Бетси
Шрифт:
Тут Лорен выдержал паузу.
— Мистер Джон Дункан, наш главный конструктор, отгонит первый автомобиль, его погрузят на железнодорожную платформу и отправят в один из автосалонов, торгующих нашей продукцией. Если каждый из вас будет садиться за руль сходящего с конвейера автомобиля, вы все сможете оценить, сколь хорошо он работает и как послушен в управлении. На территории склада вас будет ждать автобус, чтобы доставить к административному корпусу.
Дункан сел за руль, включил двигатель. Автомобиль плавно
Лорен тронул за руку кого-то из директоров.
— Давайте, отгоните его на склад.
Тот влез в кабину, повернул ключ зажигания. Далее все пошло как по маслу. Директора не могли дождаться своей очереди. Они напоминали детей, получивших новую игрушку. Машины одна за другой выезжали из цеха. Скоро у конвейера остались лишь Лорен, его сын и Уоррен.
— Все равно тебе не вывернуться! — бросил Младший.
Лорен улыбнулся.
— Я уже вывернулся, сынок, — он достал из кармана пачку сигарет. — Давай взглянем правде в глаза. Ты проиграл. В тот момент, когда они начали садиться в машину, — Лорен закурил. — Мой тебе совет — отгони следующий автомобиль на склад и прими поздравления директоров. Другого ты там не услышишь.
Младший колебался. Посмотрел на Уоррена.
— Решай, да побыстрее. С конвейера сходит очередная машина. Или на ней поеду я.
Ярко-желтый «бэби сандансер» остановился рядом с ними. Лорен-младший молча сел за руль и уехал.
Прибыл следующий автомобиль, черный. Уоррен вопросительно посмотрел на Лорена. Тот на секунду замялся.
— Это тринадцатый по счету, — наконец сказал он.
— Я не суеверен, — ответил Уоррен.
Лорен пожал плечами. Под его взглядом Уоррен выехал из ворот. А в пятистах ярдах от цеха автомобиль взорвался.
Грохот взрыва пролетел над заводом. В воздухе повисло облако пыли. Когда оно рассеялось, стало ясно, что от новенькой машины осталась груда искореженного металла.
Лорен повернулся и зашагал к административному корпусу. Перед ним к заводским воротам шли трое механиков в белых комбинезонах с большими синими буквами «В. М. К.» на спине.
Самый низкорослый из них отстал, подождал Лорена.
Вместе они молча дошли до административного корпуса.
Тут Лорен повернулся к своему спутнику.
— Я предупредил его, что автомобиль по счету тринадцатый. Он ответил, что не суеверен.
Карие глаза невысокого мужчины всматривались в лицо Лорена из-под кустистых бровей.
— Человек без веры все равно что без души.
Лорен ответил не сразу.
— Я вот думаю, что бы произошло, сядь в машину я.
В голосе его собеседника послышался упрек.
— Мои парни — профессионалы. Вам бы не позволили завести мотор.
Лорен кивнул. Улыбнулся.
— Приношу свои извинения. Как я мог даже подумать об этом?! До свидания, мистер
— До свидания, мистер Хардеман.
И невысокий мужчина заспешил вслед за двумя идущими к воротам механиками. Охранник заранее отвернулся, чтобы не видеть, как они выходят с территории завода.
В холле административного корпуса к Лорену подбежала одна из секретарш.
— Мистер Хардеман! — воскликнула она. — У сборочного конвейера номер три взорвалась машина.
— Я знаю, — он подошел к лифту и нажал на кнопку вызова кабины.
— Интересно, кто в ней был? — спросила она, когда двери раскрылись.
Лорен вошел в кабину, нажал кнопку второго этажа.
— Один несчастный подонок.
Глава 12
Снег, падающий мягкими хлопьями, уже залепил огромный ярко освещенный купол Капитолия, когда она выглянула из окна маленького домика в Вашингтоне, в котором они прожили полтора последних года. Был уже десятый час. Вновь он задерживается допоздна.
Она вернулась к софе перед горящим камином. Пламя согревало ее, успокаивало. Сколько вечеров она ждала его на этой софе или в кресле. В Вашингтоне всегда возникало что-то срочное.
— В государстве кризис, — сказал он как-то раз, придя домой особенно поздно. — Для тебя тут веселья мало.
— Я не жалуюсь, — и она говорила искренне. Детройт казался другим миром. Вернее, мирком, начинающимся передним и заканчивающимся задним бампером. — Я даже не хочу возвращаться.
Лорен посмотрел на нее, но промолчал.
— И детям здесь нравится, — добавила она. — Няня каждый день водит их в новое место, дышащее историей;
Представляешь себе, сколько они здесь узнали? Они растут вместе с взрослеющей на их глазах страной.
— А тебе не одиноко? — спросил он. — Вдали от друзей?
— Каких друзей? В Детройте я общалась лишь с женами тех, кто работал в «Вифлеем моторс» или в таких же компаниях. Там мне было куда более одиноко. В Вашингтоне, если мы идем на вечеринку, говорят не только об автомобилях.
Хлопнувшая входная дверь прервала ее размышления. Она поднялась и пошла в холл. Дворецкий уже взял у Лорена засыпанные снегом шляпу и пальто и вешал их в шкаф.
— Извини, что задержался, — Лорен поцеловал ее в щеку.
Губы его совсем заледенели.
— Пустяки. Пойдем к камину, ты быстро согреешься.
Он тяжело рухнул на софу, вытянул руки к огню. Никогда она не видела его таким уставшим. Брови его изогнулись от головной боли, не покидавшей его ни на минуту.
— Позволь налить тебе виски.
Она прошла к комоду, плеснула в бокал виски, добавила льда, содовой. Вернулась, села рядом. Он протянул руку, взял у нее бокал, пригубил. Салли молчала, и Лорен повернулся к ней.
— Все кончено, — выдохнул он.