Бездыханные ІІ
Шрифт:
— А-а-а…
— Вот именно. Так, дальше, у нас так же есть названия семи смертных грехов, плюс ложь.
— Ложь? — Крис внимательно посмотрел на него. — Но тогда выходит не семь, а восемь смертных грехов.
— Верно. Ведь в Новом Завете говорилось еще и про «лживый язык». Так что нельзя исключать этот грех.
— Новый Завет писали люди, — настаивал он на своем.
— Папа Григорий Великий тоже был человеком, но список составил он.
На это Крис ничего не ответил, поэтому Локки продолжил:
— Итак, в результате у нас есть восемь грехов и пять демонов. Мы знаем, что Лилит — это похоть, а
Я пожала плечами и выдала:
— Ищем дальше?
Локки утвердительно кивнул.
— Верно.
И мы опять погрузились в поиски. Но это не продлилось долго.
— Минутку, — вдруг воскликнул Крис спустя пять минут, тем самым, привлекая наше внимание, — Латинские названия этих грехов… я уже где-то их встречал….
Локки вопросительно изогнул бровь.
— И где же?
Крис начал что-то бубнить, видимо, вспоминая. Через несколько секунд он, со словами «ну как же я раньше не догадался», резко подорвался и вылетел из библиотеки тем самым, оставив нас с Локки сидеть в неведении и недоумении.
Вернулся он спустя полторы минуты со странным предметом в руках. Это было что-то вроде толстой тетради в кожаной обложке и переплетенной кожаным шнурком. Она была старой и потрепанной, а на обложке виднелись засохшие пятна непонятного происхождения. Правый нижний край тетради был почерневший, как будто от огня.
— Что это? — спросили одновременно я и Локки.
— Это, — Крис плюхнулся на землю между нами, — По-моему, дневник.
— То есть, ты не уверен, — с подозрением в голосе умозаключил Локки.
— Да. И причина этому то, что он написан на латыни, а мне на своем веку как-то не приходилось ее изучать. Но я пролистнул его и, зуб даю, там были названия этих грехов.
— Наличие таких слов не говорит о том, что это обязательно должно обозначать смертный грех, — сказал Локки беря из рук парня тетрадь. — Возможно, человек просто писал о том как ему лень идти на работу, или что он завидует тому, что жена соседа красивее его жены. Ты об этом подумал?
— Нет, но ты ведь медик так? Значит, латынь знать должен. Так что не ворчи, а просто прочти эту тетрадь!
Локки поправил свои очки указательным пальцем.
— Попрошу не путать профессионального медика и школьника, изучающего медицину.
Мне их бессмысленный треп начал надоедать, и я решила покончить с этим.
— Так, хватит! Локки, ты ведь с десяти лет учил латынь поэтому, пожалуйста, просмотри этот дневник, вдруг Крис прав. А ты, Крис, продолжай искать. За работу! У нас и так мало времени, а мы еще и половины не просмотрели!
Парни спорить не стали.
— Но все равно это странно, — хмыкнул Локки тихо, забирая у Криса дневник.
— О чем это ты? — спросил тот, отдавая тетрадь.
— Да я о том, что ты какой-то неправильный.
Крис вопросительно приподнял бровь.
— Я имею в виду, что ты старше нас в четыре раза и ты умерший, то есть времени у тебя полным полно было, а умом ты не отличаешься от обычного школьника.
— Это оскорбление? — брюнет подозрительно прищурился.
— Это констатация фактов. Обычно, такие как ты, то есть те, кто
Я прыснула от смеха, а Крис только фыркнул:
— По-моему тебе следует завязывать читать и смотреть фантастику. И вообще, я очень начитанный. Так что будь добр — заткнись!
Я уже не сдержалась и засмеялась в голос. Но, увидев две пары злых глаз, быстро успокоилась и уткнулась в лежащую в руках книгу.
Наши поиски продолжились.
Еще две книги прошли через мои руки, но все, что я вычитала, не несло в себе никакой нужной нам информации. Следующая книга, которую я выхватила из кучки, оказалась небольшим сборником святых письмен. Не Библия и тому подобное, а просто книга, где рассказывалось о жизни разных святых, ангелов и Господе. Заголовка на обложке не было, но на первой странице по середине было написано «Книга Исайи. Перевод с древнееврейского выполнил К.Л. 1876 г.». Я листала книгу в поисках знакомых слов на нужную нам тему, но все было безрезультатно. Единственное из нечисти, что упоминались в ней, были бесы, как злые духи, и Дьявол, просто как хозяин этих злых духов. Я уже хотела, было, закрыть книгу, когда мне на глаза попались интересные строки, и я прочла весь абзац:
«Ты был помазанным херувимом, чтобы осенять, и Я поставил тебя на то; ты был на святой горе Божией, ходил среди огнистых камней. Ты совершен был в путях твоих со дня сотворения твоего, доколе не нашлось в тебе беззакония… Внутреннее твое исполнилось неправды, и ты согрешил; и Я низвергнул тебя, как нечистого, с горы Божией, изгнал тебя, херувим осеняющий, из среды огнистых камней. От красоты твоей возгордилось сердце твое, от тщеславия твоего ты погубил мудрость твою; за то Я повергну тебя на землю, перед царями отдам тебя на позор. Множеством беззаконий твоих ты осквернил святилища твои; и Я извлеку из среды тебя огонь, который и пожрет тебя: и Я превращу тебя в пепел на земле перед глазами всех, видящих тебя» (Иез.28:12–19).
«Где-то я подобное уже слышала» — пронеслось у меня в голове.
— Эй, Локки?
Парень оторвался от своей тетради, в которой он записывал все, что переводил в дневнике, и взглянул на меня.
— Посмотри, — я протянула ему свою книгу. — Тебе это ничего не напоминает? А то я что-то смутно помню.
Локки взял книгу и прочел там, где я ему показала.
— Хм… — задумчиво выдал он через две минуты, — действительно…
Парень открыл первую страницу и прочитав название книги внезапно воскликнул:
— Постой… я знаю, что это за строки. Точно, как же я мог забыть!
— Что?
— Это история изгнания с небес ангела Рафаэля.
— И что? Как это связано с тем, что мы ищем? — внес свою лепту Крис.
— А то, — ответил Локки, — что после падения с небес, ангел Рафаэль стал демоном и потерял свое имя. Теперь его имя Люцифер.
Я даже выдохнула от удивления.
— Постой! Ты хочешь сказать, что правая рука Сатаны раньше был ангелом? Я слышала раньше о падшем ангеле, которого изгнал с небес Господь, но этим ангелом считали самого Дьявола.