Безвыходное пособие для демиурга
Шрифт:
Annotation
Охотясь за одним из неуничтожимых списков гримуара, мечтая о небывалом могуществе, маги современности идут на сделку с совестью. Но вихрь стремительно разворачивающихся событий затягивает всех: гибнут не только волшебники, но и простые люди.
В книге, которую пишет обычный парень, мечтающий создать бестселлер, ярость ослепляет и ведет героев к трагической развязке.
Но истинная сложность ситуации в том, что сам горе-автор вываливается из реальности и попадает в мир, где и воплощается его заветная
Здесь, за рамками жизни, он пишет неестественно легко, и мучается лишь оттого, что рядом нет его невесты.
В романе, который растет как на дрожжах, магические заклинания спаяны с новейшими достижениями цифровых технологий. Маги не гнушаются сотовыми телефонами и ноутбуками.
Возвращение автора в нашу реальность грозит обернуться трагедией.
Часть первая. Jgnorantiam [1] :
Взгляд из зазеркалья
Явь. §1. На пороге
Правь. §1. Cerca trova
Навь. §1. Инквизитор
Правь. §2. С той стороны
Навь. §2. Ноки-Моноркен
Правь. §3. Заблудившийся в себе
Навь. §3. Западня
Правь. §4. Синдром стигмата
Навь. §4. Ярость
Правь. §5. Звездная пыль
Часть вторая. Sapitntiam [9] :
На перекрестке миров
Явь. §2. Переступая черту
Явь. §3. Sapere Aude
Навь. §5. Встреча
Правь §6. Les Deux mondes
Явь. §4. Работа пад ошибками
Навь §6. Рождение мифа
Правь §7. Парадигма чудес
Явь. §5. На двоих одно дыхание
Навь §7. Скрытые строки
Явь. §6. Последний подарок
Цитаты
Безвыходное пособие для демиурга
Часть первая. Jgnorantiam [1] :
Взгляд из зазеркалья
Явь. §1. На пороге
Лера и кошмар всегда врываются в мою жизнь одновременно. Так было и на этот раз.
Лера открыла дверь своим ключом в тот самый момент, когда я почти все понял, когда мне достаточно протянуть руку, сделать единственный шаг, чтобы ощутить дыхание иных миров.
Я уже почти поверил, что стою на пороге величайшего открытия в истории! Озарение приблизилось ко мне.
Но в тот миг, когда в мозгах все должно было окончательно проясниться, в ту самую секунду щелкнул замок, скрипнула дверь, и вдохновение трусливо шмыгнуло прочь.
– Опять не поел. Гера, ну ты хуже маленького! И за что мне досталось такое чудо?
Нет, Лера мне не мамочка, более того, мы с ней – два сапога пара. Ну, я, наверное, более безответственен. И, пожалуй, в этих перепалках,
– Наверно, это любовь, – проворчал я. – Она всегда выскакивает из-за угла и поражает самых хорошеньких и заботливых.
– Ладно, не подхалимничай! – Лера притормозила у зеркала, кокетливо поправила свое черное каре.
В последний раз, когда я видел Леру, она была блондинкой.
– Ну, ты просто неотразима! В смысле: в зеркале не отражаешься. И когда только все успеваешь?
Лера, молча, прошла мимо меня и, в отместку, резко раздернула шторы.
Лучше бы она этого не делала! Дневной свет ударил по глазам. Ну, нельзя же так с живым человеком!
– Глядите-ка, не растаял. Вампир из тебя не получился, ах, какая жалость! Проснись и пой! – Лера покачала головой, рассматривая синие круги под моими глазами. – И это ты называешь отдыхом? Геймер несчастный! Что, опять застрял на двенадцатом уровне?
– Вот еще! Я работал.
– Знаем мы твои труды. – Лера покачалась на носках.
Честно говоря, не знаю, что она во мне нашла, но, мне, точно, повезло. Кто еще может похвастаться тем, что его подружка и стройна, и красива, и умна, и с голода умереть не даст? Соединение интеллекта и грации – мощное орудие.
Волосы она вечно красит, чем сначала приводила меня в состояние ступора, но потом я привык к этим изменениям.
А вот ее глаза: это чудо. В зависимости от освещения их оттенок меняется. В неоновом свете дискотек они нефритовые, по вечерам – изумрудные, а на ослепительном солнце – бирюзовые. Эти вечные колебания: от зеленого до голубого – они пикантны еще и потому, что ни у кого больше я ничего подобного не видел.
Но все хорошее можно сказать только о Лере. Это только она и в рубище остается королевой.
Я же совершенно обычный. И ростом, соответственно, тоже не вышел. И глаза у меня не голубые, не жгучие восточные, а карие. Ладно, хоть нос не картошкой, но опять же: с легкой горбинкой. Лера называет его клювиком. В ее исполнении это ужасно смешно, сразу вспоминается орел, который пил, курил, болел.
Зато я – писатель. В смысле пишу иногда, так, ничего особенного… Ни одного законченного рассказа. Ну, хоть не обидно, что не печатают.
Такой вот у нас союз сердец. Красавица и чудовище…
Пока я щурился от солнца, Лера загремела чайником на кухне:
– Ты, кстати, в курсе, что сегодня уже не пятница, а воскресенье? Ты, вообще, спал в эти дни?
– Ну, дак…. – а что я мог сказать?
Да, я рубился с юнитами и монстрами в шутерах и стратегиях, не вылезал из сети, но зачем делать из этого трагедию?
– Нет, ну, правда, я вовсе не играл все эти… дни.
– Да? – Лера что-то уронила. Грохот эхом отозвался в голове. – А семь пропущенных вызовов – это что: временная потеря слуха?