Бэйр
Шрифт:
— Хм. Сомневаюсь, что он скажет что-то дельное в моем случае, — фыркаю, пытаясь хоть немного пошевелить больной рукой. Безуспешно.
— Мы согласны, если не работать, то хотя бы молчать о деле, которое вы нам предложите, — кивнул рыцарь. — Теперь выкладывайте, в чем дело.
— Дело совсем не такое простое, — вздохнул Лорен. — У нас, четверых наследников, пожилая тетя, а на данный момент именно она глава рода и владелица поместья. Тетя тяжело больна и не протянет больше нескольких месяцев, это давно ясно. Раньше в ней вообще сложно было заметить болезнь, она очень крепкая, как и все Сеймуры… Но это было раньше. Несколько недель
— Хм. Как неожиданно! — фыркаю. — И что же эти духи просят? Отдать поместье кому-то конкретному, а не то прямиком в адский котел?
— Да, так и есть, — кивнул мужчина. — Тетя никогда не рассказывает, о ком именно говорят духи, какого наследника ей навязывают, но зато она постоянно твердит, что просто из вредности не отдаст ему все состояние и поместье! Понимаете, если бы эти духи были ненастоящие, они бы тут же исчезли после заявлений тети, но они не исчезают!
— И вы боитесь, не требуют ли эти «духи» у старушки, чтобы она отдала все вам? — догадался рыцарь.
— Да, — кивнул Лорен. — Правда, завещание уже составлено, его огласят после смерти нашей тети… но ведь все может еще измениться, надо просто… доказать тете, что я, например, действительно достоин поместья. На тот случай, если в завещании указано мое имя, чтобы тетя не разочаровалась в своем выборе, конечно.
— Ага, как же, чтобы не разочаровалась… — хмыкаю. — Подлец ты. У тебя тетя умирает, а ты только о завещании печешься.
— Ну… быть пристыженным ведьмой неудобно, — потупил глаза Лорен, но потом оживился. — Но и меня можно понять. Конечно же, я хочу, чтобы поместье досталось именно мне. Ведь если оно достанется моей дорогой кузине, например, то она просто выгонит меня вон без медяка в кармане и развалит наше хозяйство! Все… все сложно, понимаете? Если бы мой племянник образумился и бросил свои глупости, наследство и управление поместьем перешло бы к нему, и я бы не волновался — он толковый парень, сын моего брата, главы рода, который погиб семнадцать лет назад. Если бы все получил мой племянник, я был бы только рад, но он не может. А если поместье достанется кузине… она даже не знает истории нашего рода!
— Ясно. И что ты тогда от нас хочешь? Чтобы мы уговорили духов или избавили дом от них? — спрашиваю.
— Избавили? Как можно!? Это же наши предки, фамильные призраки! От них нельзя избавляться. Скорее, да, чтобы вы договорились с ними, — кивнул граф. — Ну и сделайте так, чтобы тетя перестала бояться и плохо спать, пусть спокойно проживет последние месяцы.
— Такая работа, с едой и комнатой в поместье, нам подходит, — расплылся в довольной улыбке Дейк. — Мы согласны.
— И еще кое-что… тетя наверняка будет вас использовать, как свои глаза и уши. Если она вдруг начнет спрашивать ваше мнение о наследниках, как незаинтересованных лиц, то замолвите за меня словечко?
— Это мы еще посмотрим, — замечаю. — Мы за деньги умирающих старушек не обманываем!..
— Бэйр, молчи! — зашипев, прикрыл мне рот Дейк. — Кажется, мое собственное поместье становится на пару шагов ближе! Не мешай мне! — закончив шептать, посмотрел на Лорена и заговорил приятным-приятным голосом. — Моя подруга хотела сказать, что все зависит от ваших личностных качеств. Например, умелое обращение со своими деньгами — это очень неплохое
— Ах, это… не беспокойтесь об этом, — улыбнулся граф. — Так я могу считать, что мы заключили сделку? Вы пробудите в поместье, пока тетя не скончается… и пока не огласят завещание.
— По рукам! — кивнул Дейк и пожал графу руку. — Предлагаю выдвигаться завтра, как только проснемся, а сегодня уже поздно, пора спать.
— Да, действительно… а спать здесь? Прямо на земле? — удивился граф.
— Дейк, дай ему свой плащ. — зеваю.
— А я на чем спать буду? — возмутился рыцарь.
— На моем плаще со мной.
— Ну смотри, не жалуйся потом на то, что у меня руки не там, где надо… — скорее пообещал, чем предупредил рыцарь.
— Ты тоже потом на ожоги не жалуйся, — киваю, пододвигаясь на плаще.
10. Дороти
Весь следующий день пришелся провести верхом на лошадях.
Было решено, что граф поедет на моем коне, а мы с ведьмой вместе на Черте. Бэйр не могла достаточно хорошо держаться в седле, ей нужен был кто-то, кто будет поддерживать… Этим кем-то, конечно же, стал я. Причем сам я возражений не имел, единственным недовольным оказался конь ведьмы.
Забраться-то мы на него, конечно, забрались, а вот слушаться скотина отказывалась. Черт часто останавливался посреди дороги, пытался встать на дыбы, сворачивал не туда, куда велят, а куда хочет, и это если вообще сворачивал, а не шел прямо в лес… на мясо его надо — пользы больше будет!
Лорен всю дорогу был погружен в свои тяжелые думы, его благородное чело старательно отображало каждую весомую мысль. При этом выражение его лица было таким, как будто он пытается эту самую тяжелую мысль выдавить из себя через задницу. Бэйр тоже не разговаривала, что для нее большая редкость. Бедняга пыталась забыть о боли, но, как видно, только ней и думала, иногда судорожно вздыхая и царапая седло.
Под вечер начался дождь, который постепенно превратился в самую настоящую грозу. То и дело сверкали молнии, а небо содрогалось таким оглушающим грохотом, что я невольно вспомнил несколько легенд о конце света.
Удивительно, но в этих невозможных условиях Бэйр умудрилась уснуть прямо в седле. Я усадил вплотную к себе и укрыл своим плащом, чтобы она не промокла: вроде ведьма, а от любого сквозняка она тут же простужается.
— Хэй, Лорен, далеко еще до твоего поместья? — спрашиваю графеныша, стараясь перекричать ветер и гром.
— Пара километров осталась, а что?
— Ведьме совсем плохо, срочно нужен доктор! — решаю немного попугать его для верности.
— Что!? Я знаю короткий путь, но он опасен, там полно разбойников! — перепугался он.
— С ними я как-нибудь управлюсь. Где поворот?
— Скоро, надо будет свернуть налево!..
Разбойников нам так и не встретилось, к сожалению. Я про себя было понадеялся, что они окажутся при деньгах… Но ребята ведь тоже не железные, не могут же они круглыми сутками следить за путниками, тем более в такую жуткую погоду.
До поместья мы добрались тогда, когда гроза медленно, но верно начала превращаться в ураган. Ветер чуть ли не с корнем вырывал одинокие тонкие деревья, дождь лил, не прекращаясь, вода аж под плащи заливалась… Не знаю, на сколько бы хватило моего терпения, если бы вдали вдруг не показалось огромное здание со светом в немногих окнах.