Шрифт:
У писателей, специализирующихся на альтернативной истории, попаданцах в другие миры, эпохи и в лично товарища Сталина – сотни, тысячи томов посвящены схожим ситуациям. Но "Красноярские хроники", интересны тем, что в момент переноса на небольшом участке собрались практически все политические активисты города Красноярска и его окрестностей, проводившие заседания штабов, посвящённые грядущим выборам в Законодательное Собрание края и Госдуму РФ.
В выходные из загазованного задыхающегося города (был объявлен "режим чёрного неба") кто на дачи, кто на озёра уехали большинство жителей Центрального и Железнодорожного районов, а студенческие общежития, сконцентрированные в злосчастном "треугольнике"
К тому же парой часов ранее силовики из МВД и ФСБ спешно рванули в аэропорт – освобождать заложников, захваченных то ли обкурившимися придурками, то ли реальными террористами, зато на "перекинувшейся" территории гордо высилась жемчужина "КрасЛага", печально знаменитая тюрьма "Белый лебедь", где точно также как и в окрестных домах в 02ч.58м. 24 июля 2016 года исчезло электричество. Резко, разом, навсегда…
Удивительные и поучительные приключения политиканов, уркаганов и простых обывателей в переброшенном Красноярске не должны бросить тень на почтенных политиков и простых избирателей, кого чаша сия (переноса и переброса) миновала.
Разумеется, все события и персонажи вымышленные, любые совпадения случайны…
Глава 1. Пробуждение теневого губернатора.
Теневой губернатор Красноярского края Александр Николаевич Потылицын проснулся рано. В шесть часов. От сушняка. Накануне, отправив супругу с внуками на дачу, известный красноярский политик вышел прогуляться по проспекту Мира, где и встретил своего давнего знакомого – православного активиста и бородача Юрия Цыбина, стоявшего на автобусной остановке 'Главпочтамт' и что-то объяснявшего десятку угрюмых парней, не по жаре обутых в берцы. Парни громко матерились и зло пинали здоровенные баулы.
Как пояснил трагическим шёпотом Юрий, ребята из Иркутской области и Бурятии вдоволь навоевались в ДНР и ЛНР и сейчас, не солоно хлебавши, возвращались на сибирские просторы. Денег едва хватило на плацкарт до Красноярска и завтра соратники с берегов Енисея, комплектовавшие в 2014 году Сибирский добровольческий полк, обещали подкинуть 'чутка' дензнаков единомышленникам на билеты. Разумеется, военкомы-добровольцы ночевать к себе перелётных 'диких гусей' не пригласили, вот бойцы и слонялись по центру Красноярска, таская в баулах заныканные стволы и гранаты и опасаясь ментополицаев. Впрочем, те к группе бородатых патриотов не подходили, издали определяя в них кавказских ваххабитов и предпочитая не связываться с отморозками.
Отзывчивый Потылицын, будучи кандидатом в депутаты Законодательного Собрания Красноярского края по одномандатному избирательному округу, расположенному в том числе и в исторической части города на Енисее, невероятно обрадовался такому количеству слушателей. Александр Николаевич представился теневым губернатором, указал на свою предвыборную листовку, им же час назад наклеенную на здании почтамта и пригласил защитников Русского мира в гости, гоня прочь практичную но недостойную настоящего сибиряка мысль, что при всём уважении к политику, тем более теневому губернатору огромного края, транзитные вояки проголосовать за него не смогут. Но дело было вечером, смеркалось и отказываться от ночлега иркутяне и буряты не стали. Тем более жил гостеприимный политик в паре сотен метров, только и остановились у ларька, дабы затариться, подготовиться к долгой и задушевной беседе.
Александр Николаевич тут же начал обзванивать знакомых журналистов и просто политических активистов, намекая на
Поутру, Потылицын, лавируя среди тел спящих на полу соратников-собутыльников, зашёл в ванную, мимоходом отметил отсутствие света, (воды в кране такоже не наблюдалось – ни холодной, ни горячей). Беззлобно матернув за отсутствие воды находящуюся по соседству с домом синагогу, теневой губернатор вышел на балкон. Взор политика привычно устремился на вершину Караульной горы, на часовню Параскевы Пятницы, дабы начать день с молитвы. Но рука Потылицына так и застыла в воздухе, не донеся щепоть до чела – часовни не было! Да и сама Караульная гора совсем не походила на Караульную. На месте часовни и смотровой площадки произрастали берёзки, склон оккупировал непроходимый кустарник, а дома частного сектора, вплотную подступающие к вершине – пропали. Пропала Покровка!
Через дорогу, на застеклённом балконе потерянно застыл сосед и главный конкурент Потылицына на выборах по одномандатному избирательному округу, действующий депутат Законодательного Собрания края, полковник полиции, единоросс Юрий Швыткин. Выборная суматоха не позволила народному избраннику вместе с семьёй выехать на речку Мана – где веселье, палатка, шашлык, чистый воздух, а не этот красноярский фирменный смог… Но Юрий Николаевич как человек ответственный до двух часов ночи просидел в своём штабе, принимая доклады от помощников, отметил небывалую активность команд своих основных соперников Глискова и Владимирова, и рухнул в постель в половине третьего… По старой армейской привычке Юрий Николаевич проснулся ровно без пяти шесть и вышел на балкон, полюбоваться на часовню Параскевы Пятницы…
Следует пояснить, – у красноярцев, проживающих в исторической части города, особым шиком считалось, когда с балкона можно наблюдать за полуденным выстрелом из гаубицы, установленной чуть пониже часовни. Квартиры с видом на Караульную гору ценились гораздо дороже, во всяком случае, проблем с их реализацией у маклеров никогда не возникало. А вот теперь – ни часовни, ни гаубицы, да и телефонная связь пропала… Потылицын лихорадочно но безуспешно пытался дозвониться Швыткину по мобильнику, благо у того и в правой и в левой руке телефоны наличествовали.
Отбросив бесполезную мобилу Потылицын, словно юнга Северного флота, засемафорил руками, обращая на себя внимание соседа. Почему то именно Швыткин, с которым теневой губернатор непримиримо конфликтовал третий десяток лет, в эти секунды (секунды осознания глобальной и непоправимой катастрофы случившейся с родным городом, с миром) был для политика и физика Потылицына якорем, удерживающим от сумасшествия. Очевидно, для полковника таким же якорем оказался и Потылицын – заметив рукомахания соседа, Швыткин вышел из ступора, кинул взгляд на один телефон, на второй, посмотрел ещё раз на Караульную гору и жестами предложил теневому губернатору встретиться на лавочке во дворе…
– Саша, что за херня творится, ты же учёный, кандидат физмат наук, – полковник неосознанно перешёл на дружеский доверительный тон, хотя они всегда с теневым губернатором общались сквозь зубы, но политкорректно: исключительно на Вы и непременно по имени отчеству. .
– Юра, сам не понимаю. Не может двоим мерещиться одно и тоже.
– Связи нет, ни хрена нет! Телефон проводной тоже не работает, я перед выходом проверил, – Швыткин вытянул руку в направлении стайки серых птиц, угнездившихся на разросшейся в глубине двора рябине, – рябчики по городу летают! С нами точно всё в порядке?