Без тебя

Заозерная Марта

Вот сейчас я, не удержавшись, купил журнал, но читать так и не стал. Не думаю, что правду там можно сыскать. Разглядывал её на обложке и снова думал, отчего всё настолько-то хреново сложилось?!

Опять пустота. Она со всей силы бьет в голову.

Когда слушал Саф, запинающуюся, кишки скручивало в тугой узел. Собственно в том состоянии они и пробыли несколько месяцев после нашего разговора. Пока я старался переварить и осознать новую реальность. Ту реальность, в которой у меня должна появиться

дочка.

Дочка, которую я неизвестно когда увижу.

Хотелось понять её логику, да там и не вышло. В итоге пришлось просто принять.

Дни проходили как в тумане. Один за другим. В каком количестве не представляю. Чтобы не чокнуться, пришлось начать блокировать мысли по типу – «А если бы…». Они деструктивны. Живя прошлым, ты лишаешься будущего. Тысячи вариантов, перебирая которые ты просто время теряешь. Каждый из них несбыточен. Время назад не вернуть. Поступков своих не изменить.

Принять, сделать выводы и идти дальше.

И, тем не менее, я не могу до конца отпустить ситуацию. Да и как её отпустишь, если где-то есть маленький человек. Твой человек.

Когда я узнал о беременности Маши, чувства меня охватывали совершенно иные. Я был рад. Безгранично счастлив. С ней мне хотелось всего, несмотря на наш возраст тогдашний.

С Сафи всё вышло иначе. Вроде мы взрослее, умнее, без материальных проблем. Но оказались оба совершенно не готовы к такому повороту событий. Обоюдно решили запороть всячески наши отношения. Оправдания своим поступкам я не найду никогда. За это и будет расплата длиною в жизнь.

Встретив Машу, я с первых дней захотел с ней всё. Абсолютно. Принял её со всеми нюансами. Излишней скромностью и сдержанностью, наивностью и непосредственностью, страхами обидеть кого-либо. Никакое её качество не влияло на мои чувства. Влюбился в неё. В такую, как она есть. С первого взгляда. Дышать без неё не мог. Она стала всем. Хотел её всю до последней мурашки. До последней мысли.

А потом мы всё разрушили. Это легко сделать, когда знаешь болевые точки друг друга. С закрытыми глазами их находишь. Сжать побольнее сердце? Запросто.

Такие отношения кому-то раз в жизни даются. Кому-то вообще никогда. Но переболеть ими быстро – нереально.

С Саф же… Мы привлекли друг друга определенным набором качеств. Когда тебе с кем-то легко, уютно и интересно, это ещё не любовь. Бешеная страсть – не любовь. Сильная режущая эмоция. Она ураганом через мою жизнь прошла. После нее, как прежде уже не будет.

Какой вариант лучше? Не знаю. Оба хреновые.

Сафи из своего опыта сделала выводы и решения приняла. За нас обоих.

– От тебя? – Миха смотрит на журнал.

Странный вопрос, конечно. Ответ на него так и вовсе абсурдный. Кто в здравом уме

поверит в такое? Здравый смысл отчалил.

Молча киваю.

Он проходит к своему столу. Падает в кресло как подкошенный. Оно со скрипом к стене отъезжает.

– Я так и подумал. Ты хоть и не говорил, но это было понятно. Ходил сам не свой. Нормальный человек на работе не станет спать. Признайся честно, последние полгода ты дома не бывал же?!

Он, конечно, утрирует. Но в целом так и есть. Поняв, что скоро глупостей наделаю, проходя один круг ада за другим, я ушел в работу с головой.

Человеку необходимо реализоваться хотя бы в чем-то одном.

У нас полно коллег, максимально реализовавшихся в профессии, но с бездной в личной жизни. Пропасть под названием - одиночество.

Ты продуктивен, когда тебя дома никто не ждет. Можешь полностью работе отдаваться. Счастье ли это?

Возвращаясь домой, в пустую квартиру, я хожу по комнатам, словно за десяток часов, что меня не было, что-то могло измениться. Будто пространство само собой могло жизнью наполниться. Каждый раз конечной точкой комната родителей становится. В ней царит особенная атмосфера. Так я напоминаю себе, что у меня есть ещё дело не законченное.

Коллега откашливается, привлекает внимание.

– Не говори, что ты против такого расклада.

Наблюдаю за тем, как он из тумбочки вискарь достает. Смотрю на него вопросительно. Ещё два часа до конца официального рабочего дня.

– Успеет выветриться. Навряд ли ты раньше девяти домой соберешься.

Так и есть. Нечего мне дома делать.

Не сказать, что мы часто с ним практикуем распитие крепких алкогольных на работе, но не впервой.

Миха разливает виски по бокалам. Поднимается на ноги и, поднявшись, подходит ко мне.

Отдает мне одну порцию.

Мы с ним чокаемся.

Оставшись стоять рядом, он, прищурившись, разглядывает фотографию Сафии. Вопросов не задает. Но и так знаю, что ему может быть интересно.

О крошке Ижене из моих знают только Дима и Яра. Ну и их половинки, чтобы избежать неловких моментов.

Рассказал им уже после её рождения.

Я её не скрываю, но и повода хвастаться нет.

Маленькая девочка… Дочка… Которую я ни разу за пять месяцев не видел. Сомнительный повод для гордости.

– Я возьму… полистать, - не дожидаясь моего ответа, Миха берет с моего стола журнал и удаляется, благодарственно мне кивнув.