Без правил

Леонард Элмор Джон

Нет, не может этого быть! Миссис Лайонс – такая лапочка, а Билл Мартин – настоящий разбойник с большой дороги. Голос зычный и вообще мордоворот. Вот если бы Кей Лайонс состояла в интимных отношениях с мистером Бэйлором – тогда другое дело. Шериф – сплошное благородство! А этот... Ну его!

Лоуэлл Холбрук обладал тем складом ума, при котором жизнь воспринимается как некий установленный порядок, где все расписано и рассчитано заранее и за каждым поступком следует либо вознаграждение, либо наказание.

Если

делаешь то, что надо, тебе хорошо, а не делаешь – тебе плохо.

Так называемые злые люди несут справедливое возмездие, так называемые добрые – получают достойную награду.

Вообще-то, если подумать, дело тут было не в складе ума, а в воспитании. Лоуэлл так часто слышал эти высказывания от своих родных, что в конце концов в это поверил.

Стрелки наручных часов Лоуэлла показывали полдень. Он был в самом благодушном настроении и ощущал себя как нельзя лучше. А что, если Билл Мартин задаст ему трепку? Нет, не может этого быть! Шериф Бэйлор наверняка знает, что ничего такого не случится.

Однако, выехав из города и проехав километров четырнадцать по шоссе до съезда на проселочную дорогу, Лоуэлл занервничал.

Скоро, совсем скоро он подкатит к дому Билла Мартина. Беспокоиться, конечно, не о чем, иначе мистер Бэйлор не доверил бы ему важное поручение.

Но все же во рту у Лоуэлла пересохло!

Он то и дело облизывал губы и вытирал их тыльной стороной ладони.

"Мистер Мартин, – повторял он про себя время от времени, – шериф Бэйлор просил передать, что вечером он с понятыми наведается к вам с ревизией". Вроде ничего получается. Ладно, в случае чего найдет что сказать!

Узкая дорога, раскисшая от весенних дождей, взбиралась вверх по дну лощины. Держаться колеи и не завязнуть в грязи было непросто.

Вдруг из зарослей на обочине дороги выскочили две английские поратые гончие и с громким лаем понеслись прямо рядом с колесами. Не хватает только задавить псину Билла Мартина! Хоть бы эти псы на минуту заткнулись! Просто голова кругом. Того и гляди угодишь в кювет...

Километра три гончие бежали рядом – одна сбоку, другая прямо перед машиной. Они отстали, когда Лоуэлл выехал на поляну, где находилась усадьба.

У правого склона холма стоял двухэтажный дом. Побитый непогодой, он был на сваях, так что высоченное крыльцо с той стороны, откуда подъехал Лоуэлл, насчитывало дюжину ступеней.

За домом виднелся хлев, кое-какие хозяйственные постройки и сарай, возле которого стоял пикап Билла Мартина. А где же самогонный аппарат? Из трубы идет дымок... Неужели он гонит бурбон на кухне?

За вырубкой и выгоном бугрились холмы, поросшие низкорослым кустарником кальмии. Испещренные оврагами с крутыми склонами, они как бы ластились к синим небесам без единого облачка.

Чуть поодаль, среди деревьев, просматривалась крыша какого-то строения. На высоком травянистом

склоне ближнего холма там и сям торчали зазубренные глыбы песчаника. Извилистые канавы, напоминавшие пересохшие русла речушек, вызывали в памяти события бурного половодья.

Лоуэлл наконец подъехал к крыльцу, на котором возвышался Билл Мартин. Он даже со ступенек не спустился. Стоял, сунув руки в карманы брюк, и слегка покачивался.

Лоуэлл вышел из машины, захлопнул дверцу и зашагал к дому.

Он остановился метрах в трех от ступенек крыльца.

– Шериф велел передать, что сегодня вечером они к вам наведаются, – сказал он с расстановкой.

Билл Мартин прищурился. Широкоплечий, ширококостный, лет сорока, со строгим, смуглым от загара лицом, с коротко подстриженными черными как смоль волосами, он был в армейской рубашке цвета хаки. Солдатская выправка явно угадывалась во всем его облике.

Было что-то жесткое и непреклонное в большом рте с нависшей верхней губой, в квадратной челюсти, придававшей лицу – прямо-таки рельефной карте, на которой немалый жизненный опыт оставил свои вмятины и отметины, – холодное, безжалостное выражение.

– Ждите вечером гостей! – повторил Лоуэлл Холбрук.

Билл Мартин повернулся вполоборота к входным дверям. Лоуэлл отметил про себя, что у него из заднего кармана брюк торчит рукоять "смит-и-вессона", револьвера калибра 9, 65 мм, состоявшего на вооружении в армии и полиции.

За дверью, затянутой сеткой, угадывались очертания фигуры еще одного человека.

Должно быть, негр Эрон, работник Билли Мартина, решил Лоуэлл. Ребята говорили, что на ферме, кроме собак, мулов и черномазого, никого нет.

– Так и думал, что нынче наш черед, – раздалось из-за двери.

Билл Мартин покосился на Лоуэлла и спросил:

– Тебя кто прислал?

– Мистер Бэйлор, – ответил Лоуэлл, стараясь говорить самым внушительным тоном.

– Разговор обо мне происходил у него в офисе?

– Да, сэр, у него в офисе, – кивнул Лоуэлл.

– Спроси у него, был там кто еще! – донесся голос Эрона.

– Никого не было, – отозвался Лоуэлл. – Только мистер Бэйлор и я.

– Ты в отеле служишь, – сказал Билл Мартин, и эта фраза прозвучала не как вопрос, а как утверждение.

Лоуэлл помедлил с ответом. Похоже, этот Билл Мартин обращал на него внимание, раз ему известно, где он работает.

– Да, сэр, по вечерам, – сказал он после паузы.

– Тебя, по-моему, зовут Лайл?

– Нет, сэр, Лоуэлл. Лоуэлл Холбрук-младший.

– Лайла – твоя сестра?

– Да, сэр. Сестра. Она официантка в ресторане при отеле.

Встречать Билла Мартина в ресторане ему не доводилось. Как правило, Билл появляется в холле и беседует с миссис Лайонс. Но он определенно в курсе всего, что происходит у них в "Камберленде". Это точно!