Безрассудная
Шрифт:
Глава 1
Шотландия, 1375 год
– Поднимаю тост за невесту, которая вскоре объединит род Макфарланов с родом Маккорди в своем чреве.
Эйлис Макфарлан яростно сощурила темно-карие глаза и с такой силой сжала в руке кубок, что у нее побелели костяшки пальцев. Усилием воли она заставила себя пригубить вино и улыбнуться. Ее злости требовался выход. Она нервно притоптывала ногой под столом. Однако никто из мужчин, радостно чокавшихся и переговаривавшихся друг с другом о будущем, не обращал внимания ни на нее, ни на ее растущую ярость.
Эйлис задумалась: обратит ли кто-нибудь внимание, если она
Предлогом для буйного веселья послужила ее помолвка со старшим сыном и наследником лэрда Крейгендаба. Брак должен был укрепить военное сотрудничество двух родов.
Уже довольно давно Макфарланы осторожно налаживали связи с Маккорди, время от времени приходя друг другу на выручку. Появление ребенка, принадлежащего обоим родам, должно упрочить их союз. Но в последние месяцы Эйлис всячески избегала человека, за которого ей предстояло выйти замуж. Она столь же упорно стремилась отсрочить судьбоносный день, когда Дональд Маккорди сделает ее женщиной, как Дональд стремился его приблизить. Прикосновения его потных рук вызывали у девушки отвращение. Его слишком пухлые губы напоминали ей пиявок, столь высоко чтимых врачевателями. Когда за предстоящий брак был поднят еще один тост, Эйлис подняла свой кубок, и в ее голове мелькнуло желание, чтобы там оказался яд. И все же она слишком сильно любила жизнь, даже если ей до конца своих дней придется мучиться с Дональдом Маккорди.
В двенадцать лет она уже знала, за кого ей придется выйти замуж. Ее опекуном был бездетный дядя, а поскольку она оказалась единственным выжившим ребенком его брата, то и должна была унаследовать небольшое, но процветающее владение Лирган. Оставался шанс, что новая жена дяди, Уна – молодая, прелестная и непосредственная женщина, – сможет родить ребенка, но он становился все призрачнее с каждым днем, проведенным бедной женщиной в объятиях Колина Макфарлана. Именно необходимость иметь наследника, которому перешел бы Лирган – вместе с желанием получить в союзники Маккорди, – заставила Колина добиваться этого брака.
Внезапно Эйлис сообразила, что во всех разговорах о свадьбе, организации жилья, приданом и будущем обоих кланов никто не упоминает ее племянников и племянницу. После смерти ее сестры Майри, погибшей два года назад, Эйлис заботилась о детях, оставшихся после шестилетней связи Майри с каким-то неизвестным мужчиной. Рут и Мейнус, близнецы семи лет, а также Сибил, их пятилетняя сестра, составляли единственное счастье в жизни Эйлис. Девушка опасалась, что ей не позволят оставить их при себе.
– Дядя! А что будет с детьми моей сестры? – спросила Эйлис.
– О них уже позаботились, – равнодушно ответил Колин Макфарлан.
Эйлис не поверила ни его спокойствию, ни его улыбке.
– Я не думаю, что на них потребуется много денег, – продолжала Эйлис. – Я хочу, чтобы они остались на моем попечении, как и мечтала моя сестра. Я ей обещала.
– Мы все наслышаны об этом, сударыня. Не стоит так волноваться!
Дядя демонстративно вернулся к своей выпивке. Эйлис осталось только выругаться про себя. Прошло еще несколько минут, и она выскользнула из зала, чтобы вернуться в свою комнату. Оставаться на этом пиру в честь ее помолвки для Эйлис было подобно танцам на собственных похоронах. У нее не было выхода, и все знали, что она предпочла бы выйти замуж за всадника из свиты дьявола, нежели за Дональда Маккорди.
