Без Границ
Шрифт:
Харон замедлил шаг, а затем и вовсе остановился, преграждая собой путь девушке. Васька вздрогнула перед внезапно появившейся преградой. Она смущенно хлопала глазами, приподняв голову, разглядывала серьезное лицо демона. Харон уже совсем приблизился к ней, сократив расстояние до едва существующего. Его рука медленно ползла по воздуху вверх и за секунду, одним лишь пальцем, сдернул с лица Василисы шарф, выставляя ее бледно-розовые губы ступающей по Москве зиме. Не успела девушка и глазом моргнуть, как почувствовала на своих губах вкус и тепло губ мужчины, страсть которого разрывала ее по кусочкам. Она ответила на поцелуй, выкинув из головы
– У меня сейчас никого… Не хочешь зайти? – сквозь бурное желание, спросила Вася.
Харон ждал лишь этого вопроса, чтобы на секунду прикинуться задумчивым, а затем как бы невзначай согласиться. Все шло по плану, по его плану. Через десять минут они стояли у квартиры. Василиса судорожно искала ключи, Харон стоял позади нее, нежно обнимая и прижимая к себе.
Замок щелкнул, дверь открылась, впуская в квартиру сладострастие. Еще в коридоре Харон довольно быстро избавлялся от преграждающей путь к телу одежды, хаотично разбрасывая ее по полу. Неспешно он избавлялся и от своей оболочки, вызывающе расстегивая маленькие пуговицы рубашки, ремень на брюках.
– Если бы я спросил тебя, чем готова ты пожертвовать, чтобы я сейчас не остановился, что бы ты ответила? – внезапно спросил Харон, нежно целуя ее шею.
– Я бы отдала жизнь… потому, что не смогла бы вынести такого издевательства… – с закрытыми глазами прошептала девушка, впиваясь пальцами в спину демона.
Мужчина улыбнулся и поддался на притягивающие его тело, хрупкие, но цепкие пальцы, изгоняя своим искусным теплом, руками, языком и словами возбуждение, привнося вместо него долгожданное удовлетворение.
Он получил все, что хотел, восполнив свои силы, но не до конца. Ему не хватило еще одного, может двух женских тел до наилучшего самочувствия.
– Что же мы наделали… – услышал он беззвучный шепот Василисы.
Девушка лежала на кровати, свернувшись калачиком. Физически ей было лучшего всего на свете. Такого идеально баланса она никогда в жизни не испытывала. Но вот в душе, с каждым делением на циферблате, пройденным секундной стрелкой, ей становилось все хуже и хуже. Омерзительнее. Ее тошнило от самой себя.
– Почему? – с явным безразличием в голосе, спросил Харон. Он взглянул на лицо Василисы и совсем смутился. Она смотрела в некуда, не шевелилась, тихонько вздыхала, а по носу текла слеза. – Почему ты плачешь? – спросил демон. – Не думаю, что тебе было плохо…
– Нет, не в этом дело. То, что было между нами – это самое лучше, что когда-либо случалось со мной… Но мы предали Вику.
Демон склонил голову набок, разглядывая появляющееся страдание на лице девушки. Лишенный чувств, не знающий человеческих эмоций, Харон не понимал, в чем его обвиняли.
– Если ты считаешь, что мы предали, почему ты позволила случиться тому, что случилось? Почему ты не подумала о ней, когда ответила на мой звонок?
– Я… – Василиса запуталась, – я…
– Ты хотела получить то, что возжелало твое сердце и разум. Тебе было наплевать на все, кроме собственного желания. Ты ни на секунду не задумывалась о Виктории. Так оставь это и сейчас. Это фальсификация чувств и сострадания. Ты даже сама в них не веришь, мысленно пытаясь оправдать так называемую оплошность. Приводишь кучу нелепых доводов, которые, на самом деле, совсем нельзя назвать аргументами… Ты лежишь и плачешь. Ты плачешь от обиды к самой себе, что ты не в состоянии оправдать себя. Ну так не оправдывай! Меня всегда удивляли люди. Вы стремитесь
Обездвиженная Василиса молча слушала Харона. Ее слезы давно высохли, оставив после блеклый след.
– Ты, – прошептала она, – ты буквально сдираешь мои самые постыдные мысли. Как ты это делаешь?
– Совпадение. – Внезапно Харон осознал, что переборщил с догадками, совсем забыл, что Василиса не знает о его демонической сущности.
– В это я никогда в жизни не поверю! – Васька закрыла глаза, мечтая спрятаться под одеяло. Какая-то нервозность и едва ощутимый страх проникли в ее тело. Волнение уже не давало покоя. Харон стиснул зубы и опустил голову. – Кто ты такой? – почти не слышно спросила она, с опаской заглядывая демону в глаза. Глаза же налились бордовым цветом, окружая в плотное кольцо чернеющий зрачок. Он словно пульсировал, разрывая собой глазное яблоко, окружая его в пламя несовершенства.
– Что еще за вопрос! – прикинулся он удивленным, потирая лоб.
Василиса молчала. Ей становилось страшнее, глядя на метаморфозы на прекрасном лице демона. Неожиданно в кровати повеяло холодом. Могильным. Трупным. Он постепенно сковывал зажатую девушку, парализуя и вгоняя в ступор.
– Я, – тихо ответил Харон, приближаясь к лицу девушки. – Я тот, кто видел, как рождается земля. Как появляетесь вы, по его подобию. Я смотрел, как вы размножаетесь. Я тот, кто держал Люцифера, когда он стряхивал с себя гнев своего отца. Я тот, кто поднимал с ним кубок всевластия. Я наблюдатель, не знающий покоя. Я – верховный демон-инкуб. Повелитель сладострастия. Укротитель страсти.
– Ты сумасшедший… – заикаясь произнесла девушка, уже окончательно понимая, что ее страхи были не на пустой почве. Незаметно даже для самой себя, Василиса тщетно пыталась слезть с кровати, даже не понимая, что ее тело парализовано, отдав всю энергию демону. Ей хотелось бежать как можно дальше. Не оглядываясь, умоляя сердце не выпрыгивать от страха из груди. Еще чуть-чуть, дать ей жизни, дать возможность скрыться. Спрятаться.
– И вот, ты боишься меня… – легким, но почти молниеносным движением рук, демон схватил Василису и прижал к себе, неотрывно смотря в глаза. – Сумасшествие для вас синоним чего? А? О, ты боишься сказать, но я слышу то, что ты думаешь. Ты думаешь о психопате. Серийный убийца. Так обо мне еще не думали… женщины во всяком случае. Не надо, не бойся. Я не причиню тебе вреда. Вы его причиняете сами себе. К тому же, у тебя роль не совсем пешки…
Василиса смотрела, как шевелятся губы демона, слушала его пьянящий голос и пыталась соврать себе, убеждая, что все не по-настоящему, что все нереально.
– А сейчас, Василиса, – Харон поднял на нее взгляд. – Ты забудешь об этом разговоре, ибо эта совершенно не та информация, которую тебе надо знать. Посмотри мне в глаза.
Девушка подняла тусклый взгляд на Харона, в ужасе понимая, что ничто не сможет заставить ее забыть то, что произошло в ее квартире. Но смотря в невозмутимые глаза демона, Василиса и не подозревала, что ее воспоминания вытаскивают по картинке из головы и разбивают вдребезги, без шанса на восстановление. А через несколько минут молчания и загипнотизированных взглядов, Василиса поняла, что несколько секунд назад был лучший секс в ее жизни с красивейшим мужчиной. Поняла она и как сильно душит ее зависть по отношению к Виктории. Вопрос – почему именно ей? – не выходил из головы.