Без веры

Слотер Карин

— Мое счастье. — Лев потрепал сына по спине, а в голосе звучала неподдельная гордость.

Оставалось только кивнуть. Неожиданно Зек зевнул во весь рот.

— Спать хочешь?

— Да, мэм.

— Подустал малыш, — словно оправдываясь, проговорил Лев и опустил мальчика на пол. — Найди тетю Эстер и скажи, что тебе пора ложиться в кровать. — Чмокнув темную макушку, Уорд подтолкнул сынишку к двери. — Последние дни для всех нас были нелегкими, — признался мужчина. В его голосе звучало искреннее горе, но недоверчивая Сара заподозрила,

что Уорд играет на зрителя, понимая, что все происходящее дойдет до Джеффри.

— Утешает только то, что она сейчас в гораздо лучшем месте… — неожиданно вмешалась Мэри.

Лев нахмурился, будто не сразу поняв, о чем речь, но быстро нашелся:

— Да, конечно…

Судя по реакции, слова сестры застали Уорда врасплох. Интересно, кого он имел в виду: Бекку или Эбби, но выяснить это можно, только рассказав о поступке Эстер.

В зал вошла Тесса. Снимая вощеную бумагу с медовой булочки, она оживленно беседовала с бедно одетым парнем, длинные волосы которого были стянуты в конский хвост. Заметив старшую сестру, она тут же извинилась и зашагала в ее сторону, на ходу успев погладить по головке Зека. Саре казалось, что она никогда в жизни не видела Тессу такой счастливой, до тех пор… пока та не заговорила.

— Эй, с ним у тебя куда больше сходства, чем со мной! — воскликнула она, показывая сестре на Льва.

Сара заставила себя присоединиться к дружному взрыву смеха. Братья Уорды были выше доктора Линтон, а Мэри и Эстер немного ниже ее ста семидесяти пяти сантиметров. Чуть ли не впервые в жизни Тесса, а не Сара, выделялась среди окружающих благодаря своему росту. Ничего подобного класса с шестого не случалось.

— Вы ведь меня помните? — с надеждой спросил Лев.

Сара огляделась по сторонам, чувствуя себя неловко оттого, что не помнит человека, с которым встречалась более тридцати лет назад.

— Извините, но нет…

— Ну, воскресная школа, кажется, у миссис Дагдейл, да, папа? — Томас кивнул, и правая сторона рта улыбнулась. — Вы все вопросы задавали… Однажды даже решил заклеить вам рот пластырем! После чтения псалмов учительница обещала угостить нас лимонадом, а маленькая Сара тянула и тянула руку…

— Очень на нее похоже! — Тесса с аппетитом жевала булочку, словно не переживала из-за того, что у матери была интрижка с сидящим в кресле стариком. А потом у него родился сын, как две капли воды похожий на Сару.

— В учебнике была картинка с Адамом и Евой, а неугомонная девчонка спрашивала: «Миссис Дагдейл, если первых людей создал Господь, откуда у них пупки?»

Из перекошенного рта старика вырвался самый настоящий смех, который тут же подхватил Лев. Похоже, Сара привыкла к речи Томаса, потому что следующую фразу разобрала без проблем:

— Замечательный вопрос!

— Не понимаю, почему учительница не сказала, что картинка всего лишь плод фантазии художника, а не документ?

Образ миссис Дагдейл с годами потускнел, и Саре вспоминалась лишь

ее неиссякаемая бодрость.

— Наверное, она сказала: «Господь так веру испытывает».

— Ага… — задумчиво протянул Лев. — Как еще ученый может относиться к религии? Только с презрением…

— Прошу прощения, — пробормотала доктор Линтон. Она пришла сюда вовсе не для того, чтобы оскорблять.

— «Религия без науки слепа», — процитировал Уорд.

— Боюсь, вы забыли первую часть цитаты… Эйнштейн говорил: «Наука без религии хрома».

Лев удивленно вскинул брови.

Не в силах прикусить свой бойкий язычок, доктор Линтон продолжила:

— А еще он говорил: искать нужно истину, а не то, что мы ею считаем.

— Все теории по природе своей — неподтвержденные идеи!

Томас засмеялся, явно наслаждаясь происходящим, а Сара смутилась. Боже, зачем она бахвалится, да еще на людях?!

— Какое интересное противопоставление, правда?

— Да, пожалуй… — пролепетала доктор Линтон. Неразумно затевать философский спор с человеком на глазах у его семьи. Тем более находясь в церкви, которую отец этого человека наверняка построил своими руками… А еще следует соблюдать осторожность, потому что сюда ходит Тесса!

А вот Лев, судя по всему, вошел в раж:

— Яйцо или курица? Бог создал человека или человек — Бога?

Не желая втягиваться в спор, Сара сказала то, что, по ее мнению, хотели услышать Уорды:

— Религия очень важна для всего общества.

— Да, да, — закивал Лев, но Сара не знала, действительно ли он с ней согласен или просто дразнит.

— Религия — мощная связующая сила, которая создает группы, семьи, целые сообщества с одними целями и ценностями. Причем все подобные объединения оказываются долговечнее тех, что не связаны верой. Их члены передают определенные моральные установки детям, те — своим, и так далее…

— Эдакий религиозный ген, — подсказал Уорд.

— Да, пожалуй, — согласилась Сара, жалея, что позволила втянуть себя в спор.

— Уважаемая, — с неожиданной злостью вмешался Коул Коннолли, — вы либо славите имя Господа, либо нет!

Доктор Линтон покраснела до кончиков ушей.

— Либо веруете, либо нет! — не унимался десятник и, схватив лежавшую на столе Библию, закричал еще громче: — Мне жаль неверных, потому что им уготована геенна огненная!

— Аминь! — пробормотала Мэри. Перепуганная Сара не сводила глаз с Коннолли. В долю секунду он превратился в опасного типа, о котором рассказывал Джеффри. Так, нужно срочно его успокоить.

— Извините, если я некорректно выразилась…

— Да ладно тебе, Коул! — перебил Лев так небрежно, будто считал Коннолли беззубым, не годным к драке тигром. — Мы же шутим.

— С религией не шутят, — возразил десятник, разозлившись так, что на шее вздулись вены. — А вы, уважаемая, с чужими судьбами не играйте! Мы здесь о спасении говорим! О жизни и смерти!