Безжалостные люди
Шрифт:
Книга является первой в серии «Безжалостные люди». Все книги в серии ПРО ОДНИХ ГЕРОЕВ. Так что ОБЯЗАТЕЛЬНО читать все книги по порядку, КРОМЕ 0.5!
Тропы: ирландская/итальянская мафия, брак по договоренности, от врагов до возлюбленных, герои с серой моралью, безбашенная героиня, она — глава мафии, месть, пытки, герой-собственник, их семьи правят Америкой
Перевод сделан: tg. Amour Illimite
Эта книга посвящается тем, кто сказал «нет», и людям, которые советовали мне не обращать на них внимания.
ГЛАВА 1.
«Существует
преступное, простительное, оправдательное,
и достойное похвалы.»
— Эмброуз Бирс
ЛИАМ
Итак, сегодня был тот самый день. Я пил прямо из бутылки. К черту стаканы. Я слишком устал, чтобы двигаться.
— Ты планируешь поделиться? — поинтересовалась Наташа, прижимаясь своим телом к моему.
Протянув ей бутылку, я откинулся назад, наблюдая, как она выливает ликер себе в горло. Боже, я буду скучать по этому горлу, но это был конец.
— Такой печальный день, — она нахмурилась, когда я забрал выпивку обратно. Если бы только Наташа ушла после наших «свиданий». Но не было никакого смысла выгонять ее прямо сейчас. Наши встречи официально закончились, иначе моя мать потребовала бы мои яйца, и мой отец отдал бы их ей.
— Напомни еще раз, как зовут эту девушку? — спросила Наташа, наваливаясь на меня сверху.
Убирая ее светлые волосы с лица, я подумал обо всех вещах, которые я предпочел бы делать вместо разговоров, но должен был сдерживать себя.
— Мелоди Никки Джованни, — сказал я, делая еще один глоток.
Она надулась, и это было некрасиво. Большинство выражений ее лица были уродливыми, но я держал Наташу рядом не из-за ее лица или ее мозга, если уж на то пошло.
— Браки по договоренности заключались примерно в девятнадцатом веке. Как ты можешь жениться на девушке, которую никогда раньше не встречал? Ты даже не знаешь, как она выглядит. А что, если она уродливая или толстая? — спросила она. Это было бы важно, если бы не то, кем была моя семья и чем мы зарабатывали на жизнь.
— Я уже объяснял это, Наташа. Джованни — одна из самых могущественных, если не самая могущественная семья в Италии и на большей части западного побережья. Мой отец хочет положить конец соперничеству между ирландцами и итальянцами. Так что, даже если она уродлива, или толстая, или вся в кровавых бородавках, я выполню свой долг и женюсь на ней, — оттолкнув ее от себя, я поднялся на ноги.
Седрик, мой отец, говорил об этом браке последние двенадцать лет. Мне было всего пятнадцать, и я хотел заявить о себе, поэтому был готов сделать все, что нужно, чтобы семья гордилась мной, как чертов идиот. Я должен был просто позволить Деклану жениться на ней, но он уже взломал свой первый крупный счет в швейцарском банке, ограбив русских. Нил был чертовски стар и уже нашел себе идеальную штучку. Как и все сыновья, мы хотели произвести впечатление на наших отцов. Я думал, что у меня не было другого выбора, но, как уже сказал, я был чертовым идиотом.
— Ты мог бы просто жениться на мне. Я на четверть итальянка, — Наташа засмеялась и перевернулась
— Даже если ад замерзнет, а моя мать окажется на глубине океана, я не женюсь на тебе, — ответил я, хватая полотенце.
— А почему бы и нет? — закричала она, прижимая простыню к груди, как будто ей нужно было защитить хоть какую-то добродетель.
Я посмотрел ей прямо в глаза.
— Потому что ты распутница, шлюха, женщина без статуса или мозгов, которая не примечательна ничем, кроме хорошей задницы и глубокого горла.
Подойдя к ней, я поцеловал ее в щеку, прежде чем взяться за ее милую шею.
— Но не грусти. У всех нас есть свои роли, которые нужно сыграть, и ты сыграла свою. Твои услуги больше не понадобятся.
Отпустив ее, я вытащил из бумажника несколько купюр, прежде чем бросить их в ее сторону.
— Я не проститутка, — Наташа с трудом сдерживала рыдание.
Я ненавидел плакс, поэтому только ухмыльнулся на это.
— И все же ты все равно возьмешь деньги.
Я направился в ванную, и когда она не ответила, то повернулся к ней в последний раз.
— Давай, детка, и если ты подумаешь о том, чтобы взять что-нибудь еще, кроме денег, которые я тебе только что дал, я без колебаний убью тебя, несмотря на то, что ты глубоко глотаешь, — и я не шутил. Я был Каллаханом. Наше слово было законом в Чикаго и на большей части восточного побережья. Полиция даже больше не беспокоилась о нас.
Услышав, как открылась и закрылась дверь спальни, я улыбнулась про себя, прежде чем войти в душ. Это будет последний раз, пока я не встречу свою будущую жену.
Ей нравился душ или ванна? Мне было все равно, но это только доказывало, что я не знал о ней ничего существенного, кроме ее дня рождения, 13 февраля 1990 года, и нескольких мелких фактов. Все остальное ее отец хранил в тайне. Нигде не было ее фотографий, ни аккаунтов в социальных сетях, ни водительских прав. Ничего, даже чертовой квитанции с ее именем. Она была призраком. Если бы я не знал точно, то подумал бы, что ее не существует.
Хотя в этом был смысл. Я бы сделал то же самое, если бы у меня была дочь. В мире было несколько сумасшедших ублюдков, которые не понимали, что значит быть отпрыском главаря мафии. Семья — это все. Это была единственная вещь, которую мой отец вдалбливал в наши головы с тех пор, как мы были детьми.
Правило первое: ты убиваешь ради семьи. Ты умираешь за семью. Потому что ты не можешь доверять никому другому.
В мои подростковые годы какой-то дурак постарше подумал, что было бы забавно столкнуть меня с лестницы в школе. В ту ночь Нил и Деклан сожгли его дом дотла, но не раньше, чем избили его до полусмерти. Когда они вернулись и рассказали отцу, что натворили, он дал им ключи от «порше» и велел мне учится у них. И я учился, очень хорошо учился. Именно по этой причине я теперь был правой рукой моего отца, а не Нил, несмотря на то, что он был старше. Хотя Нил не возражал — он был вышибалой, в то время как наш кузен Деклан был больше за рулём управления. Это работало идеально.