Без вариантов
Шрифт:
«Обаньки! — мысленно воскликнул Журбин и продолжил уже вслух:
— И этот у нас тоже телепат!
Миранда прочистила горло носителя легким покашливанием и, с недоумением в голосе, ответила хрипловатым басом:
— Еще какой, друзья…, еще какой… Если применять десятибалльную шкалу, то ты, Журбин, чуть-чуть не дотягиваешься до девятки. А этот же почти на десять тянет… Абсолют.
Рядом с Арсением вздыбил шерсть и зашипел Василий-Жюли. Миранда, ставшая мужчиной, поглядела на кота и грустно усмехнулась:
— Поняла, чем пахнет, дорогая?
Кот загудел, забил хвостом по полосатым бокам…
Журбин нетерпеливо притопнул ногой:
— О чем вы говорите, черт возьми?!
— Погоди, — покачала головой Миранда. — Я хочу убедиться, быть полностью уверенной. Через полторы
— Ну… да. А ты уверена?
— А ты попробуй.
Диверсантка отошла к поляне. Закрыла глаза и немного постояла чуть ворочая шеей и потряхивая плечами, расслабляя мышцы доставшегося ей тела…
Арсений понимал, чего добивается наставница. Она попала в тело, полностью лишенное признаков самоидентификации, Журбин легонько прогулялся по «размороженному» мозгу и не встретил там даже отпечатавшихся на подкорке визуальных образов. В голове стрелка царил абсолютный штиль без малейших признаков волнения памяти. Сейчас Миранда работала на уровне мышечной памяти, стараясь по привычным телу реакциям выдавить из него хоть какую-то информацию. Сродниться с доставшимся ей организмом и заставить его действовать на уровне автоматизма.
Веки стрелка затрепетали… Глаза раскрылись…
Журбин ринулся в атаку!..
И не умер только потому, что Миранда в последний момент остановила рубящий удар ребра ладони, который должен был проломить затылочную кость Арсения.
По сути дела, парень и приблизится-то толком не успел. Хотя и делал все, как его учила диверсантка: удар нанес и блок поставил, нырнул под выброшенную противником руку и…, кажется, ушел из зоны поражения.
Но это только показалось. Не ушел. А улетел, увлекаемый незаметным для глаза движением противника. Удар Миранды прошел уже ему в затылок, как завершение, итог секундной схватки.
Глубоко сгибая локти и опираясь ладонями о землю, Журбин сидел на земле. Понимал — его только что «убили», и ошарашенно хлопал ресницами. Во взгляде парня перемешались смущение, досада, подозрение — Миранда, ты меня плохо обучила и не все приемы показала! сверкала толика чисто мальчишеской обиды: «И это — ВСЕ?!.. А как же, типа, кулаками помахать?!»
Подполковник глядела сверху вниз:
— Знаешь, Сеня, в чем разница между мной и этим парнем? — выставленный из кулака большой палец уткнулся в грудь носителя. — Меня учили — биться. Причем натаскивали преимущественно на борьбу в теле носителей. А этот парень б и т ь с я, можно сказать, и не умеет, его учили сразу у б и в а т ь. Без проверки противника боем, в своем физическом теле, на поле современности. Мы с тобой сойдемся в рукопашной и будем ручонками-ножонками изобретательно сучить, его, — диверсантка снова ткнула в грудину доставшегося ей мужчины, — учили, по сути дела, нескольким ударам, но довели их до полного автоматизма, до рефлексий. И все эти удары нацелены на достижение конечного результата: на смерть противника. А это совсем другая методика обучения и ведения боя, Журбин. Этот парень — ликвидатор. Причем, Жюли может подтвердить, такие парни в нашем времени не имеют к хроно-департаменту ни малейшего отношения. Это — элита, Сеня. Спецподразделение, подчиненное лично президенту, упрощенно говоря: контрразведка контрразведки, спецназ, охрана ключевых объектов исключительно нашей современности. Они не путешествуют по временам, их учили биться не так как нас — через носителей, а в полном физическом соответствии. Кстати, этих волкодавов, Сеня, тем не менее набирают из наиболее сильных телепатов и талантливых рекрутов интерната хроно-департамента.
