Без суда и следствия
Шрифт:
И даже не в справедливости дело. Она должна была убить Сомова, потому что он – ее судьба. И Таня – это тоже ее судьба, и мент Астафьев – тоже. Она добралась до Сомова, доберется и до этих подлецов... Она накажет их всех. Но сначала многоуважаемый Олег Михайлович. Знал бы он, кто ловит его тупую голову в перекрестие мощного оптического прицела...
Из открытых железных ворот зеленого цвета выехал черный джип. Но на улицу вырулить не смог – путь
Из джипов вытащили трех крепких ребят и молодую женщину в брючном костюме.
С парнями не церемонились. Да и с женщиной особо не миндальничали – единственно, что ее лицом в землю не ткнули и в позу «ку» возле машины ставить не стали. А так процедура задержания была соблюдена по всей форме.
Возможно, это были люди, никакого отношения не имеющие к бригаде киллеров. Но все сомнения разом отпали, когда в машине был обнаружен целый арсенал оружия. Пистолеты с глушителями, автоматы, патроны, ручные гранаты.
Задержанных по одному затащили в дом – работа началась. Кириллу досталась женщина, которую звали Линда.
Он долго смотрел на нее, морщил лоб.
– Где-то я вас видел, – будто вспоминая, сказал он.
Эта женщина чем-то напоминала Лию. Тот же холодный, змеиный взгляд...
Бандита Дорика убила бомжиха. Под нее мог косить и мужик. Но теперь Кирилл знал, что в авторитета стреляла женщина. Та самая, которая сидела перед ним...
– Мы в Чечне не встречались? – спросил он.
Линда держалась хорошо. Но все же взгляд выдал ее.
Аналогия с Чечней возникла из-за Лии Каленцевой. Та тоже была киллером и тоже была в Чечне. Возможно, и эта мадам убивала русских солдат рука об руку с Лией.
В ее голосе улавливается прибалтийский акцент. Может, и в самом деле она из «белых колготок»?
– Какая Чечня, о чем вы? – сделала она удивленный вид. – Вы сами, наверное, из Чечни. Оно и видно, что на людей как звери бросаетесь...
– Это вы на людей бросаетесь, – усмехнулся Кирилл. – «Мы – беженки из Чечни, подайте нам на пропитание!» Сергей Дориков вам не подал. И вы его за это застрелили...
– При чем здесь это? – презрительно хмыкнула она.
Мол, какой же ты придурок, если думаешь, что Дорика из-за его жадности убили...
Но не Кирилл был дураком. Эта Линда сама угодила в идиотскую ситуацию. Видно, еще не совсем отошла она от потрясения, не успела взять себя в руки – поэтому и проболталась.
– А за что Дорикова убили? – поймал ее на слове Кирилл.
– Какого Дорикова?
Линда осознала свою оплошность – взяла себя в руки, но было уже поздно. Слово, как известно, не воробей.
– А того самого, которого вы убили по заказу Барабы.
– Не знаю никакого Барабу.
– Очень даже может
– Не понимаю, о чем вы говорите?
– Да ладно, не понимаете... Линда, поймите, вы попали в очень скверную историю. Мы можем доказать, что ваша группа занималась проведением заказных убийств. На вашем счету убийство четырех бандитских авторитетов...
– Чушь какая-то.
– Это не чушь. Сейчас, одновременно с вами, допрашивают ваших подельников. Вы женщина, поэтому мы вас особо не обижаем. А чтобы расколоть ваших подельников, мы пойдем на самые жесткие меры... Поймите меня правильно, в расследовании этого дела заинтересованы очень серьезные криминальные структуры. У ваших сообщников могут быть очень большие неприятности. Они, конечно же, понимают это. Поэтому они во всем сознаются, чтобы облегчить свою участь... Сейчас между вами идет своего рода соревнование, кто быстрее расколется. Кто быстрее это сделает, тот получит снисхождение. А кто не успел, тот опоздал...
– Ничего не понимаю, какие подельники, какое снисхождение?
– Какое снисхождение?!. А все очень просто. Мы закроем глаза на ваше участие в убийстве Дорикова. Мы закроем глаза на все ваши прошлые грехи. И вы пойдете по делу в качестве свидетеля... Но это при условии, что вы чистосердечно во всем сознаетесь...
– Знаю я ваши ментовские штучки, – презрительно усмехнулась Линда.
– Это хорошо, что знаете, – ничуть не смутился Кирилл. – Значит, вам известно, какая участь ждет вас в тюрьме...
Интуиция подсказала интересный ход.
– Лия Каленцева рассказывала вам, как ее чуть не убили в изоляторе?
– В каком изоляторе?
– В женском изоляторе номер шесть... Да, там убивают. И вас могут убить. Я же говорю вам, что некие криминальные структуры имеют на вас большой зуб...
– Я ни в чем не виновата. За что меня сажать в изолятор? – занервничала Линда.
– Вас интересует этот вопрос? А меня интересует, почему вы не спросили, кто такая Лия Каленцева...
– Да? – спохватилась Линда. – А кто она такая?
– Как кто? Ваша сообщница...
– Нет... Нет, вы что-то путаете... – разволновалась она.
– Да нет, это вы путаете. Вернее, путаетесь в своих показаниях... Ладно, не хотите ничего говорить – не надо. Другие скажут... А вы уж не обессудьте...
В комнату на всех парах влетел Дима. Глаза сияют, рот до ушей.
– Кирилл, сигарету дай. Только быстрей, а то бежать надо.
– Куда?
– Да к своему... – Дима нагнулся к Кириллу и шепнул ему на ухо: – Представляешь, мой колоться начал. Такие расклады сдает...