Без суда и следствия
Шрифт:
Оксана Скворцова напоминала сейчас нахохлившуюся курицу-несушку, защищающую свой выводок.
– Нет, нет, он ничего не узнает, – поспешил заверить ее Кирилл. – А насчет суммы денег я сказать вам ничего не могу. Надо обговорить все с начальством... – Он поднялся со своего места. И как бы невзначай спросил: – Скажите, а разве вы не знаете, что Проклова убили?
– Проклова убили? – сначала автоматически переспросила она. И только затем до нее дошел весь смысл сказанного. – Убили Проклова?!
Удивление неподдельное. Тут два варианта –
– Да. Заказное убийство...
– Так ему, скоту, и надо! – Это была первая эмоция, за которой последовала другая, противоположная. – Ой, что это я такое говорю? Нельзя так говорить...
Она испуганно смотрела на Кирилла. Она боялась его. Боялась, что он осудит ее, как человек человека.
– Ну почему же нельзя? Можно. Если он в самом деле был подонком... – подыграл он.
– Да я не знаю, был он подонком или нет. Ну, со мной-то он по-скотски обошелся. Но ведь это не повод, чтобы его убивать...
– А вы думаете, что его убили из-за вас?
– Ну что вы! Я-то здесь при чем!.. Просто подумала...
– О чем вы подумали?
– Я имела в виду не себя. А всех женщин, с которыми он был... Послушайте, а почему вы цепляетесь за слова?
– Оксана Сергеевна, вы меня, конечно, извините, что я действую незаконно. Дело в том, что заказные убийства – это очень серьезно. Их расследование требует особого подхода... В общем, я ввел вас в заблуждение. Нет никакой компании «Мебель-Сигма». Зато есть отдел по расследованию заказных убийств, который я представляю. Капитан Астафьев, любить и жаловать не прошу. А прошу извинить за то, что ввел вас в заблуждение...
Какое-то время Скворцова ошеломленно смотрела на него. Затем расслабилась, простецки махнула рукой:
– Да ладно, чего уж там. Думаете, я не понимаю? А что, Проклова в самом деле убили?
Она не играла, поэтому не фальшивила. А может, это все-таки игра?
– Да. Позавчера утром.
– А я... Я здесь при чем?.. Неужели вы думаете, что это я?
– Оксана Сергеевна, что вы так разволновались?
– Я знаю, знаю, вы подозреваете меня...
– Почему вы так думаете? – удивленно посмотрел на нее Кирилл.
Если она так разволновалась, значит, есть чего бояться. Значит, что-то нечисто.
– Почему? Да потому...
– Это не ответ.
– Сама знаю, что не ответ... Дело в том, что мой муж... Мой муж в прошлом состоял в бандитской группировке...
– Это интересно.
– Я не должна была вам это говорить, – сокрушенно продолжала Оксана. – Но я скажу. Чтобы сразу расставить все точки над «i»... А потом, вы и сами все узнаете...
– Логично.
– Я знаю, что рано или поздно вы во всем обвините Савелия!.. Только он ни в чем не виноват, так и знайте. Он Проклова не убивал!
– А кто убивал?
– Откуда я знаю?.. Я знаю только, что мы с Савелием здесь ни при чем.
– Вы спешите оправдаться.
– Вот
Все правильно, есть вещи, о которых мужу знать нельзя. В логике Оксане не откажешь... А если это изощренная логика? Что, если Оксана пытается выкрутиться?
– Я вас очень хорошо понимаю, – кивнул Кирилл. – Но и вы меня поймите. Мы занимаемся расследованием заказного убийства. И должны отработать все версии... Вы говорите, что у вашего мужа криминальное прошлое. Расскажите мне об этом...
О прошлом своего мужа Оксана знала мало, и все в общих чертах. Это естественно. Нужно быть полным идиотом, чтобы посвящать жену в подробности бандитских дел.
Заслуживало внимания то обстоятельство, что Савелий по своему желанию сошел с бандитской тропы. Как с ним после этого поступили – это уже частности. Хотя последствия этого безобразия он и его жена будут расхлебывать долго, возможно, до конца своих дней...
Кирилл верил Оксане. Но на заметку ее все же взял. Доверяй, но проверяй – непреложный принцип ментовской работы. Можно не доверять, но не проверять нельзя...
Юра Смоляев был чем-то взбудоражен. Глаза блестят, как у собаки, держащей в зубах сахарную кость.
– Знаешь, кто муж у нашей Оксаны? – спросил он у Кирилла.
– Знаю. Савва Скворец, в прошлом активный член группировки Коли Когалымского. Ныне бандит в отставке. К тому же больной человек. Постоянные головные боли. Как их там, гипертензивные...
– Ага, он сам как головная боль. Ты знаешь, чем он у Коли занимался? Похоже, заказными убийствами... Возможно, он профи по этой части, понял?
– Откуда такая информация?
– Ну, источник не очень надежный. Но выводы делать можно... Да ты сам подумай, этот скот Проклов трахал Оксану, трахал, а потом раз – и уволил. Представь, какой всплеск чувств. А дома муж. Что случилось, спрашивает. А она – так, мол, и так. И все, приговор Проклову подписан. Савва берет ствол – и на дело. Ну и жена с ним. Вспомни, кто был за рулем оранжевых «Жигулей»?
– В принципе все сходится. Только срастется ли?..
– Будем работать. Выясним... Надо брать разрешение на обыск.
– Обыскать квартиру Скворцова? И что это даст? Неужели ты надеешься найти ствол?
– А чем черт не шутит?.. А потом, что ты предлагаешь? Взять Скворцова в разработку, приставить к нему наружку? И что это даст? А ничего не даст. Он же ни с кем не связан. Он сам по себе. И Проклова уже забыл...
– Вопросов нет, разработка ничего не даст... Обыск так обыск...
К Скворцовым они нагрянули с ордером на обыск. Их встретила Оксана. Она смотрела на Кирилла без удивления, но с упреком. «Знала, что придете», – читалось в ее глазах. Она знала. И муж знал. Значит, ствол искать бесполезно.