Безнадега
Шрифт:
Спустя два часа изматывающей работа они сидели рядом с древним пультом управления. Здесь рулил уже Ран Удо, ему были знакомы подобные произведения местного инженерного искусства. А Бочили вспоминал, при каких обстоятельствах им пришлось встретиться после долго перерыва.
Это случилось вскоре после прибытия того странного офицера. Бойцы быстро просекли, что он из Оперативной разведки. Парни из его группы были настоящими кадровыми, такие сейчас встречались крайне редко. Из них слова лишнего было не выдавить, да и вообще общения они явно чурались. Но
соответственно с интересом внимали местным реалиям.
Но вскоре обстановка на поверхности планеты резко осложнилась. Уурды нагнали атмосферных штурмовиков, появились многочисленные разведзонды, а колонисты получили подкрепления. Пространство для маневра резко сузилось, совершать диверсии стало тяжелее. Ополченцы начали нести тяжелые потери.
В тот день группа Налича выводила группу самообороны из заброшенной штольни. Уурды нанесли удар бункерной миной, пробили верхние этажи, технологические проходы почти все засыпало, было много убитых и раненых. Бочили прочесывал боковой проход и наткнулся на плачущего подростка. Тот моментально среагировал на чужого, резко подняв небольшой излучатель.
– Эй, парень, осторожней с этим - крикнул боец и оглянулся. Удар пришелся наискось, сверху упало несколько металлических балок, осыпалась техническая ниша, а кабель буквально свернулся в узел. Рядом с сидящим подростком Бочили заметил грузное тело. "Живые так не лежат" отметил боец и внимательно взглянул на юнца.
– А я где-то тебя видел.
– Да - паренек подтер сопли - это вы научили меня работать с этим - он указал на излучатель. Бочили автоматически отметил, что парень держит оружие грамотно и уверенно, а само оно в отличном состоянии.
– Теперь вспомнил, у тебя отец фермер? О, черт, это он?
– он кивнул на тело.
– Да - парень подозрительно всхлипнул - задело взрывом.
– Ну, ты, давай, держись. Война идет, ничего не поделаешь, брат - Бочили еще раз оглянулся, не нравилось ему тут. Еще один взрыв и их обоих завалит - Давай выбираться, тут опасно.
– А как же папа? Мы его так и оставим.
Боец задумался, был у местных такой пунктик с обязательными похоронами.
– Давай я тут заряд поставлю - он показал на не обрушившуюся половину прохода - и путь закроем, и как могила получится. Никто твоего отца больше не потревожит. После войны его легко будет найти, если сектор запомнишь.
– Я запомню - парень выдохнул, он был явно растерян, а этот боец показал правильный выход из ситуации.
Так и появился в отряде молодой боец Ран Удо. Поначалу Невелис был категорически против - "Мне и так эти фермеры всю плешь проели, так вы еще и детей набрали!", ругался он. Но сметливый паренек команде понравился, эдакий "сын диверсионной команды". Договорились, что в открытый бой он не пойдет, а будет на подхвате, осваивать тяжелую науку убивать чужаков и себе подобных.
Удо
– Я все-равно уйду - парень надул губы - Я хочу убивать этих гадов!
– Хочешь умереть?
– Брин сидел уставший, положение и так тяжелое, так еще и этот... "мститель".
– Ну и умру!
– с вызовом ответил Ран.
– А о нас ты подумал?
– Невелис неожиданно рассвирепел, напугав подростка - Как мы потом будем жить?
Мы, взрослые мужики должны идти в бой и умирать, а не вы - дети и женщины. Для этого мы пошли в армию, для этого нас учили. Ты что, думаешь, что много видел? А видел ты, как здоровые бойцы выбираются из шлюза и катаются по полу отсека, воя как раненые звери и сдирая ногти в кровь. Они защищали спасенных женщин и детей, когда в соседний отсек их корабля попала ракета. И совеем малыши, и такие как ты выпадали в вакуум, махая конечностями в поисках опоры, раздуваясь, с лопнувшими глазами и вскипевшей кровью, они умирали страшной смертью. А эти закаленные сражениями бойцы бессильно наблюдали за тысячами умирающих в иллюминаторы. Ты думал, каково им!? Да проще броситься грудью на плазму!
А экипажи спасательных капсул? Ты видел их полубезумные глаза? Они принимали последних эвакуирующихся на захваченной чужаками планете. Им кидали в руки детей, пока они сдерживали натиск отчаявшихся взрослых. Матери выкрикивали проклятья, когда пилоты закрывали люки. Они даже не могли заменить собой кого-либо из оставшихся детей, экипажи нужны для полета, для спасения. И им приходилось наблюдать внизу десятки тысяч людей, которым уже не было спасения. Целое море голов, посылающих тебе вслед проклятия или благословения. И вслед за экипажем на стацию вваливался рой плачущих, бьющихся в истерике людей, в основном детей и немногих молодых женщин. А мы же только могли принять их, найти временное убежище. У нас не было для них слов ободрения. Их мам и пап мы уже не спасли.
Ран опустил голову, он никогда не задумывался об том ужасе, который царит сейчас в человеческих колониях. И он никогда не видел своего волевого командира в такой ярости и гневе.
– Ты пойми, парень, это наша война, это наша ответственность! Мы обязаны таких, как ты сначала вырастить и обучить, а уж потом использовать. Иначе грош нам цена, как мужчинам! Откуда тогда появятся новые поколения, если и ваше сейчас погибнет? Потом, когда вы уже вырастите, именно вы встанете грудью на защиту следующих племен человечества. Это уже будет ваше право и ваш долг. Ты понял меня, Ран?
– Да, командир - подростку трудно было признать, но старший товарищ оказался прав - Я понял - Ран тяжело вздохнул и встал с места - Разрешите идти?
– Разрешаю. Только запомни, еще один подобный взбрык, и мы расстанемся.
Невелис смотрел еще некоторое время вслед парню. Он и сам не понимал, зачем возится с этим ершистым подростком. Может потому, что и сам был когда то таким? Ведь проще выгнать его из отряда, чем сделать его настоящим воином: "Черт возьми, что за времена! Если мы должны учить своих детей убивать?".