– И теперь, когда я подумала над этим, Дональд действительно представляется мне всадником дьявола, – буркнула она, останавливаясь перед дверью в узкую сырую комнату,
Колин Макфарлан величал их «тройкой ублюдков». Временами Эйлис готова была наброситься на этого человека с кулаками, поскольку его поведение обижало детей, а они и так видели мало радости. Она надеялась, что их гостеприимно примут и удобно разместят в Лиргане, но малышей встретили неприветливо, давая понять, что их присутствие нежелательно. И Эйлис ничего не могла с этим поделать. Она даже не могла перевести детей в свои более удобные комнаты. Она несколько раз пыталась это сделать, однако дядя силой возвращал детей обратно, утверждая, что ее комнаты отданы ей как невесте и ее жениху вряд ли понравится, если ублюдки будут все время путаться под ногами. Эйлис оставалось только сдерживать свой гнев, понимая, что препирательства взрослых вредят детям больше, чем их плачевное положение.
Эйлис потихоньку вошла в детскую комнату и в который раз попыталась угадать, кто же именно был возлюбленным ее сестры. Никто не мог помешать опьяненной любовью Майри с ним встречаться. После того как родились близнецы, все сочли, что Майри замуж уже никогда не выйдет. Эйлис однажды попыталась проследить за сестрой, но только заблудилась. Все ее попытки выведать у Майри имя возлюбленного ни к чему не привели, несмотря на их крепкую дружбу.
Хотя Эйлис сильно не хватало сестры, она радовалась, что Майри не попала под опекунство. Позор, которым она покрыла семью, вызвал ярость ее нетерпимого дяди. Колин Макфарлан сделал бы жизнь жаждавшей любви, безрассудной Майри невыносимой.
Увидев ее, малыши заулыбались. Эйлис улыбнулась в ответ. Внимание девушки привлекли близнецы. Она не сомневалась, что внешность когда-нибудь укажет на того, кто был их отцом. Волосы у мальчиков были как у Майри и самой Эйлис, но глаза на узких лицах они определенно унаследовали от неизвестного отца. У маленькой Сибил были светлые, соломенного цвета волосы. Могло ли это еще что-либо подсказать? Большие карие глаза и маленькие овальные лица были и у Эйлис с Майри. Чистых же голубых глаз не встречалось ни у кого из клана Макфарлана. А клан Макдабов, славившийся своими синеглазыми мужчинами, был самым ожесточенным их противником, поскольку ее дядя украл Лирган у людей этого клана. От мысли, что ее сестра связалась с женатым мужчиной, Эйлис поморщилась, а о том, что это мог быть один из их смертельных врагов, она не позволяла себе и думать. И сейчас Эйлис прогнала от себя эту леденящую мысль и наклонилась, чтобы поцеловать каждого из детей.
– Значит, ты должна выйти замуж за Дональда Маккорди? – спросил ее Мейнус, когда она подоткнула одеяло на его кровати.
– Да. Я никак не могу изменить свою проклятую судьбу, малыш.
– Ты уверена, что поступаешь правильно?
– Я долго и упорно думала, но ничего путного в голову не пришло. Вряд ли мне удастся избежать этого замужества.
– Мне не нравится этот человек, Эйлис, – прошептала Сибил. – И я вижу, что он совсем нас не любит.
Эйлис постаралась говорить убедительно:
– Какой мужчина рад чужим детям, моя радость? Но он привыкнет. – Однако Эйлис видела, что дети мало верят ее успокаивающим словам.
Через полчаса, когда Эйлис наконец добралась до своей комнаты, то обнаружила, что сон никак к ней не идет. И это было очень скверно. Сибил была права – Дональд не позволит ей опекать детей и дальше. Эйлис боялась, что он их возненавидит. Он обручился с Майри, когда ее незаконная связь стала известна всем, но Эйлис полагала, что он сделал это с какой-то особой целью. Она начала подозревать, что Дональд знал, кем был возлюбленный Майри, и не любил их именно за это.