Без тебя
Шрифт:
– У нас ещё есть на плаву производства? – повсеместно печальная картина.
– Давай уже, выпускай наружу оптимистичную версию себя. Будешь чай? Кофе не предлагаю.
Сёма ненароком скользит взглядом по моей груди, прикрытой рубашкой и пиджаком, но всё равно смущается.
Господи. Сколько в нем всякой всячины припрятано. Он очень жесткий, напористый, бескомпромиссный, но так по-ребячески непосредственно радеть только он может.
–
– Пакетики, - приподнимает руку. В ней картонная коробочка с набором чайным.
– Подойдет, - можно подумать мы с ним не ели лапшу быстрого приготовления, закрывшись на обед в кабинете. – Даже за водой родниковой не бежать в магазин.
Сема снова оборачивается, но на этот раз кривится в гримасе забавной.
В своё время он был единственный, кто со мной общался нормально – по-человечески. Для остальных я была дочкой богатого и именитого папочки – одного из лучших адвокатов страны. Они ждали, когда я наиграюсь в работу и свалю на какой-нибудь дорогущий курорт, дыры в самооценке заштопывать. Оказалось – я прочнее, чем было заявлено в технических характеристиках.
– Мошенничество в особо крупных…, - спустя несколько минут усердных уговоров Сёма разрешает мне ознакомиться с материалами предстоящего уголовного дела.
Почему предстоящего? Если такой вопрос появляется в чьей-то светлой голове, значит, имеет место быть оторванность от реальности. Только в фильмах у нас дела быстро шьются. На деле следствие десятилетиями идет. Сбор доказательной базы на годы затягивается.
Схема незамысловата. На зятя сестры Сараевой Натальи Леонидовны зарегистрирована фирма. В подозрительно короткие сроки она заявляет возмещение НДС из бюджета. Порядка ста пятидесяти миллионов. Якобы планируют сельским хозяйством заниматься. Почему якобы? Земельные участки арендуются у сестры Сараевой и её сына. А на них вместо теплиц ржавую арматуру воткнули и сказали – остальное унесено ураганом. Дальше тяжбы с налоговой.
Всё настолько сыро, что наводит на мысли – люди почву готовят для чего-то грандиозного. Нужен прецедент. Суды у нас в стране по отлаженной схеме работают. Вернее их две. Первая: кто первый догадается, почему заседание на месяц переносится и судья сообщает, что в отпуск уходит, тот молодец. Второй (для всех не смекнувших): оттолкнуться от практики ближнего своего. Не просто так у нас стране столько обвинительных приговоров.
«Прости меня, Сёма. Я знаю, сколько ты пашешь, и что по итогу выходит, тоже знаю».
Считав мои мысли, Семка дополняет картину:
– Есть вариант, конечно, что Сараевы решили от нерадивого зятя избавиться, - смеется.
Это было бы очень изощренно! Но я знаю, что методы попроще в их семье используют. Внушение действует безотказно.
– Тебе бы не дали экономику, - не скажу, что меня озаряет, но предчувствие крупных неприятностей повисает в воздухе.
Сёма
– Боюсь пожалеть о том, что тебя впутываю. Но нужна твоя помощь. Подтянуть одного твоего знакомого из прошлого…, - на глазах мрачнеет.
Глава 8
Мария
Хлопнув дверью, выбегаю на улицу.
Внезапно меня охватывает гнетущее чувство одиночества. И разочарования. Почему все решили, что могут решить за меня? Никому невдомек: происходящее - мой собственный выбор.
Мама узнала, что я снова дизайном увлеклась и понеслось. Все эти упреки я слышала уже. Ничего не выйдет. Глупостями занимаешься. Нужна работа стабильная. Я всё это слышала. Только в прошлый раз объектом нравоучений Сережа был. Даже когда мама в мою жизнь вмешивалась, он был спасательной прослойкой. Весь удар на него приходился. Почему? Да потому что она не понимает, что я в состоянии сама за себя решения принимать.
Дело дрянь!
Обхожу дом и сажусь на небольшой кирпичный забор, ограждающий въезд в подземный гараж. Спиной к холодной колонне прижимаюсь.
Надо признать – принятые мной решения не так уж удачны, как мне в моменте казалось. Но они мои. Я специально оттолкнула от себя Сережу. Никто не заставлял меня выкладывать в сторис фотографии и видео с другим мужчиной. Я знаю своего мужа…бывшего. Знаю, что может глубоко задеть его и разочаровать. Я понимала, какие будут последствия. Но оказалась к ним не готова.
Такая же история с Сафи. Десятки её оставленных сообщений на автоответчик. Сообщений в мессенджерах в несколько раз больше.
Я не хотела с ними общаться. Не хотела, чтобы они правду знали.
«Любя нужно отпускать» - эта фраза крутилась в моей голове, каждый раз, когда я обижала их игнорируя.
Что я на деле имею?! Ежедневные мысли о том, что бы было, расскажи я хоть кому-то правду. Мне так не хотелось в их глазах выглядеть никчемной, что я загнала себя в пропасть в попытке доказать себе что-то.
Вот она я самостоятельная. Приняла решение. Приложила усилие. Добилась желаемого результата – оттолкнула от себя любимых людей.
Что я чувствую сейчас? Наверное, это пустота.
Смогу ли я простить себя?
Проснуться бы сейчас и узнать, что это всего лишь сон.
Закрыв глаза, я вспоминаю, как перелазила через этот самый забор, что от меня в десятке метров. Он в высоту несколько метров. Было страшно. Но очень хотелось увидеть Сережу. Самым сложным было забраться на него, на обратной стороне Сережа ловил меня.
Мы всего несколько раз всего это проделывали. Однако вспоминаю я те мгновения на день по тысячи раз.