— Господи, — пробормотал Журбин. — А чего они здесь-то забыли?! Их поле деятельности — ваша современность, прямой физический контакт и устранение! Чего им от предков-то понадобилось?!
— А пес его знает, — с неожиданной лихостью хмыкнула Миранда. — Может действия департамента признали неэффективными и структуру расформировали. Может… А черт его знает, что это может быть! Но побывать в таком паршивце — занимательная практика, Журбин. Всегда мечтала… Элита, знаешь ли…
— С ума сошла, — понимаясь на ноги и отряхиваясь, проворчал
Арсений с мольбой глядел в желтые кошачьи глаза. Знал, что Жюли может не ответить, поскольку так как и Миранда перед отправкой в прошлое давала подписку о неразглашении реалий будущего, в противном случае профессор может не вернуться к своим детям!..
Но Василий-Жюли ударил лапой под подбородок и дал сигнал на перемещение в Арсения, освобожденного от добавочного интеллекта диверсантки.
«Мой друг, — едва телепортировавшись в парня, заговорила ученая, — мне тяжело представить, что мои современники решились на столь кардинальные меры. Но иного объяснения я просто не нахожу, поскольку предполагаю, что вместе с вами на этой поляне расстреляли бы и меня. Да, до отправки в это время со мной подписали весьма существенный контракт, меня обязаны вернуть в свое тело на день хроно-телепортации, в случае не исполнения договоренности моя семья имеет право предъявить государству требование весьма весомой финансовой оплаты ущерба… Но как ни горько признавать, мой друг, Миранда — права. Наши современники получили возможность проникать физически сквозь время — два элитных бойца из спецподразделения тому свидетельство — и посчитали информацию стоящей нашей ликвидации».
— То есть… департамент уже расформирован? За нас взялось правительство?
«Мне кажется, иначе этого не объяснить».
— И что теперь?
— Ответ набил оскомину, Журбин, — вступила диверсантка. — Но все-таки скажу опять — без вариантов, Сеня. Теперь уж точно. ОНИ нашли способ путешествовать по временам физически, думаю параграф «Здесь и Сейчас» потерял актуальность. Они нас задавят по любому.
— Чепуха! — Журбин вскочил с бревна. — Если бы параграф потерял актуальность, нас с вами здесь попросту бы не было! Нас з а д а в и л и бы еще на Острове! А тут, — Арсений оглядел поляну, — у нас получилось не просто уцелеть, но еще и полетевшую по их приказу бомбу «приморозить»!
Миранда помолчала и тихо-тихо выговорила:
— А ты уверен, что мы отсюда выйдем? Что не «залипнем» навсегда в ловушке безвременья?
— Уверен. В противном случае, нас не стоило бы убивать. — Журбин пристально, тягуче посмотрел на мужчину с наставницей внутри: — Жюли, Миранда, если хотите, сегодня ночью мы разделимся. Я переправлю вас на Остров. Вы можете решать свои проблемы с департаментом, который еще существует в том апреле, так как ваши современники только-только узнали о существовании порталов. Надеюсь все еще можно исправить и как-то разрулить. Вам сотрут память о последних событиях и вернут в ваше время и тела… Я же отправлюсь в Санкт-Петербург. У меня еще есть там дела. Мне нужно вернуть тело моей девушки. И забрать маму от Извекова.
— Красавец, — вздохнула Миранда. — А об отце, Завьяловых, ты подумал?
— Завьяловы? — переспросил Арсений. — Да я в первую очередь о них и думаю! Завязавшаяся драка, ты сама сказала, уже не имеет к хроно-личностям ни малейшего отношения! Сейчас конкретно бьют по мне, Миранда! Если бы вместе со мной хотели уничтожить и семью Завьяловых, ваша чертова элита появилась бы уже на Острове! Для них, — Арсений вытянул указательный в грудь носителя Миранды, — теперь мы знаем в точности — расстояние и время уже не является физически непреодолимыми!