Без вариантов
Шрифт:
Ошарашенный Журбин-Хорн сидел за измазанной стеной в позе спринтера, берущего низкий старт, и расширившимися от ужаса глазами наблюдал, как труба «геликона» медленно поворачивается к сараю на подворье Кукушкиных… Арсений-подполковник заорал:
— Ныряйте за преграду!!! Вас пропустят!!!
О том, что раструб выплюнул невидимый снаряд или какую-то поражающую волну напарники догадались, когда возле штакетника Кукушкиных зависла в воздухе еще одна кровавая клякса! Ополовиненная, не такая, как останки Кристофера и его коллеги.
Арсений-Миранда вскочил и побежал
Уже огибая заснеженный огород, увидел, что за углом сарая копошатся несколько мужских фигур. Агенты боялись встать, ползком подтаскивали к сараю окровавленный обрубок — торс, руки, голова. Все, что осталось от агента, не успевшего попасть в охранную зону портала.
Выжившие — два агента и один клон, держались неплохо. Когда островитяне повели замерзших мужиков в дом Кукушкиных, один из них, назвавшийся Джимми Смитом, даже пошутил:
— Н-да, Хорн, получили бы мы возможность физической телепортации, валялись бы нынче в сугробах при термокостюмах и в ус не дули. Чего-нибудь горяченького попить найдется?..
В доме было все еще тепло. Тамара закрыла окно в спаленке Катерина и забила подушкой в дыру в стекле. Арсений-Миранда, переговариваясь со спасенными агентами, переложил мертвого Тимофея с пола на кровать.
— Парни, что это за квадратная штуковину по вам пульнула? — интересовалась подполковник у Смита, греющего руки на чайной чашке. — Я давно не была в Центре, наши умники опять что-то новенькое изобрели?
Джимми, бывший главным в выжившей группе, насупился:
— Я о подобной разработке даже не слышал. И в любом случае, наши не могли ее сюда материально перебросить. Мы с вами еще только договариваемся.
— А Платон погибнет лишь в июле…, - негромко и задумчиво пробормотала Хорн.
— Платон погиб? — оживился Смит и выразительно поглядел на коллегу Кеико Ямамото, выглядевшего стопроцентным рязанским увальнем. — Давно?!
— В июле этого года, — чуть громче подтвердила подполковник, ради общения с коллегами бывшая альфой тела Журбина.
— Это точно?!
— Абсолютно. Взорвался на моих глазах. Без вариантов. Мы соблюдали параграф «Здесь и Сейчас».
Смит закрыл ладонями, сложенными лодочкой, нос и губы, закачался взад-вперед, забормотал под пальцами:
— Боже мой, боже мой, неужели все закончилось… Неужели все закончилось?!
Ямамото обессиленно закрыл глаза и кажется тоже стал молиться.
Безразличный клон доедал второй пирог с капустой. Эти пироги Тимоха так любил!..
Журбин-Хорн почувствовал что до его лодыжки дотронулась мягкая кошачья лапа, опустил глаза на сидящего возле его ног Василия-Жюли. Кот многозначительно стрельнул глазами на входную дверь.
Арсений догадался, что профессор просит его выйти и закрыться, так как рядом телепат-изделие закусывал. Напарники вышли на крыльцо и Журбин накрыл себя и Василия-Жюли коконом ментальной неприкосновенности. От «ученого кота» поплыли образы…
Красивая и стройная брюнетка стягивает с себя нечто похожее на вторую кожу… Становится пухленькой и рыхлой, ее волосы взвивает вихрь… Картинку порнографического фильма
Трансляцию Жюли прервал потрясенный голос Миранды:
— Ты хочешь сказать… это было не кино?!?!
Кот склонил голову в серьезном кивке.
— Боже мой, Жюли…, подружка, я — дура!!!
«Кот ученый» фыркнул и отправил напарникам образ стройной длинноногой дамочки с плоским животом: непосредственно Миранду Хорн. Как будто показал — куда тебе, худышке, нас пухленьких понять! А нас ведь тоже — любят. И таких как есть.
То что Миранда приняла за фрагмент порнографического фильма было реальностью. Агент вспоминал свою жену. Он любил ее такой, как есть — со складками и ямочками. И вспоминал.
То что было для поджарой стройной агентессы нонсенсом, для Жюли Капустиной являлось — нормой. Муж любит свою жену и грезит о толстушке на задании.
— Ты хочешь сказать они пришли из НАШЕГО будущего?!!
Василий-Жюли вновь мотнул ушастой головой.
Арсений знал, что в будущем запретили давно придуманные препараты для похудания, поскольку получившие возможность ЖРАТЬ люди стали бесконтрольно ОБЖИРАТЬСЯ. И это чуть не довело планету до голодных бунтов. Богатые страны скупали провизию для бесконечно жующих граждан и довели страны третьего мира до откровенного голода…
Но человеческая мысль не дремлет. После ликвидации подпольной торговли препаратами, умники начали думать, как обойти закон и дать возможность людям: ну хоть немного, хоть чуть-чуть, продолжить ОБЖИРАТЬСЯ!
Двенадцать часов назад толстушечка Жюли Капустина увидела, итог сих размышлений — утягивающий костюм, похожий на человеческую кожу, видимо, полностью гигроскопичный и удобный, закрывающий тело от подбородка до пяток.
…«Если они пришли из нашего будущего, тогда все становится понятным, — быстро бормотала подполковник. — Будущее для наших современников — закрыто. Потомки нас не п у с к а ю т, блокируют все научные разработки в этом направлении и заставляют придерживаться строгой временной шкалы… Чем-то мы их, видите ли, не устраиваем, видимо — недоросли морально и этически…»
«Ага, сейчас! — перебил пришелицу Журбин. — Видел я как действуют твои этичные потомки!.. Бомбами швыряются, стреляют без предупреждения!»
«А ты бы не стрелял по тем, кто угрожает твоей хроно-популяции?! Помолчи, пожалуйста, Журбин, на диспут о моральных принципах нет времени. И так, я продолжаю. Вероятно, у потомков тоже есть ограничение на использование в прошлом агрегатов из их времени… И то, что этот «геликон» все же появился на поляне говорит о том… что нас уже н е в ы п у с т я т ж и в ы м и, братцы. Потомки не оставят свидетелей применения устройства будущих времен».