Бездна. Спаситель
Шрифт:
На стенах располагались деревянные полки и металлические крюки.
– Это я сделал. Здесь удобно хранить продукты, чтобы дольше не портились, – объяснил Анатолий.
От ледяной воды ноги было больно, как будто в них втыкали толстые иглы. Антон был готов поспорить, что вода в колодце такая же холодная, как в проруби. В воде, под ногами, хрустело что-то острое.
– Наверное, это лед, – подумал младший. – Или гнилые кости…
Парень снова помотал головой, разгоняя темные мысли.
К концу пути ноги
Преодолев три скользкие каменные ступеньки, парень оказался в просторном помещении. Здесь было очень светло. И гораздо теплее. На стенах горели факелы. В центре помещения стоял каменный обелиск.
Нет, не обелиск, это была гробница.
Плита, которая закрывала гробницу сверху, была украшена резьбой и надписями на неизвестном языке. Судя по ветхости – этой гробнице было не меньше тысячи лет. Пол вокруг гробницы был покрыт толстыми металлическими решетками, из прорезей которых лилось красное мерцающее свечение. Подойдя ближе, Антон увидел, что под решетками течет лава.
– Это лава? – удивился он.
– Она самая.
Алексей, тем временем, обходил комнату, рассматривая таинственные и непонятные узоры на стенах, на полу, на подставках факелов.
– Что в этой гробнице? – спросил Антон, ощупывая покрытую надписями плиту.
– Не знаю, – сказал дядя.
– Ты не пробовал ее открыть?
– Пробовал. Плита не сдвигается и не разбивается, – Анатолий указал на несколько сколов. – Я бил плиту шахтерской киркой и кувалдой. С каждым ударом лава приближается к решеткам. Когда я только нашел это место, до лавы было метра полтора. Теперь же она у самых решеток, до нее можно дотянуться пальцем… Если есть лишний.
Алексей случайно уронил факел. Но тот не потух. С виноватым видом, он установил его обратно в подставку.
– Кстати, напольные решетки совершенно холодные, хотя лава самая настоящая, – Анатолий плюнул сквозь решетку.
Раздался хлопок и шипение. Из-под решетки вырвалось облачко пара. Лава в месте плевка слегка потемнела. Пятно унесло прочь быстрое течение.
Антон плюнул на палец и аккуратно дотронулся до решетки. Она, и в самом деле, оказалась совершенно холодной, хотя от лавы и исходил невероятный жар.
Анатолий продолжил свой рассказ:
– В общем, это «бонус». Они разбросаны по всему миру. Я нашел здесь кое-какое оружие, карту, еду, – охотник указал на светлое пятно возле гробницы. – На этом месте лежали шкуры, на которых вы отдыхали прошлой ночью.
Перед Антоном снова промелькнули смутные ночные образы.
Дядя продолжал:
– Свой дом я решил построить над этим местом. Тут тебе и холодильник, и чистая ледяная вода, и столь необходимая в хозяйстве лава.
– «Бонус»… – неопределенно пробормотал Антон, продолжая
– Они разбросаны по всему «Миру», – сказал Анатолий. – Если тебе удалось его найти, ни в коем случае не закрывай дверь!
– Почему? – спросил Алексей.
– Когда дверь закроется, то… – Анатолий пощелкал пальцами, пытаясь подобрать слова. – Проход исчезнет.
– Исчезнет?
– Да, но не совсем исчезнет, а только для тех, кто снаружи. Для тех же, кто был внутри бонуса, выход перенесется в другое место.
– Так вот, зачем под дверью лежит огромный булыжник, – сказал Антон.
– Именно. Если враги возьмут в осаду мой дом, я смогу скрыться от них. И мой след затеряется. Надеюсь, только след.
Антон представил, как дом дяди берут в кольцо, как начинается многомесячная осада, как дядя скрывается в своем «бункере» и бесследно исчезает. Почему-то это ему напомнило про блокаду Сталинграда и штурм Рейхстага.
– Кто же сделал это место? – поинтересовался старший.
– Не знаю. В «правилах» об этом не сказано ни единого слова.
– В «правилах»? – спросил Антон. – В каких «правилах»?
– Вы не в курсе? – удивился Анатолий. – Удивительно! Вы ничего не знаете, но до сих пор живы!
Дядя разразился смехом.
– Нет, – озадаченно ответили братья. – Расскажи.
– Пора доставать отливку и делать вам ножи. Расскажу, пока буду ковать клинки.
И троица отправилась обратно в кузню.
Антон выходил последним и по привычке протянул руку к двери, чтобы ее за собой закрыть. Упрямый камень напомнил, что закрывать дверь не следует.
Анатолий достал большую кувалду и предложил племянникам собственноручно разбить форму.
Алексей взял кувалду.
– Бей сильнее, форма очень крепкая, – пояснил дядя.
И старший врезал от всей души, едва не сломав дядину кувалду.
Форма, подобно керамической раковине, со звоном разлетелась на крупные угловатые куски. Один из острых осколков угодил Антону прямо в щеку.
– Ай! – младший схватился за лицо, по щеке уже стекала капелька крови.
– Неплохой удар, – сказал Анатолий.
Отливка лежала в груде острых обломков. Анатолий достал ее кузнечными щипцами и положил на наковальню.
Это был идеально ровный цилиндр. Длина его была сантиметров двадцать. Окружность была точно такой же, как у черенка лопаты.
– Дамы и господа, представляю вашему вниманию корий! – наиграно объявил охотник.
Пепельно-фиолетовый брусок был матовым, будто его покрывала мука. Он еще немного дымился.
– В чем суть кория? – разглядывая брусок, спросил Антон.
Анатолий уже натянул на руки кузнечные рукавицы. Они были короче литейных – доходили чуть выше запястий. Когда-то у них была шнуровка, но теперь на ее месте были лохмотья.