Без оглядки
Шрифт:
— Ой, мам, даже не спрашивай.
— Ну а тут вообще тебе и башня с дьяволом, и дурак. Посмотри, что творится?
— Мам, ну что смотреть-то? Картинки, они и есть картинки.
— Все рухнет и очень быстро из-за его неправильного образа жизни. И с Верой что-то тут непонятное. Смотри, пятерка жезлов. Потеряет он её. И страдать будет. Очень.
Лика потянулась к шкафчику за печеньем. Она хоть и посмеивалась над матерью, но помнила, что когда мать гадала, то все всегда сбывалось.
— А ты на эту Веру
Лидия по новой разложила карты.
— Ничего хорошего я тут тоже не вижу. За что же им так, моим деткам? — Запричитала женщина.
— Вообще-то, одна из твоих деток — это я.
— Ну вот. У нашей Верочки нестабильность, слишком она уж позитивная. Ей бы к реальности поближе. Это у неё здесь двойка мечей. Как слепой котёнок прям. А вот и пятерка динар — работать будет много и тяжело. Как бы я хотела ей помочь… А здесь беда одна: четверка чаш — горечь, разочарование и тройка мечей. Эх. Разбитое сердце. Это что ж, Сашка наш… Да нет, его карты говорят, что тоже страдать будет.
Лика закусила губу. Наверное, действительно должно что-то случиться.
— Ладно, мам, давай тогда просто погадай. Ну на себя хотя бы. У тебя-то, слава богу, все течёт как река Зея.
Лидия рассмеялась. Разложила карты. Потом побледнела и сгребла их обратно.
— Мам? — Лика поперхнулась чаем. — Ты что?
— Все. Закончим на этом.
— Ты что-то плохое там увидела, да, мам?
— Нехорошее, — буркнула женщина. — И башню, и судный день, и смерть.
Лика встала, обняла мать, прижалась к её спине.
— Я слышала, что нельзя так много гадать. Карты начинают врать.
Лидия погладила Лику по руке.
— Да, ты права. Я тоже где-то об этом слышала.
Лицо женщины оставалось по-прежнему печальным и озабоченным невеселыми думами.
Лика уже подъезжала к Калгари, когда позвонил брат. Она сначала не собиралась отвечать на звонок (по радио передавали интересную передачу), но потом смилостивилась над братом. Как-никак они были близнецами, а значит, и самыми близкими друг для друга людьми.
Алекс сначала расспрашивал Лику, как долго она собирается оставаться в Калгари, спрашивал, когда приедет Ли, её муж, какие у них планы. Наконец, устав его слушать, девушка прямо спросила.
— Алекс, что ты ходишь вокруг да около, говори по делу — у меня тут радио-шоу.
— Лик, Вера сейчас в Калгари. Я очень переживаю за неё. Ты не могла бы присмотреть за ней. Она такая ещё…
Лика присвистнула.
— Ты хочешь, чтобы я у неё в няньках была? Слишком много чести для этой принцессы.
— Лик, постой, неужели тебе это так сложно? У девчонки нет ни денег, ни одежды толком, даже еда, наверное, кончается.
— Как так? Ты что, Сашка, с дуба рухнул? Отправил малолетку одну
Лика скорее почувствовала по изменившемуся голосу брата, что жутко разозлила его.
— Даже не упоминай это. Какая грязь…
— Грязь? Ты всю жизнь резвился с ванкуверскими давалками. А теперь грязь?
— Вера, она совсем другая. Ты поймёшь сама, когда увидишь ее.
— Я ещё не дала согласие.
— Давай сейчас.
— Ну ладно… Где она?
Алекс назвал адрес.
Вера сидела у себя в комнате и смотрела телевизор. На улице было достаточно прохладно. Погода Калгари значительно отличалась от погоды в Британской Колумбии. Да и настроения у девушки совсем не было. То, что Алекс упаковал ей в чемодан из продуктов, уже закончилось, и ей так хотелось есть, что живот аж сводило судорогой. Наверное, надо все-таки спуститься вниз, в ресторан, и поесть чего-нибудь горячего. Девушка решительно встала, надела свитер потеплее и, расчесав свои густые волосы, вышла из номера.
В ресторане было тихо, лишь пара молодых людей ужинали. Девушка села за столик в углу. Официантка её заметила не сразу. Она разговаривала по телефону и, как показалось Вере, говорила она на русском языке. Повесив трубку, она направилась к девушке. У неё было приветливое лицо, хотя по глазам можно было увидеть, что она устала.
Она поздоровалась и спросила, что бы Вера хотела заказать.
— У меня немного денег, — сказала она. — Может быть, какой-нибудь салат?
— У нас есть салат «Цезарь» и «Зелёный салат», — ответила официантка.
Вера увидела, что на кармане чёрной блузки девушки было написано «Татьяна».
— Вы говорите по-русски? — Спросила она.
— Да.
— Извините, Татьяна, — Вера быстро перешла на родной язык. — Не могли бы Вы мне помочь?
Женщина удивленно подняла брови.
— Я только недавно здесь, в этом городе, ничего и никого не знаю. Мне срочно нужна работа. Может быть, в этой гостинице можно как-то устроиться? Я могу и убирать, и посуду мыть…
— Ну я не знаю, — Татьяна слегка нахмурилась, задумавшись. — Надо поговорить с генеральным менеджером. Приносите завтра документы.
— Документы? Какие документы? У меня только российский паспорт.
Официантка усмехнулась.
— Чтобы здесь устроиться на работу, должна быть рабочая виза, номер социальной страховки и резюме. А так никто в Канаде на работу просто не возьмёт.
По-видимому, Татьяна увидела промелькнувшую панику в глазах Веры.
— Тебя как хоть зовут?
— Вера.
— А как ты сюда попала-то?
— Это долгая история.
Татьяна пожала плечами.
— Я бы рассказала, но у меня нет времени. Мне надо все обдумать теперь. Правда.