Безумное пари

Гринвуд Лей Б.

– Какая помощь? Откуда? – спросил первый помощник, не в силах поверить, что их могут спасти, но в то же время готовый ухватиться за любую возможность, какой бы мизерной она ни была.

– От одного из тех кораблей, что стоят на якоре в порту Алжира, – ответил Бретт, показав на маячившие вдалеке мачты нескольких крупных судов. – Это единственный выход. Эти люди безжалостны и закалены боями. Мы не сможем противостоять им в одиночку.

Призрачная надежда первого помощника капитана угасла. Он принялся стремительно сновать между матросами, раздавая последние указания и ободряя

их.

Когда корабли разделяло всего несколько ярдов, волосатый пират показал на горстку моряков и покатился со смеху.

– У вас нет шансов! – глумился он. – Мои люди возьмут вас в плен, даже не вспотев. – Его реплика осталась без ответа. – Не глупите! – прорычал он, раздраженный их молчанием. – Нам нужна только девчонка. Отдайте мне ее, и я вас не трону.

Бретт окаменел. Откуда они узнали про Кейт? Или они просто предположили? Он посмотрел в холодные поросячьи глазки смуглого вожака и понял, что это не тот человек, который идет куда-то, не имея конкретной цели. Каким-то образом он узнал, что она здесь, но откуда к нему просочились эти сведения – из праздной беседы или из уст предателя?

«Какое это имеет значение? – подумал Бретт. – Это не изменит того, что произойдет в течение следующего часа».

Чувство отчаяния грозило взять над ним верх, но он отогнал его. Пока они свободны, у них все еще есть шанс спастись. Пираты не получат Кейт, пока он дышит.

– Если нам придется забрать ее силой, то я продам всех вас туркам! – завизжал толстяк, вне себя от гнева. – Ни одна женщина не стоит этого.

Матросы беспокойно задвигались: несмотря на благородство и отвагу вкупе со страхом перед Бреттом, им трудно было не думать в первую очередь о себе.

– Не стоит притворяться, что у вас на борту нет женщины! – крикнул Рейсули, ибо это был пират, державший в страхе все Средиземноморье, собственной персоной. – И к тому же очень красивой. У Юкора самые зоркие глаза в Марокко, и он увидел ее в вашем иллюминаторе. Он приказал своей рыболовной флотилии следовать за вами, пока я не доберусь сюда. Он пообещал мне, что она гораздо красивее всех женщин, которых мы брали в плен. Вы же не рассчитываете на то, что я упущу такую добычу? Только не такой бедняк, как я, – хихикнул Рейсули.

Первый помощник капитана невольно взглянул на Бретта и поспешно отвернулся. Но отчаяние лишь на короткое мгновение отразилось на лице Бретта. Его тут же вытеснила лютая ненависть к ухмыляющемуся варвару по ту сторону разделявшего их водного пространства, и он сдавленным голосом поклялся, что скорее убьет его, чем позволит ему добраться до Кейт.

– Олухи! Да что с вами? – крикнул Рейсули, снова придя в ярость. – Хотите из-за своего христианского благородства оказаться в аду? Отдайте мне девчонку и ступайте с миром. Найдете себе другую. – Но минутная нерешительность прошла, и экипаж занял свои позиции, приготовившись к бою. – Будь по-вашему! – крикнул Рейсули. – Теперь даже Аллах вам не поможет!

Он повернулся к своим людям и лающим голосом прокричал пару команд на арабском. Убедившись, что все готово к атаке, он снова повернулся лицом к кораблю.

– Смотрите не калечьте их слишком сильно!

Порченый товар плохо продается. А мертвецы и вовсе не продаются.

Казалось, Рейсули разговаривает со своими людьми, но на самом деле эти слова предназначались его предполагаемым жертвам в надежде деморализовать их перед началом сражения. Он хрипло рассмеялся и указал шпагой на Бретта.

– Поосторожнее с этим здоровяком. Даже без девчонки я смогу выручить за него у какого-нибудь владельца сахарной плантации столько денег, что все путешествие окупится с лихвой. Каждый синяк стоит пятьдесят флоринов.

Он запрокинул голову и покатился со смеху. Несколько человек из его банды присоединились к нему, в то время как он расхаживал по палубе, отпуская скабрезные шуточки, доставлявшие пиратам огромное удовольствие.

– Я не понимаю арабского, – заикаясь, вымолвил обескураженный помощник капитана.

– Он обещает наградить их, если они возьмут нас в плен невредимыми, – перевел Бретт, который очень хорошо вес понял. – Рейсули – коварный злодей, и он, не колеблясь, убьет человека, но это может изменить дело. Скажите матросам, чтобы они не стреляли без крайней нужды. Нет смысла погибать ни за что.

И снова первый помощник капитана принялся сновать между матросами, но не успел он завершить обход, как корабли сблизились, и воздух огласился леденящими кровь криками пиратов, прыгавших со своего корабля на судно противника.

Несколько пиратов, которым слишком не терпелось получить награду, прыгнули слишком рано и сами свалились в воду, но атака первой волны пиратов была отбита, и они плюхнулись в холодное море вслед за своими товарищами. К всеобщему удивлению, Рейсули только расхохотался и принялся издеваться над своими людьми, плававшими в воде.

– Неужто вы допустите, чтобы эти мягкотелые христиане выставили вас на посмешище? Как вы вернетесь домой к своим женам, когда ваша гордость останется в море?

Еще несколько пиратов были бесцеремонно сброшены в воду, но когда корабли сцепились, экипаж больше не мог удерживать их. Пираты толпой взяли корабль на абордаж, и в считанные минуты палубу накрыл ковер из дерущихся мужчин. Отважно размахивая своим старым оружием, которое они видели в первый раз, матросы отчаянно сражались, пытаясь отбросить противника, но пираты были уверены в своем превосходстве числом и оружием, поэтому упорно бились, чтобы захватить корабль.

Чарлз доблестно сражался, но он не привык к таким усилиям, и вскоре удар огромного волосатого кулака свалил его с ног. Первый помощник капитана незамедлительно последовал за ним. Капитан пришел в сознание, но, увидев, что происходит, решил лежать там, где лежал.

Посреди бурлящей, дерущейся человеческой массы Бретт сражался как одержимый. Рейсули понимал, что тот был редкостным трофеем, и не спускал с него глаз.

– Полегче с ним, Асра! Нам не нужны кровавые раны! – крикнул он мускулистому человеку, наступавщему на Бретта. Но Бретт отразил удар, перерезав пирату сухожилие, так что тот, шатаясь, отступил к поручню. Глаза Рейсули сверкнули восхищением, в то время как он эффектно приземлился на палубу.