Без Границ
Шрифт:
Несмотря на то, что время было середина ночи, Вика совершенно не думала о сне. Какой сон, когда ее безумная мечта вот-вот выплывет в реальность?
Девушка чертила мелом ровный круг на полу, в нем такой же ровный пентакль. В интернете были найдены все планетарные символы. Печать Харона была на листочке в книге. Свечей в доме было полно.
Как только все было готово, Вика принялась читать заклинание у каждого угла. Когда она закончила читать последние строчки, стоя на северо-западном углу, на ее кровати появился мужчина. Он смотрел в пол. На его лице
Вика вздрогнула от неожиданности, увидев его на своего кровати. Мужчина молчал. Виктория неотрывно смотрела на него. Ей не нравилось выражение его лица, но ей очень нравилось ощущение, которое она испытывала в самые первые секунды, когда появился демон.
– Харон… – прошептала она.
Внезапно окно открылось от неожиданного порыва сумасшедшего ветра. Свеча затухала одна за другой. Свет померцал и вовсе исчез. Листы с ксерокопиями взвились вверх, закручиваясь в бесподобном вихре. Ручки, карандаши, кисти, мелкие предметы, все завертелось под натиском безумного ветра, треплющего рыжие волосы, бесконечно бросая их в глаза.
Виктория нервничала. Ей было страшно. Разбушевавшаяся стихия в ее собственной квартире довольно сильно напугала девушку.
– Харон! – чуть громче позвала она, пытаясь убрать с лица пряди разлетающихся волос.
Гул ветра не прекращался. Мужчина все так же сидел с жесточайшим разочарованием на лице и смотрел в пол, на начерченную пентаграмму. Он не обращал внимания на перепуганную девушку.
– Харон. Пожалуйста…. – слезы паники покатились из глаз.
Страх спровоцировал почти что истерику. Девушку уже трясло. В комнате не было света, лишь луна слабо отбрасывала свои лучи на печальное лицо демона.
Услышав «пожалуйста», Харон, наконец, поднял взгляд и резко встал. Непогода вовсе не собиралась утихомириваться. Ветер только усиливался, бумага летала, света все не было или он изредка мерцал вспышками.
– Что ты делаешь? – спросил он замогильным голосом и заглянул ей в глаза.
В тот момент Виктория поняла, что такое бояться на самом деле. В глазах демона горел огонь, самый настоящий, пылающий огонь, языки которого, казалось, вот-вот вырвутся и сожгут все к чертям собачьим. Его руки, держащие девушку за плечи, были мертвенно-холодные. Ей-богу, айсберг в океане излучает больше тепла, чем тело демона в тот момент. Его губы были бледно-сине-фиолетового цвета, сжатые так сильно, что превратились в тонкую нить, которая вот-вот порвется.
– Что ты делаешь? – повторил он свой вопрос, сильнее сжимая хрупкие плечи.
Виктория неотрывно смотрела на пылающий огонь в глазах демона, боясь отвести взгляд.
– Я… – заикаясь произнесла она.
– Ты. – Голос демона прогремел уже почти возле ее уха.
– Я хотела увидеть тебя. – Наконец, соврала Вика и закрыла глаза.
Харон усмехнулся, но не выпустил из рук девушку.
– Увидеть? – переспросил он. – И я должен в это поверить? Человеческое дитя… переполненное древними пороками… Ты лжешь!
Потихоньку непогода в доме начала успокаиваться. Бешенные альбомные листы, все
– Я-я-я…
– Ты дрожишь… – Демон убрал растрепавшиеся волосы за ухо.
– Ты напугал меня, – всхлипнув, ответила Вика, пытаясь расслабиться в объятиях божественной красоты.
– Ты хочешь привязать меня?
Проигнорировав претензию девушки, Харон вновь уставился ей в глаза, требуя ответа. Вика отвернулась и вздохнула, пытаясь утихомирить животный страх, копошащийся в недрах души и сознания.
– Нет…то есть, да… Харон, я не знаю, что сказать…
– Правду. Вы знаете, что такое правда? Это то, что у тебя вот здесь. – Демон прикоснулся к ее груди. – А вот тут, – он положил палец ей на висок, – ложь…
Виктория молчала, боясь даже смотреть в глаза мужчине. Он все еще держал ее за плечи, молчаливо требуя ответа за свои действия. Но его не было.
– Хорошо. Ты хотела привязать меня. – Утвердил Харон. – Разве я не говорил, что это невозможно? Разве я не предупреждал о том, что это плохая идея?
Он подтащил к себе девчонку, впиваясь в ее глаза. Свирепость в его взгляде стихла, но пламя все еще горело. Демон все еще злился.
– Прошу тебя…прекрати. Я хотела тебя привязать, потому что твое лицо не выходит из головы! Потому что твои руки, сжимающие мою талию…Я не могу забыть эти ощущения. Голос…Господи, твой голос. Я схожу с ума каждый раз, когда слышу его! Поэтому я хотела привязать тебя! Мне мало одной ночи с тобой…мало.
Вика рыдала, открывая свое истинное лицо, обнажая свои желания, позволяя демону утонуть в океане ее перворожденных чувств.
– Ты хотела быть со мной, как девушка с парнем? – невозмутимо переспросил демон.
Вика кивнула в ответ, пытаясь успокоиться.
– Это невозможно. Для меня все люди равны и плата для всех одинакова. Ты не можешь со мной торговаться. Условия были установлены и, наверное, только Люцифер вправе что-либо изменить.
– Одна ночь – это мало. – Настойчиво повторила Виктория. – Я хочу взять все, не только секс.
– Прости. – Харон улыбнулся и опустился на кровать.
Он расстегнул рубашку и бросил загадочный взгляд на девушку. Она, онемевшая, смотрела на его тело. Мужчина погладил простыню, призывая девушку жестом лечь рядом. Вика, словно в наркотическом экстазе, смотрела лишь на обнаженный торс, на движение его глаз, рук, приподнятый уголок губ. Ее дыхание участилось, сердце колотилось сильнее и сильнее.
– Что со мной? – едва слышно спросила она, заставляя себя отвернуться от Харона.
В следующую секунду он вскочил, скинул с себя рубашку и девушка вновь оказалась в его умопомрачительных объятиях, медленно и коварно теряя рассудок.
– Это называется похоть, детка. Мой любимый порок, – шептал Харон, – одна ночь, одна жизнь. Соглашайся…
Нежные руки, бархатистые губы, слова, мягкие объятия, поцелуи…
– Послушай, – не открывая глаз, произнесла Виктория. – Нет. Это неправильная сделка.