услышать этот магический секрет.