Без лица
Шрифт:
— А что то не так? — Парень изменился в лице, став заметно серьезнее.
— Ну… Я хотела всем вечером об этом рассказать, но тебе расскажу сейчас. Я всё посчитала, проанализировала статистику прошлых отрядов, и наши способности. Еще до отъезда я распросила членов других отрядов, которые уже прошли «инициацию».
— И? Какой вывод ты сделала?
— Наша команда… Если говорить о ее сильных сторонах, то у нас есть неплохой баланс: два целителя, три мечника один из которых мог бы выполнять роль агрессора, быстрый боец рукопашного
— Нооо?
— Но судя по данным что я собрала, этого не достаточно для квалификационного экзамена. Большинство даже талантливых новичков несли большие потери в отрядах во время экзамена, а некоторые отряды и вовсе не вернулись. Отчасти это причина, по которой отрядов всего 20, несмотря на большое количество детей, которых раз в 5 лет принимает коалиция.
— Да, я слышал об этом. Подобные экзамены всегда были бесчеловечны, и все об этом знают. Однако, учитывая сложность миссий, которые поручает коалиция на настоящей службе, меньшего ожидать и не приходится.
— Я понимаю… Просто, мы возможно, слишком слабы для этого. И Эйверин, она ведь очень ответственно подходит к этому.
— На что ты намекаешь? — в голосе парня промелькнуло напряжение, словно ответ он уже знал.
— Мне не хочется это говорить, но высок шанс, что кто то пострадает к концу этой миссии. Я продумала несколько планов, но мы все еще конкретно не знаем, кто и как охраняет артефакт. А значит, пока что для нас работает только одно правило: нужно быть максимально осторожными. Ты и сам видишь, как Эйверин напрягается ради нас всех. Я боюсь, что она может совершить какую то отчаянную глупость.
— К сожалению в твоих словах есть смысл… Хорошо, я буду внимательнее наблюдать за ней. Всё равно переубедить у нас ее не получится.
— Угу.
— Спасибо что выслушал. Пойду готовиться к завтрашней вылазке.
Подождав пока Нова уйдет, Феликс засунул за пазуху какую то книгу, и встав на ноги, удалился за шатёр. Интересно, смогу ли я проследить за ним? Вроде как эти воспоминания не были «сдвоенными».
Лишь я подумал об этом, как картина резко изменилась на оранжевый закат.
В десятке метров от меня, на краю скалы окруженной лесом, стояли двое.
— Прости, Року, но я не могу разделить твоих чувств. В этом мире уже есть человек, которого я люблю.
— Понятно… Хах, так стыдно. Прости, что побеспокоил, — парень в спешке покинул скалу, возвращаясь в виднеющийся за деревьями лагерь. Он не был зол, и даже не плакал. Я не сильно разбираюсь в людях, но кажется, он был готов к отказу с самого начала.
Тяжело вздохнув, девушка села на край скалы, свесив ноги.
— Как то мне, неудобно перед ним, — робко заметил Феликс, садясь рядом с Эйверин.
— Я понимаю тебя. Мне тоже жаль его, но я же не могу заставить себя любить его, — девушка положила голову Феликсу
— Стоп. Ты что, следил за мной? — Эйверин шутливо пригрозила парню кулаком. Ее короткие бурые локоны, развевающиеся на ветру, вкупе с очаровательной улыбкой, оказывали чарующий эффект.
— Конечно, я всегда слежу за тобой, — Феликс таинственно улыбнулся девушке, и их губы слились воедино.
Уж не знаю, как долго они целовались, но в итоге Феликс стал только мрачнее.
— Что случилось? — девушка была обеспокоена, заметив его состояние.
— Рин, я хочу попросить тебя об одном одолжении, — Феликс взял Эйверин за плечи, глядя ей в глаза.
— Если что то случится там, на миссии, то обещай мне не жертвовать собой, как ты это любишь делать. Жизнь каждого в этом отряде ценна, и твоя тоже. Если с тобой что то случится… Я не знаю, как я буду жить дальше.
Эйверин виновато отвела взгляд, обнимая парня.
— Я не могу тебе обещать этого, но очень постараюсь беречь себя, ради тебя.
— Спасибо. На самом деле, не только я волнуюсь о твоем здоровье. Все в отряде беспокоятся, ведь ты наш бессменный лидер, и душа компании. Без тебя мы бы разбрелись кто куда.
— Хехе, ты слишком мне льстишь. Мы ведь одна большая семья, верно? — девушка тихо улыбнулась, глядя на уходящее за горизонт солнце.
— Уже четыре года мы живем душа в душу. Поддерживаем друг друга, как можем. Даже если что то идёт не так… Всё равно в итоге мы справляемся со всеми трудностями. Помнишь, как первый год у тебя болели раны, после пыток ядами? Каждую ночь ты кричал, словно тебя пытают, а мы с Новой пытались помочь, как могли…
— И у вас получилось. Раны уже давно не болят, и кошмаров я больше не вижу. Всё благодаря тебе, — Лишь Феликс закончил фразу с добродушной улыбкой, как случилось нечто странное. На несколько мгновений, окружение исказилось.
В этом искажении я увидел окровавленное, изуродованное лицо Эйверин. Деревья вокруг зачахли, а земля словно потеряла все соки. Руки Феликса были покрыты кровью, а взгляд пуст.
Краткого, словно 25-кадр мига, мне хватило, чтобы испытать ужас и шок. Остальные же ничего не заметили. Парочка так же продолжила сидеть обнявшись, наблюдая за закатом.
Намереваясь прямо сейчас воскресить Феликса, я подошел к нему, и положил руку на плечо. Парень повернулся ко мне… На его лице не было кожи, а во взгляде застыло безумие. Он смотрел на меня, как на врага всего человечества.
Зловещий, насмешливый голос звучал в моей голове: «Как дела? Как ты? Всё в порядке?», а на лице Феликса тем временем появлялась улыбка. Он сверлил меня взглядом, оголенных глазных яблок. Я не хотел убирать руку, всё ещё надеясь воскресить его, но моего тело было иного мнения. Инстинктивно отдернув руку, воспоминания унесли меня в другое место.