Бездна. Дилогия

Махавкин Анатолий

Кстати, моя разлюбезная супруга никак не могла понять, почему я припёрся домой с такой щетиной. По календарю я вернулся вечером следующего, после моего отъезда, дня. Как такое могло произойти — понятия не имею, но после всех чудес Бездны, именно это меня совсем не удивляло. Впрочем, супруга тоже не слишком удивлялась временным парадоксам. Больше всего её поразила сумма, которую я вытряс из пояса на пол, образовав радующую глаз горку из салатных купюр.

— За деньгами-то никто не придёт? — в сотый раз спросила Ольга, нервно потирая руки.

— Их хозяин давным-давно стал покойником, —

пробормотал я с набитым ртом, — да будь он трижды живой, ему никогда не выбраться оттуда, где он остался. Там — самая глубокая, в мире, могила.

— Сегодня утром кто-то звонил, — сказала жена, — спрашивали, здесь ты живёшь или нет.

— Кто звонил то? — спросил я поглаживая свой, изрядно впавший за время странствий, живот, — может с работы кто? Так надо было сказать, что я увольняюсь. Я там таких денег и за сто лет не заработаю.

— Он не сказал, — Ольга пожала плечами, — приятный такой голос…

— Хахаль твой, наверное, — я откинулся на спинку стула, — переживает, что муж так рано вернулся.

— Да нет у меня никого! — голос жены искусно дрогнул, а в уголке глаза появилась слезинка, произведённая молниеносным надавливанием на веко, — я же люблю только тебя.

— Ну есессно, — буркнул я, — меня и мои сто двадцать четыре штуки. Чё там дочка делает?

— Играется со слоном, которого ты ей притащил. Зачем же такого огромного? Он же раза в три больше её!

— Нравится — пусть играет, — великодушно разрешил я, раздумывая, не выпить ли ещё рюмашку. Решил, что не стоит. Главное — я теперь могу отдыхать сколько влезет. Никто не придёт, чтобы вытащить меня в какую-нибудь срань, не будет резко и настойчиво звонить в дверь.

В дверь позвонили.

Резко.

Настойчиво.

Жена, от неожиданности, шарахнулась в сторону, зацепив плечом холодильник, который качнулся, позвякивая начинкой.

— Выйди, — попросила Ольга, — мне почему-то страшно.

— Вот блин, — в сердцах сказал я, поднимаясь из-за стола, — обычно сама первая бежишь…Кто?

Вопрос адресовался стоящим за дверью мужикам. Через глазок я не мог, как следует оценить их внешность, сумев только посчитать количество (двое) и определить разницу в размерах (один в два раза выше и шире второго). В общем-то необходимости общаться через дверь не было: после некоторых инцидентов моя уверенность в своих силах значительно выросла.

— Необходимо побеседовать, — донёсся из-за металлической двери вежливый голос, который моя супруга вполне могла бы назвать приятным, — о вашем недавнем путешествии. Это в ваших же интересах.

Я пожал плечами и щёлкнул замком. На площадке действительно стояли двое, но вполне можно было бы сказать: два с половиной. Громила, стоявший за спиной своего спутника, едва не подпирал головой потолок, посапывая перебитым носом и поглаживая изрезанный шрамами ёжик волос лопатообразной ладонью. Похож на бритого родственника Кинг-Конга. Тот, который разговаривал со мной, выглядел намного приличнее, напоминая американского актёра — Ланса Хенриксона. Одет не слишком вызывающе, но со вкусом. В руке небольшой кейс. «Хенриксон» улыбнулся и протянул руку:

— Позвольте представиться, Сергей Николаевич Хробанов.

—

А вот это, — я ткнул пальцем за его спину, — ваше? — Ну ты, — король обезьян сделал шаг вперёд и протянул манипулятор, — ты чё…

Стремясь быстрее расставить все точки над «И», а также некоторыми другими, известными этому недоумку буквами алфавита, я взял его за руку и крепко сжав, потянул вниз. Поначалу на помятом лице, напоминающем печёную картофелину, отразилось недоумение, а потом оно сжалось в гримасе боли. Пытаясь спастись от неминуемого перелома, громила рухнул на колени. Только тогда я отпустил его и повернулся к Хробанову, внимательно наблюдавшему за этой сценой.

— Впечатляет, — сказал он совершенно спокойно, — Паша, иди. Постой около машины. Если позвонит Пётр Степанович скажи, я занимаюсь его делом, поэтому не отвечаю на звонки. Понял? Ну иди.

Конг-Паша поднялся на ноги и сжимая повреждённую конечность, потопал вниз по содрогающейся лестнице, бросив на прощание, любвеобильный взгляд в мою сторону. Ну и пусть его.

— Разрешите войти? — осведомился Хробанов, — разговор действительно очень важный.

— Ну, если важный, — протянул я, — тогда входите. Прошу прощения за лёгкий бардак — у нас маленький ребёнок.

— Я знаю, — Сергей Николаевич вежливо усмехнулся, — мы успели навести справки. Куда?..

— Лучше всего, на кухню, — в проёме двери промелькнула Ольгина голова, поздоровалась, испуганно сверкнув глазами и пропала, — выпить не желаете? Закуска тоже имеется.

— Да нет, спасибо. И рад бы, — Хробанов положил кейс на стол, щёлкнул замками и присел, — да печень последнее время донимает. Вот от кофе не отказался бы.

— Запросто, — я включил чайник и уставился на гостя, — ну и какое ваше «очень важное» дело? Сразу предупреждаю, деньги меня сейчас не очень интересуют, поэтому этим можете не соблазнять.

— Деньги, деньги…Если бы только деньги! Человек вы образованный, культурный, фильм «Крёстный отец» несомненно смотрели, — Хробанов помолчал и печально вздохнул, — вы только не подумайте, будто я угрожаю. Воспринимайте меня, как средство связи, при помощи которого вас решили кое о чём уведомить. Спасибо.

Он поставил чашку кофе около открытого дипломата и достал оттуда несколько довольно грязных листков бумаги, скреплённых между собой. Брезгливо перелистнув замусоленные листочки, Хробанов водрузил на нос очки и прочитал:

— «Объяснительная». Боже, какие только идиоты не попадаются! «Будучи водителем — дальнобойщиком автомобиля марки, гм, номерной знак такой-то, в общем — неважно. Подобрал на дороге человека, угрожавшего мне автоматом и обещавшего оплату в валюте за доставку его», — Хробанов поднял глаза на меня и усмехнулся, — Это надо же такое придумать: угрожал автоматом и обещал доллары! «В процессе поездки неоднократно избивал меня, сошёл в районе города такого-то. Прошу открыть уголовное дело». В общем всё ясно. Комментарий дежурного: «От заявителя исходил сильный запах спиртного и фекалий. До выяснения помещён в камеру. Отпущен, после установления личности». Резолюция: «В возбуждении уголовного дела отказать. Вы что, рехнулись присылать ко мне этот бред?». Доступно.