Без веры
Шрифт:
— Сара… — Толливер коснулся ее плеча, но Сара вырвалась. Тогда Джеффри спустился чуть ниже и встал на пути, вынуждая на него взглянуть. — Ну, что происходит?
— Кто это?
— В смысле?
— Кто она? — уточнила Сара. — Ну же, Джеффри! Та же красотка, что и в прошлый раз?
Доктор Линтон так стиснула зубы, что заболела челюсть. Все сходится: рассеянный вид, виноватый тон, отчужденность. У Толливера каждый вечер находились отговорки, чтобы не остаться у нее: переезд, запарка на работе, чертова кухня, которая прождала ремонта добрых
— С кем ты спутался на этот раз? — без обиняков потребовала Сара.
Толливер отступил на шаг, в глазах читались смущение и замешательство.
— Так ты считаешь…
Глаза наполнились слезами, и Сара закрыла лицо ладонями. Нет, сейчас не рыдать нужно, а шею ему свернуть!
— Боже! — прошипела она. — Горбатого могила исправит!
— Как ты могла такое подумать? — спросил инспектор. Голос расстроенный, будто его оклеветали.
Сара открыла лицо: пусть смотрит, если нравится!
— Окажи одну услугу, ладно? Не лги мне на этот раз, не смей лгать!
— Я не лгу! — настаивал он, злясь не меньше, чем бывшая супруга. Разъяренный тон подействовал бы, не используй он его в тот, первый, раз. — Сара…
— Не смей ко мне прикасаться! — прошипела она, стремительно шагая к озеру. — Поразительно… Какая же я дура!
— Я не изменяю тебе! — бросился следом Джеффри. — Выслушай, ладно? — Он встал перед ней, не давая пройти. — Я не обманываю!
Сара остановилась, искренне желая ему поверить.
— Не смотри на меня так! — попросил Джеффри.
— А как еще на тебя смотреть?
Толливер вздохнул так, будто на грудь ему давило что-то тяжелое. Для клянущегося в невинности вид у него был слишком виноватый.
— Я пойду домой, — заявила Сара, но, заглянув в синие глаза, увидела нечто заставившее остановиться.
Джеффри заговорил так тихо, что его почти не было слышно.
— Возможно, я болен.
— Болен? — перепугалась женщина. — Чем?
Отступив на несколько шагов, Толливер присел на скалу и опустил плечи. Теперь уже Сара направилась за ним.
— Джеф! — позвала она, устраиваясь рядом. — В чем дело? — На глаза снова навернулись слезы, только сердце стучало не от злости, а от страха.
Доктор Линтон приготовилась к самому худшему, однако ответ Толливера стал для нее настоящим шоком.
— Джо звонила.
Присев на корточки, доктор Линтон апатично разглядывала свои ладони. В старшей школе Джолен Картер обладала всем, о чем Сара только мечтала: непринужденной грацией, соблазнительными округлостями, тонкой талией, восхищенным вниманием самых красивых парней. Она была президентом класса, королевой красоты, капитаном группы поддержки. Длинные белокурые волосы, голубые глаза, а на правой щеке — родинка, придававшая ангельскому личику томную экзотичность. Даже разменяв четвертый десяток, мисс Картер сохранила великолепную фигуру. Это Сара знала не понаслышке, потому что пять лет назад, вернувшись домой чуть раньше обычного, обнаружила
— У нее гепатит, — прошелестел Джеффри.
Окажись у нее побольше сил, доктор Линтон бы расхохоталась, а так лишь смогла выдавить:
— Какого типа?
— Самого опасного.
— «Самых опасных» как минимум два, — удивляясь собственному хладнокровию, отозвалась Сара.
— После того случая между нами ничего не было, и ты прекрасно это знаешь.
Несколько секунд женщина буравила его усталым взглядом, разрываясь между желанием сбежать и выяснить подробности.
— Когда она звонила?
— На прошлой неделе.
— На прошлой неделе, — эхом отозвалась Сара и, набрав в легкие побольше воздуха, спросила: — В какой день?
— Не помню. В самом начале.
— В понедельник или во вторник?
— Да какая разница?
— Какая разница? — не веря собственным ушам, повторила Сара. — Я же педиатр, Джеффри! Ежедневно делаю детям, даже грудным, уколы, беру у них кровь, касаюсь ран и царапин. Существуют определенные меры предосторожности и самые разные… — Доктор Линтон не договорила, думая, скольких малышей обследовала, попыталась вспомнить каждый укол, каждую пункцию. Могла ли она кого-нибудь заразить? Иголками Сара царапалась постоянно… Так что болеть она не имела права. Слишком велика опасность…
— Вчера я был у Хэра, — заявил Джеффри таким тоном, будто посещение доктора через неделю после звонка Джо его оправдывало.
Сара плотно сжала губы, пытаясь сформулировать правильный вопрос. Она страшно переживала за маленьких пациентов, но вся суть проблемы дошла до нее не сразу. Возможно, она тоже больна. Вероятно, у нее хронический, даже смертельный, недуг, переданный Джеффри.
Сара нервно сглотнула: говорить мешал сжавший горло спазм.
— Он понял, что анализ срочный?
— Не знаю.
— Не знаешь, — скорее подтвердила, чем переспросила Сара.
Подобно большинству мужчин, к собственному здоровью Джеффри относился с непростительным пренебрежением. О ремонте любимой машины Толливер беспокоился гораздо больше и думал чаще, чем о состоянии своего организма. Сара представила, как он с постным лицом сидит в офисе Хэра и думает о том, как бы поскорее уйти.
— Он тебя осмотрел? — спросила она вставая. Нужно пройтись.
— Да, и никаких симптомов не обнаружил.
— Сходи к другому доктору.
— Чем тебя не устраивает Хэр?
— Ну, он… — Подходящих слов не нашлось, голова просто отказывалась работать.
— Конечно, Хэр — твой безбашенный двоюродный братец, но это не мешает ему быть хорошим доктором.
— Он мне ничего не сказал, — отозвалась Сара, чувствуя себя дважды преданной.
— Потому что я попросил, — с опаской поднял глаза Джеффри.
— Конечно, разве ты мог иначе?! — пробормотала Сара, если не рассерженная, то неприятно удивленная. — А почему ты мне не сказал? Почему не взял с собой, чтобы помогла все объяснить?