Без вести
Шрифт:
– Группа, вперед! – Данилова гаркнула команду так, что ее без сомнения услышали в обоих концах длинной линии из двадцати человек.
Мы двинулись дальше. Признаться, это занятие так себе, на любителя. Идешь по ночному лесу, ничего не видно, постоянно приходится поднимать ноги, чтобы перешагнуть через коряги или перепрыгнуть через ямку или кочку. После отдыха в компании Толика, Вадика и девочек, для меня это тоже нелегко. Но я иду. Муза требует. Есть в моем характере такой плюс, если не сказать минус, загорюсь идеей книги, и больше меня не удержать. Босиком пойду
А ничего такие ботинки. Удобно. Молодец Одинцов. Раздражает немного это хождение строем, когда даже чтобы пописать за деревом надо останавливать всю колонну и брать с собой напарника. Чтобы самому не потеряться. А еще длинную палку с оранжевым флажком на конце тащить с собой. Я навострился ею тыркать в землю, словно посохом. Тот еще Дедушка Мороз.
– А что, если мы ее не найдем?
– Горовиц, идите молча и не обсуждайте пропавшего. Вы же из полиции, – Валькирия теперь шагала справа от меня, по всей видимости, окончательно перестала доверять.
– Вы же сами хотели полного нашего проникновения. В дело, я имею в виду.
Никакой реакции. Цокнул языком. Она покосилась.
– Что будем делать, если не найдем?
– А вы что, не знаете, что бывает в таких случаях? – Лара Крофт лупанула по мне лучом от своего фонаря.
– Ничего. Повторно мы сможем искать только если ваши позовут, – Вадик, шедший по другую руку от Валькирии, мужественно вмешался.
Отчаянный малый. Вспомнить только его вчерашние подвиги. Напился, накурился травки и фантазировал себе невесть что, лежа на диване и веселя девчонок.
– И что, вы дальше сами искать не станете? Вам разве не интересно, куда она делась?
– Мы это не обсуждаем. И, нет, – Валькирия вернула луч света себе под ноги и перешагнула корягу, попавшуюся на пути, – сами искать не станем.
– Правда? Я слышал кое-что другое про вас.
Девчонка проигнорировала мой сарказм и как ни в чем не бывало попробовала продолжить свой путь. Споткнулась лишь несколько раз. Подряд.
– Что ж вы так… – подхватил ее под локоток на очередной ямке, был готов к тому, что опять полосонёт по лицу лучом света, но ситуация кардинально изменила свое направление.
– А-а-а!!! Змея!!! К-кобра!!! Она же меня сейчас сожрет!!!
Анатолий внезапно нарушил тишину леса, в которой были не слышны даже… шаги группы поисковиков, и заорал во все горло, сорвав с маленькой головы тонкую шапку. Парень выронил фонарик, снова ухнул на землю, прямо на пятую точку и, подтянув к груди колени, вжался спиной в дерево.
– Группа стоп!!! – скомандовала Данилова и вместе в Соловьевым подошла к поймавшему галлюцинацию новичку. – Успокойся, – велела она ему, схватив парня за плечо и дернула за него, но Толик не реагировал. Глаза его выпучились до предела, рот открыт в страхе, потрескавшиеся губы шепчут какое-то заклинание. Что интересно, остальные поисковики по команде замерли на своих местах и больше никто к нам не подходил, видимо,
– Чего он наглотался? – попыталась понять Данилова, посветив в глаза сумасшедшему. – Откуда вы все приехали?! – этот вопрос уже вонзился в тело начавшего дрожать Соловьева, но теперь я его спас.
– Все нормально. Ему было, чего испугаться. Это, конечно, не змея, но выглядит достаточно устрашающе.
Валькирия с Соловьевым повернулись ко мне, а я в этот момент светил своим фонариком на то, что померещилось Анатолию и что ввело его в такой ступор. В ночной темноте, в лесу, на дереве висело женское тело. Ну, как висело. Я бы сказал, стояло на коленях, потому что сук, на котором его повесили или оно само повесилось, находился на высоте весьма среднего человеческого роста.
– Ничего не трогайте, Горовиц! – налетела на меня предводительница.
– Ева. Ты забываешь, он же полицейский, – напомнил ей Соловьев. Я их не слышал. Меня полностью увлек труп.
– Женщина, на вид лет тридцати трех, тридцати пяти. Одета недорого, но за собой следит. Выехала в лес… или на дачу в изящных сапожках городского типа, по местным колдобинам вряд ли она планировала в таких ходить. Соответственно, делаю вывод, приехала на машине, а не на электричке. Обратите внимание на каблуки.
Валькирия, по всей видимости планировавшая возмущаться, посветила фонариком туда, куда я указывал. Незаметно для нее, я удовлетворенно хмыкнул.
– Большие наросты грязи на подошве, но она на нее не наступала, видите, земля не примята к подошве, она торчит по бокам так, как будто…
– Как будто ее тащили по земле, – закончил за нее мысль. – Но это, итак, был понятно, странный способ покончить жизнь самоубийством – стоя на коленях.
– Мне вызвать ваших или вы это сделаете? – Данилова впервые обратилась ко мне, как к вышестоящему, жаль, что я не мог этим воспользоваться.
– Вызовите вы, – скомандовал ей. – Звоните Терехову, это его участок.
Девчонка отошла, набрав номер на телефоне и приложив аппарат к уху, начала по форме докладывать, а я вернулся к изучению пространства вокруг трупа. По законам жанра, я сейчас должен найти случайно оторванную пуговицу, сигарету, перчатку или еще что-нибудь, что неопытный убийца мог потерять на месте преступления. Однако я не нашел ничего, кроме обычного лесного мусора – бутылку из-под водки, потерянную здесь лет десять назад неизвестным грибником или охотником – и все. Больше совсем ничего. Ни следов, ни отпечатков, совсем, вот просто абсолютно ничего.
Надеялся увидеть и рассмотреть больше, если бы не вдруг очнувшийся от паники Анатолий и не бросившийся на труп с какой-то здоровенной корягой, найденной только что здесь же в лесу.
– Лара!!! Я убью змеюку!!!
Я перехватил его на подлете, когда он на своих кривых и длинных ногах мчался (как ему это явно мерещилось) в сторону «змеюки» на дереве и, стукнув его несильно в район отсутствующего многие годы живота, заставил сложиться пополам бедолагу, после чего подхватил его на плечо и поволок к машине.